— Ну? — Деоринг обвёл их взглядом. — Думайте о том, как поблагородней сдаться в плен, господа. И не мешайте мне.
«Трусливые псы», — подумал Йон, глядя на него. Он так и не подобрал меч. Может, и впрямь стоит сделать это? Против Деоринга шансов нет, он видел, как тот сражается. Но ведь можно хотя бы попытаться…
Да. Он не умрёт беспомощным пленником.
Деоринг улыбнулся, когда Йон опустил взгляд на клинок, собираясь наклониться к нему. И в тот же миг чья-то рука мелькнула перед глазами — пальцы уверенно сомкнулись на рукояти, выдёргивая меч из ножен, и Йон покачнулся, едва не упав.
— Стой на месте, — бросила ему Хильда, выходя вперёд. В левой руке у неё Йон увидел ледяную иглу. — Как насчёт меня, ублюдок рыжебородый? Я знаю, ты дерёшься с женщинами. Попробуем?
Острие рейтшверта очертило сверкнувшую на мгновение дугу.
Кажется, оторопели все — даже Деоринг опустил оружие, недоумённо уставившись на Хильду. Та сделала ещё шаг вперёд, поигрывая клинком.
— Тир, — наконец сказал он. — Я не сражаюсь с рабами.
Тогда-то Йон и ответил. Это было сродни тёплой волне, вдруг пробежавшей по телу: он будто очнулся от ступора, и кристально ясно теперь знал, что нужно делать. Именно то единственное, что он сейчас мог.
— Тогда я освобождаю её, — проговорил теург. — Слышишь, Хильда? Увы, купчую у меня забрали, но я всё равно остаюсь твоим хозяином. Свидетелей тут, думаю, достаточно. Вы слышите меня? — он повысил голос. — Эта девушка больше не рабыня. Давно пора было это сделать.
— Прячешься за юбку? — Деоринг сверкнул глазами.
— Нет. Хочу, чтобы ты наконец сдох.
Кажется, ему удалось зацепить рыжебородого — оскалившись, тот пошёл к Йону. Но дорогу ему преградила Хильда.
Обозлённый Деоринг пырнул её в живот, но впустую: девушка просто повернулась корпусом, пропуская клинок мимо себя, и тут же ударила в ответ, настолько быстро, что лишь хорошая реакция спасла сына шерифа от смерти. Заскрежетала сталь, и Деоринг отступил назад.
Снег оросила первая кровь.
— Кто ты такая? — процедил рыжебородый, прижимая ладонь к порезу на боку. Хильда не ответила — вместо этого она напала снова.
Серебристый росчерк едва не лишил Деоринга глаз, второй лишь на ноготь разминулся с шеей. Вялую попытку контратаки Хильда парировала с таким презрительным лицом, что её противник снова замешкался — и снова в последний момент успел отвести молниеносный выпад.
Деоринг зарычал. Йон буквально видел его бешенство, злость — и острое непонимание того, что происходит. Какая-то тир полностью контролировала бой, раз за разом едва не отправляя его к Сефрану, а он мог лишь обороняться.
— Кто ты такая?! — рявкнул он, взмахивая клинком. Ответом ему был лязг стали.
Ещё один удар. Теперь Деоринг вкладывал в них силу, стараясь бить так, чтобы вынудить Хильду парировать, а не совершать вольт с последующим выпадом. Наверное, будь на её месте Рона, она сломалась бы уже на втором-третьем ударе. Но Хильда будто не замечала их, отражая атаки с той же грубой силой, которой обладал противник.
И всё же она проигрывала. Первый шок прошёл, Деоринг отбросил удивление и просто сражался, как с любым другим врагом. Теперь уже его атаки заставляли Хильду пятиться, а один выпад даже оставил кровоточащую полосу на щеке. И каждый удар оказывался чуть ближе к цели.
Это случилось так быстро, что Йон даже не сразу понял, что произошло. Деоринг снова направил клинок в горло Хильде, но в последний момент вдруг изменил направление и, разминувшись с её рейтшвертом, пронзил тело девушки насквозь.
— Вот и всё, — сказал он, наваливаясь на рукоять.
А в следующее мгновение Хильда схватила его за руку.
Деоринг не сразу понял, чего она хочет. А когда понял, было уже поздно — тир держала его мёртвой хваткой, а ледяной иглой, всё так же зажатой в левой руке, раз за разом била в грудь, в живот, в горло. Лишь когда окровавленный труп повалился к её ногам, Хильда разжала пальцы — и со стоном опустилась в снег.
Забыв обо всём, Йон бросился к ней. Первым делом он убедился, что Деоринг мёртв — с такими людьми следовало быть осторожней, но рыжебородый уже не дышал, и сердце его тоже не билось. Да и не могло биться — крови натекло столько, что снег уже успел подтаять, и сквозь проплешины виднелась земля.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И лишь потом теург обратил внимание на уже бывшую тир. Снова, как когда-то у озера Коцит, она лежала на снегу, только теперь дела были куда хуже. Рейтшверт Деоринга пробил ей живот, наверняка задев кишки, и хорошо, если остались целы печень и почки. Но саму девушку это беспокоило куда меньше, чем должно было.
— Вытащи меч! — прошипела Хильда.
— Ты истечёшь кровью.
— Вытаскивай! — закричала она.
— Мне кажется, твоей тир лучше знать, — услышал Йон голос Джааны. — Позволь.
Ему ничего не оставалось, как отступить.
Впервые Йон видел вот так, своими глазами, как работает джумарский маг Жизни. Методы Джааны напоминали то, что показывали хирурги Ветеринга, но амальтейские врачи работали грубо, резко, совсем не так чётко и, пожалуй, даже красиво, как это делала джумарка. Одним-единственным резким движением руки она вытащила клинок, вторым — запечатала рану, третьим — закрыла разрез на спине. Кровь тут же перестала идти, но этим Джаана не удовлетворилась — она принялась колдовать дальше, что-то шепча.
И тут опомнился офицер.
— Эй! — потребовал он. — Что вы делаете?
Йон мельком взглянул на него и мысленно выругался. Кажется, после смерти Деоринга этот человек наконец осмелел. Но Джаана спокойно продолжала свою работу, и лишь Кенельм чуть повернулся и коснулся рукояти меча, готовясь обнажить его.
— А вы — вернитесь в палатку, не то я оттащу вас туда силой, — добавил офицер, глядя на Йона.
— Пожалуй, я откажусь, — ответил тот, удивляясь собственной храбрости. Он ведь даже не снял иттриевые кандалы. Но всё равно почему-то не боялся, хотя Хильда уже не могла бы его защитить.
Офицер шагнул к нему, явно намереваясь претворить свою угрозу в жизнь, и Йон подхватил лежавший у его ног меч. Тусклая сталь по-прежнему была залита кровью Хильды.
— Не стоит, — Джаана выпрямилась. — Спокойно, Кенельм. И вы тоже, мейстер Винтерсон.
Кенельм промолчал, но всё же выпрямился, сложив руки на груди. Йон тоже опустил оружие.
— Война окончена, — сказала джумарка, глядя в глаза офицеру, за спиной которого уже собирались гвардейцы. — У вас больше нет власти.
— У меня был приказ пресекать любые попытки побега этого человека, — ответил тот. — И только сам король может этот приказ отменить.
— Мне это безразлично, — Джаана пожала плечами и поплотнее закуталась в шубу. — Вы погибнете, если попытаетесь сделать то, что должны.
— У вас был и приказ сохранять пленника, — не сдержался Йон. — Что ж вы тогда позволили Деорингу напасть на меня?
Лицо офицера исказилось от бешенства — удар попал в самую точку. Слов больше не было: выхватив шпагу, он направился к теургу.
И тогда Йон увидел, как маг Жизни может убивать.
Это не было похоже на Тление, излюбленное оружие Магнуса, не напоминало и теургию амальтейских боевых магов, которые предпочитали управление стихиями. Офицер просто попытался оттолкнуть стоявшую у него на дороге Джаану, но та изящно отступила в сторону, будто случайно проведя пальцем по кирасе — там, где под ней билось сердце.
И хускэрл споткнулся.
Ярость его исчезла, и с блаженной улыбкой офицер повалился в снег лицом вниз — так, что никаких сомнений не было: он мёртв.
Над лагерем повисла могильная тишина. Джаана молча смотрела на гвардейцев, будто ожидая, что те бросятся на неё, а те, не выдерживая, один за другим опускали взгляды в землю. И в этой тишине Йон снова услышал далёкий топот копыт.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
* * *
— Дождя и теней, учитель.
— Дождя и теней, ученица. Жаль, что ты пошла на такое.
— У меня не было выбора, кириос Магнус. Хоть я и знаю, что это не оправдание.
— Всё можно обернуть вспять.
