Приведенные данные о занятых гомстедах относятся к первоначальным заявкам на гомстеды, а не к окончательно занятым участкам; данных последнего рода, распределенных по районам, в нашем распоряжении не имеется. Но если, как абсолютные величины, приведенные данные и преувеличены, то они, во всяком случае, точно изображают отношение между районами. На севере всего земли под фермами было в 1910 г. – 414 млн. акров, так что заявленные за последние 10 лет гомстеды составляли около 1/8, на юге около 1/17 (20 из 354), на западе – половину (55 из 111)! Понятно, что смешивать в одну кучу данные о районах, где фактически почти еще нет поземельной собственности, и о районах, где все земли заняты, было бы насмешкой над приемами научного исследования.
Америка особенно наглядно подтверждает ту истину, которую подчеркнул Маркс в III томе «Капитала», именно, что капитализм в земледелии не зависит от формы землевладения и землепользования. Капитал застает средневековое и патриархальное землевладение самых различных видов: и феодальное, и «надельно-крестьянское» (т. е. зависимо-крестьянское), и клановое, и общинное, и государственное и т. д. Все эти виды землевладения капитал подчиняет себе, но в различной форме, различными способами{71}. Сельскохозяйственная статистика, если бы она была поставлена осмысленно, разумно, должна бы была видоизменять свои методы исследования, приемы группировок и т. д. в соответствии с формами проникновения капитализма в земледелие, например, особо выделять гомстедные участки и прослеживать их хозяйственную судьбу. К сожалению, в статистике слишком часто царит рутина, бессмысленное, шаблонное повторение однообразных приемов.
Насколько экстенсивно земледелие на западе по сравнению с другими районами, видно, между прочим, из данных о величине расходов на искусственные удобрения. По расчету на 1 акр обработанной земли эти расходы составляли в 1909 году на севере 13 центов (0,13 доллара), на юге 50, на западе всего 6. Превосходство юга объясняется тем, что культура хлопка требует много удобрений, а эта культура занимает на юге самое видное место: хлопок вместе с табаком дают здесь 46,8 % стоимости всех земледельческих продуктов, зерновые хлеба – только 29,3 %, сено и травы – 5,1 %. Напротив, на севере первое место занимают зерновые хлеба – 62,6 %, затем сено и травы – 18,8 %, причем преобладают посевные травы. На западе зерновые хлеба дают 33,1 % стоимости всех земледельческих продуктов; – 31,7 % дают сено и травы, причем посевные травы уступают первенство луговым. 15,5 % стоимости дают фрукты – особая отрасль торгового земледелия, быстро развивающаяся на тихоокеанском побережье.
2. Промышленный север
На севере процент городского населения достигал в 1910 г. 58,6 % против 22,5 % на юге и 48,8 % на западе. Роль промышленности видна из следующих данных:
Общая сумма стоимости продуктов сельского хозяйства получается здесь преувеличенной, ибо часть продуктов земледелия повторяется в стоимости продуктов скотоводства, например, корм скота. Но во всяком случае получается несомненный вывод о концентрации около 5/6 всей американской промышленности севером и о преобладании в этом районе промышленности над сельским хозяйством. Юг и запад, наоборот, носят преимущественно земледельческий характер.
Как видно из приведенных данных, север отличается от юга и запада сравнительно гораздо более высоким развитием промышленности, создающим рынок для сельского хозяйства, обусловливающим его интенсификацию. Но «промышленный» – в таком смысле – север продолжает оставаться тем не менее главным производителем сельскохозяйственных продуктов. Больше половины всего сельскохозяйственного производства, около трех пятых его, сосредоточено на севере. Насколько интенсивнее земледелие на севере по сравнению с остальными районами, можно видеть из следующих данных о стоимости всего сельскохозяйственного имущества – земли, строений, орудий и машин, скота – по расчету на 1 акр земли: на севере эта стоимость составляла в 1910 г. 66 долларов против 25 на юге и 41 на западе. В частности стоимость орудий и машин на 1 акр земли составляла 2,07 доллара на севере, 0,83 на юге и 1,04 на западе.
При этом особо выделяются районы Новая Англия и Средне-Атлантический. Колонизации здесь, как мы уже указывали, нет. Число ферм абсолютно уменьшилось с 1900 по 1910 г., количество обработанной земли, как и всей земли в фермах, тоже. По статистике занятий, здесь занято сельским хозяйством только 10 % населения против 33 % в среднем для всех Соединенных Штатов, 25 %–41 % в остальных районах севера, 51–63 % на юге. Под зерновыми хлебами здесь занято всего 6–25 % обработанной земли (среднее для Соединенных Штатов – 40 %, для севера – 46 %), под травами (большей частью посевными) – 52–29 % (против 15 % и 18 %), под овощами – 4,6–3,8 % (против 1,5 % и 1,5 %). Это – самый интенсивный земледельческий район. Средний расход на удобрения на 1 акр обработанной земли составлял в 1909 г. – 1,30 и 0,62 доллара; первая цифра максимальная, вторая уступает только одному району юга. Средняя стоимость орудий и машин на 1 акр обработанной земли – 2,58 и 3,88 доллара – цифры максимальные в Соединенных Штатах. Мы увидим в дальнейшем изложении, что эти наиболее промышленные районы промышленного севера, отличающиеся наиболее интенсивным земледелием, отличаются также наиболее капиталистическим характером сельского хозяйства.
3. Бывший рабовладельческий юг
Соединенные Штаты Америки, пишет г. Гиммер, это – «страна, никогда не ведавшая феодализма и чуждая его экономическим пережиткам» (стр. 41 назв. статьи). Это – утверждение прямо противоположное истине, ибо экономические пережитки рабства решительно ничем не отличаются от таковых же пережитков феодализма, а в бывшем рабовладельческом юге Соединенных Штатов эти пережитки очень сильны до сих пор. На ошибке г. Гиммера не стоило бы останавливаться, если бы можно было счесть это только ошибкой в спешно написанной журнальной статье. Но вся либеральная и вся народническая литература России доказывает, что по отношению к русской отработочной системе – нашему пережитку феодализма – совершенно одинаковая «ошибка» делается систематически и с необыкновенным упорством.
Юг Соединенных Штатов был рабовладельческим, пока гражданская война 1861–1865 гг. не смела рабства. До сих пор количество негров, не превышающее 0,7–2,2 % в населении северных и западных районов, составляет на юге от 22,6 до 33,7 % всего населения. Среднее для всех Соединенных Штатов – 10,7 % негров в населении. О приниженном положении негров нечего и говорить: американская буржуазия в этом отношении ничем не лучше буржуазии других стран. «Освободив» негров, она постаралась на почве «свободного» и республикански-демократического капитализма восстановить все возможное, сделать все возможное и невозможное для самого бесстыдного и подлого угнетения негров. Для характеристики культурного уровня достаточно указать один маленький статистический факт. В то время как число неграмотных среди белого населения Соединенных Штатов составляло в 1900 году 6,2 % населения (считая население 10 и более лет от роду), для негров этот % был 44,5 %!! Более чем в 7 раз выше!! На севере и западе неграмотных 4–6 % (1900 год), на юге 22,9–23,9 %!! Нетрудно представить себе, какая совокупность фактов из области правовых и бытовых отношений соответствует этому позорнейшему факту из области народной грамотности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
