Да уж, подумал Йон, известие действительно «радостное».
— Я ведь уже пробовал преподавать, и ты помнишь, чем это кончилось.
— Помню. Только спорить с королём — не моя забота, господин теург. К тому же он тоже прекрасно всё понимает, но выбора нет. В Силумгаре идёт война. Рано или поздно нам придётся вмешаться, и лучше будет сделать это с боевыми магами в армии, чем без них.
— Ладно, — вздохнул Вампир, вставая со стула. — А я-то надеялся избежать этого.
— Хочешь мира — готовься к войне, Йон. Ты не сможешь спрятаться в раковину и смотреть из неё наружу, пока вокруг пылает пожар.
— Знаю, госпожа вампир. Знаю…
* * *
Гита шла по плитам тронного зала, звонко цокая каблуками, и каждый шаг навевал воспоминания. Она бывала здесь раньше — сначала как норна, потом как пленница. Теперь — как гостья.
Она знала, чего хочет король. В его письме всё говорилось предельно ясно, уж кто-кто, а Гирт не был склонен к пустым разговорам. Вот только до сих пор не могла решить, что ответить ему.
Кенельм, шагавший сейчас впереди, считал, что нужно отказать, и Гита прекрасно понимала его. Их жизнь нельзя было назвать спокойной, всё же они ездили по всему Хельвегу, изучая старую магию, но это совсем не то же самое, что ввязаться в новую войну. А именно о ней говорил король.
Но в то же время норна знала, что Гирт прав. Пороховая бочка в Силумгаре взорвалась, и пожар идёт на север, в Хельвег. Если они промедлят, если на юге одержат победу восьмёрники, кто скажет, что они не пойдут дальше? И вряд ли их остановит угроза столкнуться с норнами вроде Альмы или самой Гиты. Они просто не знают о силе новой магии, несмотря даже на битву в Андредском лесу. А раз так, нужно показать им.
Кенельм остановился.
— Добро пожаловать, — Гирт поднялся с трона. Он почти не изменился за эти восемь лет, разве что седина в волосах появилась. — Я рад, что вы откликнулись на мой зов.
— Ещё нет, — ответил Кенельм. — Вам придётся убедить нас.
— Думаю, это будет не очень сложно.
Он был уверен в своих словах, и Гита каким-то шестым чувством поняла: скоро так же будет уверена и она.
* * *
Дом на отшибе молчал, встречая незваных гостей. Люди в багровых плащах окружили его, держа оружие наизготовку — они уже не первый раз оказывались перед таким домом и хорошо знали, что делать. И нет-нет да кто-то бросал взгляд на безмолвную фигуру палача. Черноглазая женщина стояла прямо напротив входа, сложив руки на груди, и ждала.
Лишь когда последний солдат занял своё место, она кивнула стоявшему рядом мужчине.
— Эрик Рагнарссон! — заорал тот, и голос его далеко разнёсся над ближайшим полем. — Все выходы перекрыты, тебе не уйти! Выходи без оружия и сдавайся!
Дом молчал.
— Эрик Рагнарссон!.. — начал было Багровый, но женщина вскинула руку, и тот мгновенно замолчал. Стало ясно, почему: теперь из-за двери доносился странный звук, будто кто-то скрёбся с той стороны. Оставалось только гадать, как палач услышала его. А может, она увидела существо сквозь дерево — о её глазах говорили многое, и никто не знал наверняка, что из этого правда, а что — нет.
— Тостиг, — негромко бросила она.
Ещё один брат Ордена, подняв кувалду, шагнул вперёд. Ничто в нём не напоминало о прошлом, ничем он не отличался от других таких же угрюмых бойцов, стоявших вокруг дома. Но именно он уверенно пошёл к двери с оружием в руке.
Та распахнулась.
— Стреляй! — рявкнул Багровый, вскидывая мушкет.
Последние звуки его голоса потонули в слитном грохоте выстрелов.
* * *
С моря дул свежий ветер, унося жаркий воздух прочь в пустыню и принося взамен прохладу. В порту Аим-Хайат, как всегда, было полно людей — здесь можно было услышать все языки мира, посмотреть на самые причудливые одеяния и увидеть чудеса, которые не встретить нигде, кроме как на их родине. Но людей, что спускались по трапу прибывшей шебеки, не интересовали чудеса.
Впервые за шесть лет Магнус Эриксон снова ступил на землю Джумара, и это слегка будоражило. После того, как закончилась битва при Андреде, он знал, что рано или поздно вернётся сюда. И судя по тому, кто их встречал, архагет Джахандар принял его письмо всерьёз.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Как здесь тепло, — с нескрываемым удовольствием проговорила Ситилла, сойдя на причал вслед за некромантом. — После Хельвега будто домой вернулась.
— Здесь холодно, — тихо ответила Джаана, глядя на встречающего. — Очень холодно.
Кириос Шапур улыбался ей.
— Дождя и теней, учитель, — сказал Магнус, остановившись перед джумарцем. — Как видишь, я не забыл об империи.
— И о Джаане тоже, — заметил Шапур. — Значит, веришь, что у тебя получится избавить нас от демонов пустыни?
— Не у меня. У неё.
— Тогда идём. Архагет ждёт, и долго ждать он не привык.
— Когда мы выступаем на юг?
Шапур улыбнулся ещё шире.
— Завтра же.
