— Да.
Джейсон порывисто потянулся ко мне, но остановился на полпути: послышался шум раздвигаемых кустов, словно кто-то намеренно производил как можно больше шума. Спустя пару минут на тропинке, ведущей к ручью, показалась Ариана.
— Вот вы где! — с напускным весельем произнесла она, а затем приблизилась к нам и посерьезнела. — Джонатан просил передать, что вам лучше вернуться.
Мы с Джейсоном переглянулись. Почему в последнее время мне все чаще кажется, что глава Тайной Канцелярии играет на нашей стороне?
Ведомая интуицией, я осторожно поинтересовалась:
— Он просил передать что-то еще?
Ариана помрачнела. Она торопливо оглянулась, а затем ответила так тихо, что я едва разобрала ее слова.
— Да, есть еще кое-что.
Джейсон мягко спустил меня с колен и поднялся с камня. Я последовала его примеру и вложила дрожащие пальцы в его ладонь.
— Ты провалил проверку, — все так же тихо сказала Ариана, глядя на моего мужа. — Если бы Джонатан знал о ней заранее, он бы предупредил, но его не посвятили в этот план.
— Что за проверка? — перебила я ее.
В шуме крон на ветру мне чудилось перешептывание заговорщиков, а в шелест ручья закрывался переливчатый, как колокольчик, смех Мойр.
— Джонатан подозревает, что Его Величество хотел убедиться в безоговорочной верности своего сына. Но теперь…
Она снова не договорила, но этого и не требовалось. Ее фраза оглушила, словно выстрел, и повисла немым приговором. Я до боли сжала ладонь Джейсона.
— Жди беды, — тихо закончила я.
Ариана ответила мне молчаливым, но выразительным взглядом.
ГЛАВА 18
***
В бальной зале душно и до головокружения пахнет лилиями. Дамы обмахиваются веерами из перьев экзотических птиц и жеманно смеются над шутками благородных кавалеров. Огромная люстра с сотней свечей освещает площадку для танцев мягким теплым светом.
Джейсон улыбается и во время финального музыкального аккорда прижимает меня к себе, чтобы затем подхватить на руки и закружить. Его поведение вызывает у многочисленных гостей сначала недоумение, а потом восторг. В ушах стоит шум аплодисментов, перед глазами мелькают цветные пятна — яркие костюмы ринов, но я не отрываю взгляда от лица Джейсона. Он улыбается мне, а затем ставит на ноги и уводит подальше от толпы. Слуга с подносом предлагает напиток и исчезает в толпе, стоит нам с Джейсоном взять по фужеру. Я делаю глоток.
По горлу прокатывается терпкая сладость. Я смеюсь над шуткой Джейсона, но вдруг замираю: перед глазами все плывет. Я, покачнувшись, задеваю тонкую витую ножку: остатки пунша алой кляксой пачкают натертый до блеска паркет.
Я хватаю открытым ртом воздух, в груди все сжимается. С каждой секундой становится все труднее дышать, и я падаю на колени. Подол лавандового платья взметается вверх, обнажая ноги. До меня, будто сквозь толщу воды, доносится полный паники крик Джейсона.
Последнее, что я успеваю запомнить перед тем, как нырнуть в вязкую, липкую темноту, — усмешка на тонких губах короля.
— Нет!!!
С бешено колотящимся сердцем я поднялась в постели и застыла, делая жадные вдохи. Я слишком хорошо запомнила это отвратительное чувство, когда тебе не хватает воздуха, и теперь будто не могла надышаться.
— Мира, ты в порядке?
Теплая ладонь Джейсона легла на мое плечо и сжала его. Я вздрогнула всем телом и обернулась к нему, стараясь как можно незаметнее смахнуть слезы. Даже в полумраке комнаты, освещаемой лишь светом заглядывающей в окно полной луны, я заметила, как Джейсон растерялся, а затем тут же посерьезнел.
— Ты плачешь… — проговорил он и осторожно коснулся моей влажной щеки. — Ты снова видела сон о будущем? Что-то плохое?
Теплота его кожи, его запах, ставший уже родным и, самое главное, — искренняя тревога в хрипловатом со сна голосе сделали свое дело: совершенно неожиданно для себя я уткнулась носом ему в обнаженную грудь и разрыдалась, как маленькая девочка: громко и с чувством.
Джейсон замер, а затем прижал меня к себе так крепко, будто боялся, что я исчезну. Его рука легла мне на спину, согревая и успокаивая.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Расскажи мне, — тихо попросил он. — Я должен знать.
В этот момент все правила, озвученные когда-то Оуэном, отошли на второй план. Все, что имело значение, — горячее, острое желание поделиться с Джейсоном увиденным сном.
И если из-за этого будущее изменится, пусть будет так! Мне же лучше.
— Не хочу умирать, — невнятно пробормотала я, поднимая глаза на Джейсона. — Это и в первый раз страшно и больно, а уж во второй…
Его взгляд потемнел и стал жестким, почти пугающим. На скулах заиграли желваки, но ненадолго. Казалось, огромным усилием воли Джейсон подавил в себе эмоции и, как опытный боевик, сосредоточился на цели, словно гончая на охоте.
— Это был несчастный случай?
В горле внезапно пересохло, и я сглотнула. Джейсон, внимательно наблюдающий за мной, помрачнел еще больше.
— Кто? — глухо спросил он. — Ты видела, из-за кого это случится?
Мне вспомнилась ехидная, полная самодовольства усмешка Его Величества, и по спине побежали мурашки.
— Мира! — настойчиво повторил Джейсон. — Так ты знаешь, кто это сделает?
Я, не в силах вымолвить ни слова, несмело кивнула. В голове царила такая суматоха, что виски заломило. Неужели король хочет от меня избавиться? Но ведь он сам настоял на браке с Джейсоном! Я настолько не оправдала доверия, что меня решили грубо вывести из игры?
— Скажи мне имя! — потребовал Джейсон. В его голосе зазвучал незнакомый мне прежде металл, а ноздри затрепетали, как у породистого скакуна. — Имя, Мира!
Я уже разомкнула сухие, искусанные до крови губы, когда комнату осветила вспышка портала. На ковер перед камином ступило двое, и при виде одного из них я вскочила с кровати.
— Оуэн! — воскликнула я и порывисто обняла друга, напрочь забыв о том, что на мне только тонкая ночная сорочка. — Где ты пропадал сегодня?
— Доброй ночи, рина, — кашлянув, поздоровался Джонатан и уверенным движением опустился в ближайшее кресло. — Рин Маверик, прощу прощения за вторжение. Дело срочное и не терпит отлагательств.
Спохватившись, я отстранилась от Оуэна и отступила на шаг. Мне на плечи легла теплая шерстяная накидка, в которую я тут же закуталась. Почувствовав себя увереннее, я с благодарностью посмотрела на Джейсона. Он едва заметно кивнул и накинул на себя халат, лежащий на тумбочке. Джейсон ни взглядом не дал понять, что его смущает мой вид в компании мужчин, но намек с накидкой я оценила.
— Что с твоим лицом? — запоздало поинтересовалась я у Оуэна, заметив огромный синяк на скуле и разбитые губы. — Ты дрался?
— В драке участвовала только одна сторона, — сухо ответил вместо него Джонатан. — В королевских пыточных никогда не дают возможности постоять за себя: там работают профессионалы.
— Пыточных? — ошарашенно повторила я и, едва не оступившись, наощупь нашла кресло. — Ты… Что с тобой сделали?
Джейсон тоже опустился, но на кровать. Матрас под тяжестью его тела едва слышно прогнулся. Из всех нас стоять остался только Оуэн, но, судя по всему, его это не смущало.
Как не могут смутить бытовые неудобства человека, прошедшего через ад.
Только сейчас я поняла, что одежда на Оуэне выглядела грязной и потрепанной. Местами она была испачкана в бурых пятнах, в которых я с ужасом опознала кровь. Меня замутило.
Видимо, я побледнела, потому что Оуэн поспешно заверил:
— Все нормально. Джонатан залечил основные травмы с помощью артефакта. У меня уже ничего не болит. Ну почти.
Я снова с сомнением покосилась на его разбитое лицо и до боли в ладонях сжала подлокотники кресла, в котором сидела. Почему-то очень хотелось закричать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Артефакт быстро истощился, а зарядить его может только Ариана, — вставил Джонатан, будто извиняясь. — А она сейчас… достаточно далеко.
Я внутренне похолодела, но не успела задать вопрос: меня опередил Джейсон.
— Ваша жена?..
— Жива и здорова, но мне не хотелось бы светить место, где она сейчас вынуждена скрываться.
