в песочнице?
Пока я задыхаюсь от подступившего к горлу гнева, в его глазах серебрятся весёлые искорки.
Да он просто испытывает моё терпение! А я, как дура, ведусь.
– Традиционное представление женщин о том, каким должен быть настоящий мужчина, практически не меняется, – в его голосе нет ни капли сомнения. Он твёрдо уверен в своих словах. – Стоит ли перечислять самые важные мужские качества? Да вы их знаете на зубок! Верно, Маша? Особенно те женщины, которые пытаются быть сильными, как ты. Брать на свои хрупкие, красивые плечи обязанности мудаков, – застывает на моих губах взглядом, и я чувствую, как к ним приливает кровь. Они будто воспламеняются, передавая жар по всему лицу. Машинально облизываю губы. Сдерживаюсь, чтобы не вцепиться в кожу зубами.
– Так каким по-твоему должен быть настоящий мужчина? М? Мужественным? Решительным? Сильным и смелым? Ответственным?
Исаев делает медленный, почти ленивый шаг вперёд, уничтожая расстояние между нами до критической границы. Я по инерции дёргаюсь назад. Но его горячие и сильные пальцы хватают меня за руку, крепко оплетая слегка хрустнувшее запястье.
Не успеваю даже пикнуть, как в следующий миг буквально врезаюсь в твёрдую, пылающую жаром, грудь. Попадаю в его ловушку.
В ноздри ударяют нотки приятного парфюма и запах его тела, смешанный с ароматом дорогого французского вина. Убийственная смесь. Лучше сразу умереть, чем снова раствориться в нём без остатка и потом отчаянно жалеть…
Поднимаю лицо. Встречаясь с ним взглядом, едва не сгораю под шквалом полыхающей жажды. Этот безумно красивый мужчина в дьявольском обличии действует на меня так, что вращающиеся в хаотичном порядке мысли и слова не могут прорезать застывшую в кабинете тишину. Как будто кто-то включил паузу.
– Женщина чувствует настоящего мужчину. Хочет. Причём, во всех смыслах хочет, – утверждает на ухо волнующим грудным голосом, от которого по коже мурашки разбегаются и дрожь начинает колошматить всё тело. – И ты чувствуешь. Ты хочешь меня, Маша… Могу доказать.
Глава 23
Из огня да в полымя
Маша
Под действием его энергетики, на меня накатывает душная волна острого, почти невыносимого возбуждения. Поднимается откуда-то снизу. Накрывает с головой, разом затапливая всё моё тело, от кончиков пальцев ног до макушки. Только от одного его голоса по коже пробегают электрические разряды. Беспощадно ударяют импульсами по самым чувствительным местам.
Задыхаюсь, теряя способность трезво соображать.
Он – как парализующий яд, как самый сильный наркотик, неотвратимо проникает в мой организм и топит в себе.
Топит! Топит! Топит!
Я задыхаюсь. Мой мозг пытается цепляться за последние ниточки разума.
Это не любовь. Это в миллион раз хуже! Это неизбежное проклятие, которое настигает двоих во время фатального столкновения. Химия. Взрыв. Это неизлечимо. На всю оставшуюся жизнь. Одна искра или мощный разряд тока – и ты гибнешь, тебя засасывает в бездну глаз, в которые ты впервые в жизни заглянула…
– Н-не надо… Не хочу – лепечу я, машинально сгребая в кулаки его рубашку на груди. Кажется, что с кожей сминаю ткань, ногтями царапая.
– Врешь, Маша, – глухое рычание и резкий разворот тела шокируют, как и тот факт, что я оказываюсь прижатой грудью к массивной столешнице, оглушаемая грохотом бьющегося об пол стекла и канцелярских принадлежностей.
Мой вскрик застревает в горле вместе с резким всхлипом.
Господи, Боже мой! Да он сошёл с ума! Чего он хочет сейчас? Секса?
Грубо раздвигая мои ноги коленом, Руслан нависает сверху, телом своим горячим придавливает к столу. Оплетает пальцами шею, запрокидывая голову к себе на плечо.
Волна нахлынувшей страсти сходит на нет. Её сменяет другая – не то страха, не то ужаса. Вначале замираю на какой-то миг. Перед глазами, будто в замедленной съёмке, разлетаются листы контракта. В уши словно вату кто-то набивает. Плотность этой ваты постепенно уменьшается и слух начинает улавливать частые удары моего сердца на ряду с шумными вдохами и выдохами Исаева.
Он не душит. Именно этого я испугалась, когда сильная мужская ладонь в порыве схватила за горло, а пальцы его впились в мышцы.
Большим лаская артерию, он лишь слегка надавливает. Его губы касаются моего виска. Щекочут. Дыхание обжигает кожу, наполняя каждую клеточку электричеством. Всё ощущается настолько остро, что кажется невыносимым. Губительным. Сжигающим дотла. Ещё миг, и моё сердце разорвётся от бурлящих во мне эмоций.
Усилием воли приказываю себе не паниковать.
Не хочу верить в то, что Руслан может оказаться монстром. Вчера, в ванной, обрабатывая царапины на моих руках, он доказывал обратное.
Этот мужчина может быть как разъярённым зверем, так и заботливым, внимательным человеком. Но сейчас он меня пугает до чёртиков.
Пугает и будоражит одновременно.
– Хочешь борьбы, Мария? – он буквально выцеживает вопрос, удерживая голову прижатой к своему плечу. – В таком случае, дорогая, я с большим нетерпением буду ждать наших грядущих сражений.
Отрываю одну из прилипших к столешнице ладоней и хватаюсь за его запястье.
Инстинкт самосохранения начинает сбоить в который раз. Захватив побольше воздуха в лёгкие, открываю рот, чтобы послать его к черту, но он предугадывает, не даёт мне вымолвить ни слова. Припадает губами к моим, обхватывая сильнее шею. Целует горячо и яростно, буквально сминает мои губы, как будто пытается выпить всё моё дыхание, выжать из меня тягучий стон.
Влажный жар его кожи, запах, давление тела – ощущается слишком остро. Не знаю, почему его вкус действует на меня опьяняюще. Губы в губы, язык к языку, и я слетаю с катушек. Задыхаюсь, срываясь вместе с ним в губительную тёмную пропасть.
Это безумие длится недолго. Всего минуту, может быть две. Но и этого достаточно, чтобы низ живота скрутило сладостными судорогами, затопило жгучим желанием, запульсировало током в промежности, где так сильно недостаёт ощущения наполненности…
Он будто чувствует, что мне нужно. Выравнивается вместе со мной. Опускает свободную ладонь на живот, отщелкивает пуговицу на поясе и ныряет в джинсы рукой. Накрывает лобок пальцами, грубо вжимая их в намокшее белье.
Удовольствие пронзает мощным разрядом тока. Я вздрагиваю и шиплю, втягивая сквозь стиснутые зубы недостающий кислород. Скрывать это позорное
