когда ездил туда за прицепами для скотины. Сказал, что много интересного там ещё нашёл. Я даже не сомневаюсь.
У Ольги была СВД и пистолет, тоже «Глок-17. Вот только наши пистолеты были без глушителей. Хотя там, где я брал, я видел штатные ПБС (приборы бесшумной стрельбы), даже на винтовки. Почему-то тогда решил, что нам они не понадобятся. Идиот! Но как известно, хорошая мысля приходит опосля! Решил по дороге заскочить. Кроме этого, в «Тигр» закинул, на всякий пожарный, и свой АК-12. Мало ли. И несколько ручных гранат, как РГД, так и Ф-1.
Сначала проскочили к чекистам. Там всё оставалось не тронутым. Очень хорошо. Забрал пять «глушителей» к пистолетам, парочку к СВД и штатные к автоматам Калашникова. Вот теперь полный порядок. А то тоже мне, диверсант недоделанный с громкой пушкой на дело пошёл, не считая конечно винтореза! В «Тигре» примерил глушитель к АК-12. Подошёл идеально. Вообще отлично, а то до последнего были сомнения — подойдёт или нет?! После заехали в «Автоград». В павильоне, который мы с мамой начали дерибанить, взял пару костюмов «Леший». Один для Ольги и один по запас. Там же со Стасом взяли пару камуфляжей «Ночь». Ведь мы решили работать в темноте. А тогда эти камуфляжи в самый раз — чёрные, плюс маски на лицо, где только глаза открыты.
Наконец выдвинулись к месту назначения. Халтурино находилось загородом, в пяти километрах, по одному из трактов, ведущих на северо-запад, и в плане обороны, представляло такой же ноль, как и Строгово. Но его и не строил никто как какую-то крепость или укреплённый пункт. Основа Халтурино — это воинская часть. Связисты. Вокруг располагался небольшой частный сектор и дома для семей офицерского и контрактного состава. Имелась своя кочегарка, свой небольшой хлебозавод, ещё с советских времён. Скважина с водонапорной башней, хотя имелось и централизованное водоснабжение с города, как и канализация. В километре от Халтурино были поля, принадлежавшие в советское время местному колхозу, а потом одному из сельхозпредприятий. Там же, чуть дальше было расположено село с одноимённым названием. По правильному, то сама воинская часть называлась Халтурино-2. Но сейчас это уже не имело значения. Местность была холмистая, но не сильно. Склоны были покатые, переходящие севернее в ровные поля. Со стороны тракта холмы были чуть выше и заросшие смешанным лесом. Загнав «Тигр» в одну из рощ, замаскировали его ветками. Ольгу оставили около бронемашины. На её возмущенный сначала, а потом просящий взгляд, ответил твёрдо: «Сидишь ровно на попе и не отсвечиваешь! Найдём место для твоей лёжки, я за тобой приду. Всё, Оля!» Так как был ещё день, то камуфляж «Ночь» надевать со Стасом не стали. В кобуре, что у меня, что у него было по пистолету, за спиной — по винторезу. Прошли метров триста в сторону воинской части. Устроились на вершине одного холма, заросшего густым кустарником. В полукилометре перед нами располагалась воинская часть, как на ладони. Лежали, наблюдали. Место для Ольги, кстати очень хорошее. Оставил Стаса здесь. А сам сместился правее, на другой холм. Внимательно рассматривал как саму часть, так и примыкавшую к ней территорию с жилым сектором. Бинокль был хороший, мощный. Народа на улице было мало. Но он имелся. Женщины передвигались из строения в строение. Кто-то что-то носил. Никто не сидел без дела. Даже играющих детей видно не было. Видел вооружённых бандосов. Эти наблюдали, так сказать за гражданскими и бездельничали. Перевёл бинокль на поля. Там увидел пару работающих тракторов. Пахали что-то. Одним словом обычная хозяйственная деятельность. Увидел, как из одного строения вышла молодая женщина, несла в руках корыто с бельём. Одета был в платье до колен, на голове косынка. Она стала развешивать бельё. Недалеко околачивался один из вооружённых ушлёпков. Подождав когда она всё развесит, он подошёл к ней. Она стояла, опустив голову. Он что-то ей сказал, она отступила от него на шаг назад покачав головой. Уголовник ударил её по щеке ладонью. Потом схватил за руку и толкнул в сторону за строение. Она пошла. Он подталкивал её в спину. Они зашли за угол, но я их видел. Насильник заставил женщину нагнуться и упереться в стенку руками. Задрал ей подол и стащил до колен трусы. Потом пристроился к ней сзади. Я всё это наблюдал. Закончив, он отошёл, застёгивая штаны. Женщина надела нижнее бельё, опустила подол. Он что-то ей сказал. Она вернулась и подобрала корыто с земли, ушла в строение. Бандос довольный продолжил околачиваться там дальше. Это хорошо, что здесь и сейчас не было Ольги. Она бы точно, наплевав на всё засандалила бы уроду из своей СВД. И точно бы попала, чисто на одной злости.
Примерно через час, с севера по тракту подошли две БМП-2 и БТР-80. Встали на плацу. Рядом с развёрнутой в боевое положение гаубицей Д-30. Весело, господа. Рассматривая территорию воинской части, засёк пулемётные точки. Юрий всё мне верно указал на схеме. Значит не соврал. Хотя пока что, это ничего не доказывало. Дальнейшее наблюдение не выявило признаков готовящейся засады. В девятом часу вечера вернулся к «Тигру», естественно напоролся на возмущённый взгляд девушки.
— Вы что издеваетесь на до мной? — Зашипела мадемуазель. — Сижу тут одна как дура!
— Надо было оставаться дома. — Посмотрел на ней ухмыляясь. Ольга хотела что-то ответить, но промолчала. Только недовольно пыхтела. Заставил её надеть «лешего». Потом отрезал от второго костюма кусок и обернул им её винтовку. Закрепил вязочками. На её недоумённый взгляд ответил:
— Оружие тоже надо маскировать, поняла? Когда вернёмся домой, сошьёшь из этого маскировочный чехол для винтовки. — Она кивнула. Установил ей ночной прицел. Так же установил ночник на АК-12. Переоделся сам в камуфляж «Ночь». Взял с собой четыре гранаты. Две РГДшки и две Ф-1. Надел так же бронежилет. Шапочку-маску распрямлять не стал, закатав её на макушку. АК-12 закинул себе за спину. «Глок» в кобуре с уже с глушителем. Винторез в руках. Всё, я был готов. Отвёл Ольгу к месту, где наметил её лёжку. Сменил Стаса. За моё отсутствие в Халтурино ничего не происходило. Стас ушел к бронемашине, переодеваться.
— Оль, лежишь здесь, туда не суёшься ни в коем случае, поняла?
— Да, поняла.
— Чтобы не случилось, понимаешь? И если у нас со Стасом что-то пойдёт не так, ты отваливаешь. Садишься в броневик и уходишь домой. И это не обсуждается. Я тебя очень прошу. Не проявляй самодеятельности. Это может мне только осложнить
