Читаем без скачивания Во славу Отечества - Евгений Белогорский

Поэтому, когда в середине апреля турецкий главнокомандующий сообщил Вазир-паше о срочной секретной депеше, полученной им накануне из Берлина, в которой указывалось совершенно иное место наступления Юденича, то генерал отказался этому верить. Ссылаясь на своего агента в штабе Духонина, немцы утверждали, что в самое ближайшее время  русские атакуют Самсун.

- Это наглая шпионская провокация русской разведки, Энвер-эфенди, с явной целью ослабить наши позиции перед Сивасом, на который будет направлен главный удар Юденича,- горячо убеждал Вазир-паша своего начальника:

- Юденич не перебросил не только ни одну дивизию или бригаду на побережье моря, но даже ни одного полка или батальона. Из всех прибывших морем подкреплений за последние шесть месяцев, русский корпус ничего не получил, всё ушло к Пржевальскому и де Витту.

- Действительно, этот так,- согласился с подчиненным Энвер-паша,- я уже ознакомился с данными нашей разведки относительно скопления сил врага, и они говорят тоже самое. Однако, немцы, почти никогда, не ошибались в своих прогнозах, и Юденич всегда одерживал свои прежние победы равными силами. Может быть, это тот случай, когда следует поступить вопреки здравому смыслу?

Краска гнева залила лицо Вазир-паши, все его планы летели к черту из-за одной немецкой депеши, которую сюда прислали деятели, сидящие в своих тёплых кабинетах и утверждающие, что лучше знают, где русские нанесут свой главный удар.

- Извините меня, эфенди, но, в таком случае, может быть лучше назначить на моё место господина …, - генерал мельком заглянул в бумагу,- господина  Николаи и вручить ему судьбу всей нашей страны?

- Не кипятись, Вазир, я не меньше твоего озабочен судьбой своей родины, и поэтому хочу свести к минимуму все угрозы для неё,- одернул генерала Энвер-паша,- а, если Юденич всё же начнет наступление на Самсун, что тогда?

- Тогда он получит самый мощный удар себе в спину. Нет, он не сумасшедший,

чтобы так глупо подставляться мне. Я по-прежнему считаю всё это умело организованной русской провокацией, ради ослабления сивасского направления.

Энвер-паша тяжело вздохнул, и его собеседник гадливо усмехнулся в душе, пусть паша сам делает выбор в этой запутанной ситуации.

- Ты прав,- после недолгого раздумья признал паша,- но, всё же, я усилю Самсун за счёт 4-й армии Джемаль-паши и 2-й Иззет-паши. И не спорь, я читал твои докладные по поводу Юденича, полностью с ними согласен, но подстраховать Самсун всё же нужно.

Так закончился этот разговор Вазир-паши с маршалом, оставив в душе полководца неприятный осадок горечи и непонимания. Жалея себя, паша разом забыл свои прежние поражения и позорные отступления под натиском злобных гяуров.    

Русское наступление, которое столь сильно тревожило турок, началось 24 апреля 1918 года совершенно не в том месте, где ожидал его Вазир-паша. Как и предсказывали немцы, оно началось с атаки на крупный черноморский порт Самсун, но не с суши, а с моря. Воспользовавшись полным разгромом турецкого флота на Босфоре, русские поспешили развить свой успех на море и, без всякой раскачки, в полной мере задействовали Черноморский флот для наступления Юденича.

По приказу Ставки, используя пассивность врага в проливах, с Босфора в Севастополь были экстренно переброшены два линейных крейсера, вместе со старыми броненосцами. На подступах к своей главной базе эскадра, ведомая контр-адмиралом Беренсом, встретила транспортные судна, идущие под прикрытием миноносцев к турецкому берегу.

Вновь была соблюдена полная секретность, и о конечной точке назначения капитаны узнали только в море. Все были убеждены, что везут новое подкрепление под Стамбул, и, только вскрыв запечатанные пакеты в точке рандеву с крейсерами, капитаны узнали, что должны следовать в совершенно противоположном направлении.

Беренс не атаковал Самсун с первыми лучами солнца, как это было при штурме Босфора, а предоставил возможность своим комендорам вести огонь по ясно просматриваемому берегу. 

Будучи торговым портом, Самсун имел слабую береговую оборону, представленную шестью морскими батареями шестидюймовых пушек. С таким калибром турки были лишены возможности оказать достойное сопротивление русскому флоту с его дальнобойными корабельными орудиями. Первыми приблизились к берегу тральщики и миноносцы прикрытия и, имитируя высадку, вызвали на себя огонь турецких батарей. После чего обстрел батарей начали два линейных крейсера «Адмирал Корнилов» и «Адмирал Нахимов», обрушив на защитников Самсуна свой смертоносный груз в виде снарядов с газовой начинкой.

Несмотря на горький урок Босфорской операции, у защитников Самсуна не было противогазов, и поэтому появление этого коварного оружия вызвало панику среди солдат и артиллеристов. С громкими криками ужаса они поспешили очистить свои позиции и убраться в горы, где страшное оружие коварных гяуров не достало бы их.  Внося свою лепту в сражение, к крейсерам поспешили присоединиться и старые броненосцы, чьи  могучие двенадцатидюймовки ещё более усилили панику в рядах турок и придали дополнительное ускорение бегущей массе людей.

Столь мощная поддержка со стороны флота позволила двум пехотным дивизиям спокойно высадиться в порту Самсуна и взять покинутый город под полный контроль. Командиры десантных дивизий генералы Головин и Фрязин в точности выполнили предписание Ставки, и поэтому не стали преследовать бегущего врага, а спешно стали возводить позиции для отражения возможных турецких контратак с таким расчетом, что их действия будут поддержаны огнём корабельной артиллерии.

Прибывшие вместе с флотилией гидросамолеты барражировали в воздухе в течение всего светового дня, и к вечеру адмирал Беренс уже точно знал, как далеко от моря отошел враг и его примерный численный состав.

После интенсивного обмена шифровками со Ставкой контр-адмирал поздно ночью отправил свои броненосцы к русским позициям западнее Трапезунда возле города Тиреболу, на штурм которого утром 25 апреля с позиций на реке Харши-дарси должны были наступать части 5-го Кавказского корпуса.   

Известие о взятии Самсуна морским десантом произвело в штабе Энвера-паши эффект разорвавшейся бомбы. Турки оказались просто не готовы к подобным событиям, свято веря, что русские, как и прежде, будут прорываться вперед только по побережью. Неожиданность вторжения ещё усиливали панические слухи, описывающие применение грязными кафирами химического оружия. При этом сила страшных бомб и количество потерь от них увеличивалось в геометрической прогрессии с момента приближения от Самсуна к Анкаре.

Всё это вылилось в нелицеприятную беседу маршала с Вазир-пашой, от которого требовалось незамедлительное оказание помощи разбитым защитникам побережья для предотвращения соединения десанта с частями 5-го Кавказского корпуса русских.

- Что у Вас там происходит на данный момент?- гневно вопрошал Энвер-паша в мембрану телефонной трубки,- как далеко продвинулись русские после занятия Самсуна?

Вазир-паша продавил в горле тяжелый ком и звенящим голосом доложил:             

- Сегодня утром при поддержке кораблей русские атаковали Тиреболу,- он замолчал и немедленно, трубка ожила громким криком:- Что дальше?

-  Гяуры вновь применили химическое оружие, они забросали своими снарядами весь город и все наши позиции, люди гибли сотнями!!!

- Дальше!!! - требовал маршал и генерал поспешил закончить доклад:

- Мы оставили город и отошли к перевалам, которые находятся вне зоны огня досягаемости русских кораблей. Дальше русские не пройдут!

- Я рад это слышать,- с сарказмом отозвалась трубка,- но меня больше интересует вопрос, когда ты скинешь их десант в море. Какие силы брошены тобой против них?- 

Прошло несколько томительных секунд, пока Вазир-паша не выдавил из себя:

- Я отправил к Самсуну бригаду пехоты и курдскую кавалерию.

- И всё?

- Но, эфенди, русские уже ведут бои на моем левом фланге в районе Гюмашана и не позволяют мне снять оттуда ни одного солдата. Если я сниму войска с центра, Юденич обязательно ударит по Сивасу, и тогда весь наш фронт рухнет.

- Идиот! Пока ты будешь ждать, когда русский сунется в твои ловушки по центру, он обойдет тебя со стороны моря и выйдет в тыл. Об этом ты думаешь?

- Да, эфенди, думаю, каждую минуту и полностью уверен, что русские не смогут пройти горные перевалы на Орду без больших потерь. Мои войска не пропустят их.

- А ты не думал умник, что они не будут штурмовать перевалы, а преспокойно высадят ещё один десант в районе Орду и пойдут на соединение или с основными частями корпуса, или с десантом? Что ты будешь делать тогда со своими батальонами в центре?

В переговорах наступила зловещая тишина, такого коварного хода со стороны противника Вазир-паша явно не предполагал. Страх и тревога на некоторое время охватили его. После второго десанта на побережье и полном господстве на море уже никто не мог поручиться, что русские не повторят подобный удачный приём.