— Ты обещала мне танец, — напомнил он.
Надо же, как быстро пригодилось.
Я решительно вложила свои пальцы в его, Трей слегка сжал мою ладонь и, повернувшись, мы неторопливо вышли в центр зала, под цепкие взгляды собравшихся. Будет Розальде долгожданный скандал. Она о нем детям расскажет. И внукам. И вообще доброй половине Лиры. Еще бы, принцесса Флорансии, невеста наследника и гипотетическая королева Лиры открывает танцы с каким-то незнакомцем! А мне плевать!
Традиционный поклон, мой ответный реверанс. За последние пару лет при континентальных дворах стало модно не просто покружить по залу, а вначале показать несколько фигур из более старых танцев. Ничего сложного, в принципе, но непонятно, знает ли Трей о нынешних веяньях?
Знает. Подхватил мою руку за кончики пальцев, поднял. Шаг к партнеру, шаг назад. Ненавижу эти показательные выступления. Да-да, знаю, что повторяюсь, но я же, в конце концов, не актриса и не профессиональная танцовщица — следить за правильностью и грацией движений, держать осанку, не наступать на подол своего платья и не забывать о выражении лица. И все так внимательно за тобой наблюдают, будто ты им вот-вот божественную мудрость поведаешь. Действительно, хорошо, что мамы тут нет, в ее присутствии почему-то сразу ощущение собственной неуклюжести появляется.
По-дурацки семеня, оббежать вокруг мужчины, пока он держит мою руку, снова сойтись-разойтись и опять вокруг, теперь на вытянутой руке. Кошмар какой-то! Хотя музыка хорошая. И — о, счастье! — наконец-то можно встать нормально, одна ладонь на плече партнера, другая в его, горячей даже сквозь перчатку, и позволить без лишних затей вести себя по залу. На третьем круге свободное пространство стало заполняться присоединяющимися парами, постепенно закрывая нас от зрителей у стены. Уфф!
Трей по спирали сократил круг, и мы замерли в самом центре зала, в сиянии магических кристаллов в люстрах. Вокруг проносились в пестром хороводе какие-то люди, но мне вдруг захотелось добавить в танец немного… перчика? Нехорошее желание, о-очень нехорошее. И весьма соблазнительное. Рука поднялась с плеча демона на его шею, пальцы зарылись в черные волосы, растрепывая пряди. В ту же секунду в глазах Трея мелькнуло странное выражение, и его верхняя конечность оставила положенное этикетом место на моей спине и сползла на… почти на талию. Не слишком низко, конечно, все-таки люди вокруг и отнюдь не мои сокурсники, которым все равно, кто, что и как делает на танцполе… ох! Мужчина рывком прижал меня к себе, переплел пальцы другой руки с моими, повел. Два шага вперед, два назад. Мне оставалось только вовремя переставлять ноги, следуя за партнером, заданным им ритмом и музыкой. И ну их, людей этих. Пристальный, пронизывающий взгляд проникал куда-то глубоко-глубоко, словно пытаясь разобраться в хитросплетениях моих сердца, души и разума. Соприкосновение тел, пульсирующий между нами жар намекали, что если бы не Лоури и укурившийся принц, вчерашний вечер мог закончиться несколько иначе.
Неожиданно демон отстранился, крутанул меня вокруг собственной оси и вернулся к вальсу. Жа-аль. Так было интереснее. Ах да, сейчас же будет еще один содержательный элемент программы. Поддержательный, точнее. Помнится, обычно Ирвин так старательно соблюдал дистанцию между нами, что даже поднимал едва ли не на вытянутых руках, заставляя всерьез опасаться, что он вот-вот их вообще разожмет, уронив невесту с высоты своего немаленького роста. Но в Трее я уверена.
Первый подъем, круг и меня опускают обратно на паркет, но лишь на секунду. Второй, я взлетаю над полом, смотрю в голубые глаза. Странно, вроде ничего крепче кофе с утра не пила, но голова кружится. Медленно скольжу вниз по мужскому телу, горячему, напряженному. Ноги касаются пола, музыка сбавляет темп. Мы застываем, тяжело дыша, не отводя взгляда. Под моей ладонью на его груди громко, часто бьется сердце. Закусываю от досады нижнюю губу. И почему вечно ну совершенно неподходящее время и место?!
Темп резко ускорился, и Трей вновь закружил меня по залу. В голове плотно засел туман как после очередного экспериментального курева Айзека, в горле пересохло, собственное сердце стучало сумасшедшим дятлом. И как после такого танцевать с прочей толпой желающих? Ой, почему мы остановились? А-а, музыка стихла, вальс закончился, дамы и кавалеры принялись раскланиваться. Боюсь, если я сейчас присяду в реверансе, ослабевшие колени просто подогнутся, и я рухну на пол. Мужчина догадливо поддержал меня под локоть, повел обратно к Гейл и компании. Народ расступался перед нами, с любопытством разглядывая Трея. Леди Розальда брезгливо поджала губы при виде приближающихся нас и спешно удалилась на другую половину залу — выдвигать и нести в массы версии относительности личности моего партнера и причине отсутствия Ирвина. Обо мне там точно ничего лестного не будет.
Виг, Ио и Кэйд встретили нас какими-то подозрительно ошалевшими взглядами — неужели видели нашу… э-э… импровизацию? — и только Гейл почему-то улыбалась. Я отпустила руку демона, убедилась в прискорбном отсутствии принца и глубоко вздохнула.
— Мне надо выпить, — заявила я.
— Мне тоже, — проявил солидарность Трей.
Не дожидаясь мнения общества на счет морального падения принцесс, я отправилась на поиски чего-нибудь холодного, что могло хоть немного остудить мой разгоряченный и — чего уж тут стесняться, — перевозбужденный организм и голову. Демон последовал за мной.
— Я присмотрю за ними… то есть за ним, — вдруг вызвался Кэйд.
И ладно, мне не жалко.
Постепенно бал потек по привычному руслу, разве что главной темой разговоров стал незнакомец, открывавший танцы с Ее высочеством. Реквизировав у лакея поднос с бокалами с шампанским, мы засели на диванчике у стены и принялись соображать на троих. Потанцевать с принцессой Флорансии жаждали практически все более-менее способные на такие подвиги мужчины в зале, однако стоило сидевшим по обеим сторонам от меня Трею и Кэйду угрюмо посмотреть на очередного кавалера, как того мигом сдувало с горизонта. Периодически мимо нас прохаживались юные леди, с интересом косящиеся на моих спутников, а леди сильно постарше осуждающе поглядывали издалека, с безопасного расстояния.
И наконец, спустя минут сорок, неожиданно наступила тишина, двери главного входа в зал распахнулись, и наш дворецкий громко перечислил все имена и титулы Ирвина и с поклоном отступил, пропуская принца. И вечности не прошло, как говорится.
По сравнению с утром Ирвин заметно посвежел. Во всяком случае, побрился, причесался и прилично оделся. Улыбаясь, приветливо кивая и даже что-то отвечая радостно кланяющимся подданным, принц пересек зал и подошел к нашему междусобойчику. Я встала, мужчины остались сидеть.
— Ваше высочество! Как я рада видеть вас здесь. Нам вас очень не хватало. — Я протянула руку и понизила голос до шепота: — Ты куда провалился, а? У нас тут по твоей милости, между прочим, скандал намечается.
Ирвин подцепил мою конечность, склонился, но лобызать не стал.
— Простите, моя принцесса, — с любезной улыбкой ответил он и тоже шепотом продолжил: — Извини, возникли неотложные дела.
— Это какие еще дела? — опешила я.
Ирвин проследил за взглядом смотревшего куда-то мимо нас Кэйда, выпрямился и обернулся. Холодная светская, отработанная до автоматизма улыбка неуловимо перетекла в искреннюю, теплую и столь счастливую, что аж неловко стало.
— И зовется это дело лисичкой, — вполголоса заметил Трей.
Лис никто не объявлял, девушка просто проскользнула в зал, замерла перед входом, неуверенно оглядываясь. Бордовое, довольно облегающее кружевное платье подчеркивало хрупкость фигуры, собранные наверх темно-каштановые волосы открывали воротничок-стойку и привлекали внимание к ромбовидному декольте.
Определенно напрочь забыв обо мне, гостях, правилах и, кажется, вообще обо всем, Ирвин направился к Лис. Дожили! Я устало плюхнулась обратно на диван, откинулась на спинку. Принц что-то сказал Лис, девушка помахала мне рукой. Я вяло отсалютовала бокалом, Ирвин повел Лис в центр зала.
