Но и Рона была другой. Перекрёсток её дорог не был связан с демонами. Если бы её лишил глаз какой-нибудь лакерт, Ситилла первая сказал бы «да», но увечье нанёс человек. Более того — палач, тот, кому было дано разрешение это сделать. Ситилла не знала, чего ждать от девушки, и не знала, что сказать.
— В Орден приходят многие, похожие на тебя, — наконец сказала она. — Но скажи, что ты можешь предложить? Я слышала, ты вернула себе свет?
— Да. Пока не полностью, но Магнус сказал, с этими глазами будет лучше, когда они приживутся.
— Ты прошла через то, что не пожелаешь и лютому врагу, — задумчиво проговорила Ситилла. — Быть может, из тебя вышел бы неплохой палач. Но так сразу ответить я не могу.
— Понимаю, — Рона вздохнула. Чёрные глаза не двигались, оставшись абсолютно безучастными, и всё же Проклятая поняла, что на неё смотрят. Края её губ дрогнули в улыбке.
— Считай, что ты взята в неофиты, — сказала она.
* * *
Этот вечер ничем не отличался от других. День медленно уступал, солнце снова садилось чуть-чуть раньше — настолько, что без точных часов едва ли можно было это заметить. По-прежнему стоял лёгкий мороз, такой, что северяне даже не застегивались, выходя из помещения.
Но именно этим вечером прозвенел колокол, сжигая последние мосты.
— Завтра утром выступает корпус моих рейтар, — сказал Гирт. — Я хотел бы, чтобы вы отправились с ним, мейстер Эриксон.
— Надо думать, не просто так, — усмехнулся некромант.
— Да. Их задача — взять один небольшой форт, перекрывающий выход из Андредского леса. Это единственная прямая дорога из Ранкорна, если Тостиг захочет выбрать другую, ему придётся либо спускаться к морю, либо идти через предгорья, и в обоих случаях он застрянет до весны. Я хочу, чтобы вы помогли им.
— Я не смогу ничего гарантировать.
— Понимаю, — вздохнул Гирт. — Понимаю и то, что мы даже не заключили с вами никакого договора, но время не ждёт. Мой брат — оба брата — не станут ждать. Я могу лишь обещать, что ваши старания не будут забыты.
«О да, — подумал некромант. — Никем не забыты, и неважно, кто победит — это уж точно».
Он не очень-то хотел ввязываться в чужую войну и тем более выходить на поле боя. Причин тому было много: в первую очередь Магнус считал себя учёным, а не солдатом, хоть и умел убивать самыми разными способами. Помимо того, он всё ещё был в глазах Тостига официальным посланцем Джумара, что могло вызвать вопросы — впрочем, Хельвег был достаточно далеко, чтобы архагет Джахандар заинтересовался ими. К тому же у него был лишний ферзь: уничтоженная людьми короля экспедиция.
Наконец, некромант просто предпочёл бы потратить время на что-нибудь более интересное.
Но отступать было поздно — он с самого начала прекрасно понимал, к чему всё идёт, и раз уж приехал сюда, то идти придётся до конца. Оставалось лишь надеяться, что Гарольд одержит победу и действительно не забудет «старания». Хотя уж в этом Магнус не сомневался — выбор у Чёрного короля был небольшой.
— Рона поедет со мной, — сказал он.
Гирт не спорил. Зато у Альмы предстоящий отъезд наставника вызвал глубочайшее разочарование.
Её можно было понять — она только начала перестраивать мировоззрение, только коснулась новых знаний, и вот опять приходится остановиться. Более того, одна за другой в Дейру приезжали уже её собственные подопечные, на которых приходилось тратить время, и это злило ещё больше.
Но она тоже понимала, что дороги назад нет.
Оставалось лишь поговорить с Ситиллой, но та, как оказалось, уже всё знала. Вряд ли Гирт потрудился бы сообщить ей, так что, скорее всего, постарались шпионы Багровых. А может, палач и сама была не промах.
Проклятая встретила его лёгкой улыбкой, как у человека, который что-то задумал — и всё идёт по его плану.
— Всё-таки выбрал? — спросила она.
— Да, хотя и не уверен до конца.
— В этом мире ни в чём нельзя быть уверенным, — в её голосе звучала ирония. — Предложение в силе, мэтр. Уверена, когда ты поймёшь, что обе стороны в этой войне одинаковы, то всё равно придёшь к нам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Чем дальше, тем больше я склоняюсь к этой мысли.
— Что ж, надеюсь, ты не сгоришь на этой войне, — вздохнула Ситилла. — Хотела бы я поехать с тобой и проследить за этим, но багровый плащ налагает определённые, хм, ограничения. Багровый орден нейтрален, как и всегда. Я поеду с основной армией Гирта, но только для того, чтобы заставить королей вступить в переговоры.
— Думаешь, удастся обойтись без крови?
— Нет. Надеюсь, удастся обойтись без бойни, после которой в Хельвег хлынет поток демонов. Я могу рассчитывать на тебя?
Магнус не колебался ни секунды.
— Да.
— Счастливого пути, мэтр, — улыбнулась Проклятая.
Глава 14
Рейтар было около сотни, что, на взгляд Магнуса, было маловато для захвата укреплённого города. К тому же у них не было ни артиллерии, ни крупного обоза, что позволяло двигаться быстро, но не штурмовать крепость, как считал Гирт. Это означало только одно: они собирались действовать хитростью.
Командира эскадрона звали Бернульф, и он подошёл к некроманту в первый же день, едва только отряд остановился для привала. Это был уже пожилой хускэрл с обветренным лицом моряка и жилистыми руками, которыми он наверняка мог гнуть подковы — и уж точно побывал в самых разных уголках мира, от восточных степей до Лазурных островов и Джумара. Волосы его уже начали седеть, но сам он, хоть и ощущал приближающуюся старость, телом оставался по-прежнему крепок.
Не такой уж частый, но всё же обычный экземпляр.
— Я, мэтр, человек простой, так что не ждите соблюдения этикета и всякого такого, — сказал он, изучая глаза колдуна взглядом. — Этелинг послал на это задание меня, потому что нужно работать быстро и без проволочек, и захватить город сотней кавалеристов — это как раз по мне. Вопрос в другом — для чего он отправил с нами вас и ту девчонку?
— Теургия, — коротко ответил Магнус, сделав окончательный вывод о том, с кем говорит. — Я могу лечить, хоть и не так хорошо, как джумарские целители, я могу убивать. Кроме того, я обладаю и другими, весьма специфичными умениями, которые могут помочь.
— Этелинг сказал, что я хоть и командую отрядом, но к вам должен прислушиваться. Кого другого я бы послал подальше, но если уж Гирт такое говорит, это неспроста. Вы бывали в передрягах, мэтр?
— Не так давно я очутился по ту сторону пространственного разлома, в мире демонов, и вернулся оттуда живым.
— Понятно, — в голосе Бернульфа звучало удивление, но лицо осталось непроницаемым. — Пожалуй, теперь я понимаю Гирта. Что там, за гранью?
— Странный мир, где человек — такой же чужак, как и демоны у нас.
— Расскажите мне подробней, что умеете.
Тогда Магнус заговорил.
Конечно, он не стал раскрывать чужаку потаённые знания крепости Фец, но этого и не требовалось — достаточно было рассказать про общеизвестные вещи. О том, что могут химеры, о том, что такое сервус и как их используют теурги Джумара. Некромантия здесь, на Севере, была чем-то далёким и эфемерным, и о ней мало что знали. В эти дни Магнус, пожалуй, был единственным некромантом в Хельвеге.
— Сколько времени нужно, чтобы создать химеру?
— Смотря какую. Если не задумываться об эстетике и не требуется что-нибудь особое, то за сутки, пожалуй. Но нужен материал.
— Материал?
— Мёртвые тела.
— Я подумаю об этом, — сказал Бернульф. — Благодарю, мэтр.
Они двигались быстро — на весь эскадрон не было ни одной телеги, всё необходимое везли на запасных конях. Для солдат из Элассе или Ветеринга подобное было чем-то невероятным, но северян ничто не смущало. Они не собирали контрибуции с окрестных деревень, не тратили время на постройку лагеря, и замедляли путь только снежные заносы на старых трактах — их выбирали, чтобы не привлекать лишнее внимание.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На каждом привале Магнус проверял глаза Роны, но с ними всё было в порядке. Чего нельзя было сказать о самой девушке.
