Читаем без скачивания Дети Революции (СИ) - Панфилов Василий "Маленький Диванный Тигр"

[4] Цитата принадлежит известнейшему журналисту Гиляровскому, печатавшемуся с 1881 года. ГГ, сам того не подозревая, процитировал ещё не написанное.

[5] Известный в то время трактир на Хитровке, где собирались самые отпетые душегубы.

[6] Ирландия навсегда! В этой Реальности боевой кличь ИРА.

[7] Кастрата. В России была (а по некоторым данным, есть и сейчас) секта, члены которой ради духовности увечили себя.

Глава 20

Договор О дружбе и добрососедстве с Афганистаном и полноценный союзный договор с Персией заставил Фокадана посереть от ужаса. Хвалебные слова об умницах-дипломатах и храбрых военных, наладивших уверенную связь не только с племенами Афганистана, но и между строк — Индии, пошли фоном.

— Началось, — обречённо сказал он, комкая утреннюю газету, — я не я буду, если англичане какой-нибудь гадостью не ответят.

Ответили, да ещё как… некролог о смерти Александра Второго появился всего через неделю. Самое же страшное заключалось в том, что дальнейшие статьи откровенно попахивали цареубийством и государственным переворотом.

Как ещё можно расценить рассуждения государственных деятелей на страницах газет о том, кто из претендентов предпочтительней — Алексей Александрович, Николай Николаевич старший или же юный Сергей Александрович? Законный наследник, который должен ступить на престол под именем Александра Третьего, если и упоминался, то как персона, о которой ходят якобы самые дурные слухи.

Москвичи откровенно поговаривали, что Александр Второй

— Умер от инфаркта табакеркой по голове[1].

Говорили о сём не стесняясь и даже не понижая голос при виде чиновников, военных или городовых. Впрочем, служивое сословие старательно не замечало разговоров, и то и вовсе — сами вели неподобающие беседы.

Законный наследник, если верить муссировавшимся[2] слухам, был одновременно страшным мотом и скупцом, слабовольным импотентом и развратником. В одном слухи сходились уверенно — Александр, Который-вряд-ли-будет-Третьим, объявлялся отцеубийцей.

Здравомыслящие люди ходили мрачные и напуганные грядущими переменами, все понимали, что произошёл очередной дворцовый переворот. Оптимисты говорили о Золотых временах Екатерины, грезя новыми вольностями дворянскими — хотя куда больше-то?!

Богатое дворянство заговорило о Республике, в качестве примера представляя Речь Посполитую[3] перед началом упадка. Права дворянства без каких-либо обязанностей заставляли захлёбываться слюной от едкой зависти.

Что с того, что подобные законы привели страну в упадок? Зато как жили! Рабы, право каждого шляхтича объявлять войну самому королю, отправлять посольства иностранным государям[4], не платить налоги… Мечта!

Иные грезили о конституционной монархии английского типа. О республике образца французской — до воцарения Наполеона Третьего, разумеется. Имелись и те, кто ставил в пример Конфедерацию, пытаясь искать одобрения своим планам у Фокадана. Зашла речь и о смене династии.

Менее двух недель прошло с появления в газетах злосчастного договора…

— Слишком быстро в разнос пошли, — качал головой Келли, отслеживающий ситуацию по сложным графикам, — слишком быстро.

— Готовились, — тоном непризнанного пророка отвечал Конноли, — заметил, что власти бездействуют? То-то! Раскачивают лодку государственности…

Несмотря на проблемы Российской Империи, расследование покушения не прекратили и оно принесло свои результаты.

— Проверил не раз и не два, — уверенно сказал Бранн, доставая пометки и записи, — наниматель известен.

— Посредник?

— Скорее всего, — но ниточка от него куда-нибудь да приведёт. Или затихариться нам на время революционных беспорядков?

Встав с кресла, Фокадан начал расхаживать пол кабинету, прикусив губу.

— Нет, — решительно сказал он пару минут спустя, — опасно. Если уж императора убрали, то меня и подавно смогут. Кто убил Александра, есть сомнения? То-то, что англичане… а эта сволота и меня не любит, так что затаиться не выйдет.

— Убрать хотя бы посредников, — подытожил Конноли, — глядишь, посложнее будет вельможам да шпионам английским действовать.

— На то и расчёт, — согласился консул, — вряд ли сами вельможные особы с трущобами да преступниками связаны. Солдат же или жандармов посылать опасно, даже если это верные люди. А ну как о присяге вспомнят? Да и связать могут верных людей с конкретными вельможными особами. Нет, через посредников и трущобы надёжней! Так где брать будем?

— У Болдоха, — Бранн уверенно ткнул пальцем в карту, — такого случая долго не представится, как ни крути.

— Так этот же пределами Хитровки? — Удивился Алекс.

— Да, — телохранитель самодовольно выпятил грудь, — скупщик краденого, решил в своё время обзавестись легальным статусом, миллионщиком как-никак стал! Дом купил за Хитровкой, а привычки прежние остались.

— У него ж вроде в Хитровке дом есть? — Фокадан прищурился, вспоминая, — Зайцева бывший?

— Как не быть, есть. Вот только в Хитровке сейчас даже таким тузам, как Болдох, опасно. Иваны пользуются неразберихой, кровь как воду льют — что при грабеже домов, что при ссорах между подельниками. Могут и Болдоха сгоряча прибить, он же пусть и авторитет, но собственной банды нет, всё больше на связи с чиновниками опирался.

— А связи эти ныне сомнительны, — задумчиво подытожил попаданец, — с этим ладно. Дельце какое спроворить решили иль просто ситуацию обкашлять, нам всё равно. Коль собраться в одном месте должны скупщики да посредники, так и прищучить их можно. Славно. Я с вами. Не обсуждается!

В ряды штурмующих Фокадана толкнула не дурная бравада, а чёткий план. Впереди, на лихом коне, переть дуриком не собирался, да и зачем? Его роль — подстраховать подчинённых на случай неприятностей.

Дескать, прогуливался тут, а его похитить решили… благо, верные люди на выручку подоспели! Версия, шитая белыми нитками, ну так и что? Тот случай, когда все всё понимают, а придраться сложно. Репутация же… а и чёрт с ней! После отрезанных голов в Нью-Йорке, штурмом бандитской малины в Москве не удивишь. Так, покивают, пряча понимающие ухмылки.

Псов сняли из арбалетов, наконечники которых смазаны ядом кураре[5]. Не взвизгнув, огромные псы вытянулись, будто легли отдохнуть.

Буднично одетые фигуры перемахнули высоченный забор, прикрываемые товарищами. Никаких комбинезонов под ниндзя, разумеется, нет. Обычная одежда мастеровых, разве что удобная, да несколько непривычно пошиты и не стесняют движений, но чуждость эта не бросается в глаза.

Несколько жестов и через забор перелетают остальные члены штурмовой группы. Фокадан, Конноли, Бранн, Конан, Келли и разумеется — Лейф с троицей подчинённых — из тех, что прошли нормальную подготовку в ИРА, имеют соответствующий опыт и пользуются доверием товарищей. Не могла же ИРА оставить без внимания такой перспективный город, как Москва, в самом-то деле… Случайных людей в кельтском десанте просто нет.

Другое дело, что группы эти, несмотря на товарищеские отношения, автономны и не подозревают, что остальные десантники тоже не так просты. Отдельные командиры, отдельные задания… не диверсии, упаси боже! Опытные агитаторы, специалисты по внедрению. Не то чтобы планировалось действовать против Российской Империи, но ведь пригодилось же! Да и когда это дипломатия действовала отдельно от разведки?

Жест пальцами, Фокадан подлетел бесшумно, переступив через тело сторожа каторжного вида.

— Зацени, командир, — давясь от беззвучного смеха сказал Конан, — чистая клоунада, а не охрана!

Глянув в щёлку приоткрытой двери, Алекс прислушался…

Угрюмого вида мужик с короткими волосами[6], постепенно ярясь, доказывал собеседнику:

— Слушай, ты…

— И что слушай, что слушай? — С лёгкой опаской возражал более субтильный уголовник, одетый с претензией на шик, в венгерку[7] под военных и новёхонький картуз с лакированным козырьком, — работали вместе и слам пополам…