Читаем без скачивания Дети Революции (СИ) - Панфилов Василий "Маленький Диванный Тигр"

— Не совсем ровня знатнейшей и богатейшей аристократке, да ещё и обещающей стать одной из первых красавиц Империи, но рассматривать в качестве жениха тебя уже можно, — веско сказал Бранн, — и не забывай, что чисто теоретически, такой брак для промышленников Конфедерации стал бы манной небесной!

— Это да, — нехотя сказал Фокадан, — тесная связь с элитой Российской Империи пошла бы промышленности Конфедерации на пользу. Мог бы вывести в российский Высший Свет знакомых и друзей, личные контакты с аристократией. Ладно, принимаю. Дальше-то что? В жизни не поверю, что только из-за этого генерал-губернатор убийц нанял бы, проще очернить человека, тем паче о теоретическом браке можно только через несколько лет говорить.

— Сами Юсуповы пока нейтральны, — отозвался Келли, — в свару не лезут. Тем более, покушение случилось до убийства императора, хотя… сановники такого ранга могли просчитать расклады загодя. К слову, тебя могли и не как потенциального жениха убирать, а как послание Юсуповым.

— В последнее больше верится, — хмуро сказал Фокадан, — и не только Юсуповым. Проверить нужно, не играют ли Долгоруковы на стороне англичан? Моё устранение в таком случае могло стать ещё и посланием Лондону. Этакое Заявление о дружбе и добрососедстве.

— Следующая ниточка ведёт к Александру, — задумчиво сказал Келли, записав что-то в блокнот, — почему-то решили, что ты имеешь на него большое влияние, ряд непопулярных у знати реформ приписывают тебе. Вряд ли это на самом деле, но попытка выставить иноземца виновником всех бед знати — очень удобно. Часть аристократии переметнулась бы к твоим противникам на рефлексах, не раздумывая. Покушение могло быть попыткой набрать очки в глазах таких вот легковерных.

— Есть ещё ниточки, — вяло сказал Конноли, — но те уже проверить не можем. Католическая церковь может иметь свои резоны, а они в последнее время активизировались, и активность эта мне не нравится. Масоны ещё, будь они неладны…

— Клоуны, — фыркнул Бранн.

— Клоуны, говоришь? — Прищурился Риан, — уверен? Тайные общества, где люди связаны клятвам и порой — кровавыми тайнами. Большая часть масонских ложь и правда никчемушники с претензиями. А меньшая? Сколько масонов вокруг, знаешь? А сколько среди них модников, болтунов и серьёзных людей, я вот подсчитать не возьмусь.

— Масонов в сторонку откладываем, — поморщился Алекс, — на повестке у нас Долгоруков. Что делать-то будем?

[1] Сейчас в это сложно поверить, но Хитровка, самый криминальный район Российской Империи, был по нынешним временам не таким уж опасным местом. Ограбить, подпоить, обокрасть — это сколько угодно, а вот убийство было редкостью чрезвычайной, тем паче умышленные. По-настоящему опасным местом Хитровка стала позже, ближе к концу 19-го века.

[2] Романовы не могут похвастаться знатным происхождением.

[3] Олигархов.

[4] Брачными.

Глава 22

— Эйрин на рифы налетела! — Раздался голос с высокой деревянной вышки, стоявшей на каменном фундаменте, и толпа старателей загудела. Новость из самых скверных, снабжение маленькой ирландской общины, обосновавшейся на Береге Скелетов, постоянно висело на грани.

— Может, туман искажает? — Донёсся до наблюдателя полный надежды голос снизу.

— Нет, парни! На море туман рассеивается, сверху нормально видно!

— Твою же мать! — Выразил общее мнение немолодой ирландец, дёрнув нервно головой, — опять с водой проблемы!

— Что делать, Том, — вяло отозвался такой же немолодой мужчина, стоящий по соседству, — знали, на что шли, — Хорошо ещё, через ИРА работаем, а не поодиночке. Пусть фении забирают почти девяносто процентов от заработанного, но зато централизованное снабжение бесплатное, да алмазы через них за справедливую цену уходят.

— Эт да, — согласился молодой парень, явный родственник матерщинника, — как представлю, сколько бы торгаши могли за воду заломить, да за какие копейки нашу добычу покупали, так аж дурно делается. Так-то тяжко, а было бы…

— Хуже, чем в Калифорнии, — согласился с ним отец, — мы-то считай под конец старательской лихорадки попали, и то успели всякого навидаться. Говорят, поначалу совсем худо было, стреляли друг друга только так. А уж цены торгаши задирали… Если уж в Калифорнии, где как ни крути, а прожить можно. А здесь никак, пустыня на сотни миль, да с моря к берегу не особо подойдёшь.

— Хорош базар устраивать, — прервал начавшееся стихийное собрание фений, — с Эйрина сигналят, что не всё так плохо, есть шансы снять судно с рифов.

— Да хоть груз выручить, и то славно! — Воодушевился коренастый богатырь, — а то снова по пинте[1] воды в день до нового завоза, это жопа! Айда, парни!

Судно удалось подвести к берегу, но ясно уже, что Берег Скелетов станет для Эйрин последним причалом. Вытащив драгоценный груз, старатели начали споро разбирать судно на доски, всяко пригодятся.

Капитан, отшучиваясь и отругиваясь, руководил работами, и только по их завершению пошёл на доклад к руководству. Впрочем, далеко идти не требовалось, руководство старательской общины пахало вместе с рядовыми её членами.

Отойдя чуть подальше, моряк вытащил вересковую трубку и закурил, медленно роняя слова. Новости нерадостные, о месторождении алмазов, которые в буквальном смысле можно грести лопатой, прознали.

— Французы, значит, — протянул Мактавиш, оскалившись и ёжась от надвигающегося языка холодного тумана, — вот же сволота! Сколько у нас времени?

— Месяц, может два, — чувствуя себя виноватым, сказал капитан, с силой затянувшись, — надеюсь, руководство отыграет ещё немного времени, но пока уверенно сказать нельзя.

— Скверно, — с механической интонацией, произнёс молодой горный инженер, руководивший работами, — мы как раз вышли на… впрочем, уже неважно. С французами можно будет сотрудничать хотя бы поначалу, или лучше бежать, не дожидаясь артиллерийского обстрела и высадки солдат?

— Лучше подготовится к бегству, — уверенно сказал Мактавиш, — что Наполеону в голову стукнет, сказать не сможет и он сам. Но что ограбят нас, это к гадалке не ходи, да и на каторгу кое-то из парней попадёт под разными предлогами. Хм… и не всегда надуманными, народ у нас всё больше с прошлым. Вытащим, конечно, но вот всех ли успеем, да и время… Нет, лучше не рисковать.

Посмеялись невесело, бросив солёные шуточки о французском императоре и снова стали говорить всерьёз.

— Можно будет подготовить всё к эвакуации, но не вызвать переполох у парней и работать до последнего дня? — Поинтересовался глава старателей.

Инженер прикрыл ненадолго глаза и уверенно ответил:

— Не без проблем, но можно. Выработка чуть снизится, но не критично. Справимся.

— Тогда так и делай, — приказал Мактавиш, — ладно… мы в общем-то продержались дольше, чем я рассчитывал в самых смелых мечтах. Шутка ли, почти на двадцать миллионов фунтов[2] выручки, да непроданных алмазов два раза по столько!

— На такое и рассчитывать не мог, — согласился инженер, невольно улыбаясь. Недавний выпускник Горного факультета стал по-настоящему богатым человеком. А ведь года не прошло с момента выпуска! Нет, за ИРА держаться нужно. Что с того, что ирландская кровь в нём разбавлена так, что дальше некуда, одна фамилия кельтская осталась? Кто университет оплатил? ИРА!

Ныне он богатый человек, а Мактавиш открытым текстом говорит, что на него у ИРА планы. Худо ли? Новая работа… может, не столь денежная, но ничего. Можно и самому вложиться в какое предприятие — благо, капиталец ныне есть.

И супругу найти из кельтов — так, на всякий случай. Говорят, у Мактавиша дочки прехорошенькие, хм… приданое, опять же, связи…

Покушение, по большому счёту, осталось расследованным только по верхам. Увы, это только в книгах о гениальных сыщиках по мельчайшим уликам распознают детали преступления и заставляют преступников признаваться, поразив их тонкой игрой ума.

В жизни обычно всё прозаичней и грубей, да и как подобраться к всесильному генерал-губернатору Москвы? Владимир Андреевич и в мирное-то время фактически царствует в древней столице. Недаром его называют удельным князем, ох недаром!