Совет друга мало утешил Дика. Он до сих пор вспоминал об Эжени с ностальгическим чувством утраты, но любил и Азизу, и ему не хотелось, чтобы в их отношения вмешался кто-то еще. Его вполне устраивало существующее положение вещей, и он вовсе не хотел ничего усложнять. Но, чем больше он думал об этом, тем больше начинал понимать, что выбора у него нет.
Он сдался, и поскольку действительно не хотел брать вторую жену, отправился на распродажу рабов. В середине месяца Раджаб он нашел двух женщин, которые выглядели вполне подходящими. Ни одна из них, ни обе вместе не смогли бы собраться с духом, чтобы в его отсутствие доставлять неприятности Азизе, но обе были хороши собой, а одна даже девственница. Эль-Йакут — не девственница — гибкая, оливковая алжирка из Бени Мзаб, была обучена соблазнительным танцам своего племени и могла развлечь его этим. Другая, Амина — Надежная — была дитя Марракеша с кожей цвета меда, оттененного розовыми лепестками миндаля, с красивым лицом и изящными формами, но не больше того. Девушка не проявляла ни искры живости, ни малейшего трепета, когда он касался ее. До отъезда Дик добросовестно несколько раз имел с ними дело, однако не нашел ни в той, ни в другой ни малейшего удовольствия. Но, по крайней мере, он выполнил свои обязанности! Гораздо больше он обрадовался, когда через две недели из Дар эль-Махзена пришел приказ выступать.
Кампания, начавшаяся в конце лета, продолжалась осенью и даже зимой, и была не особо трудной. Дик радовался этому, потому что обнаружил много сложностей и недочетов, которые можно было устранить только в деле. Горные племена на севере от Феса бунтовали, но не особенно рьяно, и Дик подозревал, что Исмаил отправил его туда набираться опыта, а не в связи с необходимостью.
Однако кампания тянулась добрых полгода, и, в конце Мухаррама. вернувшись в Мекнес, воины были немало удивлены — их встретили с дикой радостью и восторгом, несмотря на старые бурые джеллаба и грязные тюрбаны. В тот момент они были слишком измотаны, чтобы переодеваться в более впечатляющую форму, которой когда-то так гордились. Им кампания казалась незначительной. Но в Мекнесе на вещи смотрели иначе, и воины обнаружили, что, сами того не подозревая, стали героями дня. И то, что прежде казалось сложным, почти неосуществимым, теперь было вполне в порядке вещей.
В отсутствие Дика Азиза родила ему сына, а спокойная Амина уже заметно округлилась от его семени. Он почувствовал, что слава и радость отцовства — замечательные вещи, но в то же время не мог отделаться от мысли о том, что каждая новая успешная кампания и каждый сын, появляющийся в его доме, станут добавочными звеньями в цепи, все более прочно приковывающей его к этой стране.
Глава седьмая
ПАША СУСА
Что бы там ни было и что бы ни думал Дик, в том году все наладилось. Для других, возможно, он был самым обычным годом; может быть, и для Дика значил меньше, чем следовало бы. Вот как прошли следующие несколько лет, если пересказать вкратце.
Дик и его полк, теперь уже крепкая боевая единица, оставались в гарнизоне Мекнеса почти восемь месяцев. Те, у кого в доме были женщины, проводили время с ними, а остальные искали развлечений на Дарб Бинтилхата. Теперь их считали сильными воинами и крепкими мужчинами. Дик даже сам не ожидал, что будет счастлив вновь оказаться дома. Он нашел Азизу такой же гибкой и игривой, как всегда, и даже Йакут и Амина, казалось, оживились с его возвращением. Его очень позабавило выражение триумфа и превосходства на лице Азизы, поскольку ее ребенок оказался сыном, а кого родит Амина, еще никто не знал. Однако Дик предчувствовал что у нее будет девочка, и сердце Азизы наполнилось нежностью и симпатией, когда так и случилось.
Дик вернулся домой в некотором сомнении, поскольку был не очень доволен тем, как его полк действовал в поле, и был приятно удивлен, когда оказалось, что Исмаил полон энтузиазма и прямо-таки в восторге от них.
Поздней осенью его снова призвали к делу, и на сей раз ни Махзания, ни Аскриз, ни ополчение не помогали ему. В Риффе, между Мекнесом и Средиземным морем, Бени Закене и Бу Хузмар взялись за оружие.
Дик и Майк Маллиган — Хасан и эль-Ахмар — выступили со своими таборами, и даже Исмаилу кампания показалась на удивление короткой. Прибыв в горы, Дик не повел свое войско в Ксуан, столицу восставших. В горах полк разделился, и Дик, к большому неудовольствию Майка Маллигана, оставил его в тылу, чтобы тот подвел атакующие силы позже, когда будет дан сигнал. Остальные восемь сотен людей, возглавляемые Диком, просочились в город в обличье дикоглазых берберов в коричневых джеллаба. Они атаковали защитников изнутри, распахнув ворота для Майка Маллигана и его воинов, устремившихся в город с окрестных холмов. В середине Сафара все снова вернулись в Мекнес, потеряв только пятерых — по разным причинам, и Дик привез с собой два особых трофея: Галию, огромную негритянку из Дра, рабыню каида Ксуана, — Азизе для личных услуг; и зеленоглазую, словно дикая кошка, женщину по прозвищу Рабба — нетерпеливое тело. Ее он наметил в рабыни себе.
Вопреки его ожиданиям, жена не выразила восторга, потому что немногим более месяца до возвращения Дика родила дочь, Рахму, а Амина — мальчика. По этой причине Азиза была не особенно расположена милостиво воспринимать рабынь. Дик, развлекавшийся с Раббой целый месяц по пути домой с войны, даже собирался продать, ее. Но Рабба рыдала, рвала на себе волосы и клялась, что лучше умрет, чем покинет его дом. Он находил, что жить среди мавров весьма непросто, и неудивительно, что у него почти не оставалось времени на мысли об Эжени.
Мулаи Исмаил просто обожал его! Подавить разгорающийся мятеж Бени так быстро, столь малыми средствами, и отослать главарей на суд Исмаила — в такое почти не верилось. И все же это было правдой, поскольку Дик никогда не рубил голов и не пытал людей на поле боя, что было в привычке у многих командиров. Султан пожаловал Дику титул халифа, означавший, что он принадлежит к числу приближенных, ответственных только перед ним самим. Через четыре месяца он снова послал его против Бени Хасан, засевших среди гор нижнего Мулувийа, между Пеньон де Велес и Ораном. Султан дал ему мощное подкрепление, но и задачи поставил несравнимо большие.
Однако Дик справился успешно. И дело было не в том, что его войско было больше или враги слабее — он ударил сильно и быстро, захватив мятежников врасплох прямо в их лагере, прежде чем они успели начать сражение.
Другой командир на его месте привез бы из этого похода много рабынь или даже пару жен, поскольку женщины Бени Хасан отличались красотой. Но Дик избегал этого соблазна, хотя и чувствовал, что нуждается в утешении. Однако он хорошо помнил, как его встретила Азиза, когда он привез женщин в прошлый раз. Однако когда Дик снова прибыл в Мекнес, она рассердилась, потому что привезти такие трофеи в его положении — было необходимо с точки зрения общества. Тогда он, яростно взмахнув руками, заявил, что его дом недостаточно просторен для них для всех. А пожелав завести больше жен или танцовщиц, он найдет их в любой момент. Сейчас же нет причин, по каким бы жена не могла удовлетворить его — как и Йакут, Амина или Рабба, наконец. Он вправе требовать своего от каждой или выбросит их всех на улицу под покровительство Аллаха.
