Читаем без скачивания Роман с убийцей - Вячеслав Жуков

Лерыч уже понял, что никаким другим способом не удастся заставить солдата замолчать, поэтому выхватил из кучи металлолома обрезок трубы и ударил десантника по голове.

– Извини, землячок. Но у меня нет другого выхода, – сказал Лерыч, после того, как десантник растянулся на земле. Из его головы текла кровь.

Лерыч зашвырнул трубу подальше на кучу металлолома, склонился на мертвым солдатом. Оставлять его тут в таком виде нельзя. Менты сразу догадаются, что его кто-то убил.

Хоть и не хотелось долго тут возиться и терять драгоценное время, но пришлось одеть солдата в свою зековскую одежду. Он должен будет заменить Лерыча. Пусть менты думают, что пьяный зек забрел на железнодорожную станцию и попал под поезд.

Локомотив, тянувший за собой длинный состав цистерн по путям мимо кучи металлолома, набирал скорость. Вдруг из-за этой кучи металлолома прямо на рельсы под колеса проносившихся цистерн, вывалился какой-то человек в черной робе. Он не вскрикнул от боли, когда его зацепило и перемалывая точно мельницей, поволокло по путям.

Потом оперативники линейного отдела долго собирали останки, чтобы хоть как-то установить личность погибшего. По одежде, по фрагментам частей тела и по номеру на клочке робы, удалось предположить, что погибшим оказался Безруков Валерий Александрович.

Прибывший следователь, как и положено, в таких случаях, составил протокол опознания. Потом все то, что осталось, сложили в пластиковый мешок и увезли, списав зека как погибшего.

Глава 19

До Москвы Лерыч добирался электричкой. Никто на солдата дембеля не обращал внимания. Даже ревизоры вошедшие в вагон, не спросили билета. Но в Москве возле Павелецкого вокзала он нарвался на патруль, и офицер с погонами капитана, вздумал проверить документы у десантника. Хотя капитан оказался не въедливым и докапываться не стал, когда узнал, что десантник дембельнулся. Пожелал ему счастливого пути.

Бородатый Паша долго разглядывал Лерыча, прежде чем впустить его в дом. Уж слишком непривычно было видеть друга зека в солдатской форме. Даже головой потряс, уж не привиделось ли ему это.

Лерыч приехал к нему поздно вечером. Разыскав дом Мареева, долго наблюдал за окнами, прежде чем постучаться в калитку. Мало ли чего. Не хотелось, чтобы у бородатого Паши в доме были посторонние. Теперь ему как никогда надо соблюдать осторожность. Ведь не известно, что там, в Рязани, менты решили с трупом десантника. Если поверят и признают в нем зека – хорошо. Ну, а не опознают, стало быть, как собаки пойдут по следу, и тогда только смотри.

Дом, где жил Паша, Лерычу очень понравился. Во-первых, он частный, и проживали в нем только Паша и его мать. Да и места здесь такие, что в случаи чего легко можно уйти от ментов. Кругом такие же дома и возле каждого сады. А потом, надо же где-то жить. Еще когда ехал в электричке из Рязани, вспомнил, как Паша рассказывал ему, что живет вдвоем с матерью старухой. О лучшем и мечтать нельзя. Паша не стукач, в ментовку на него заявлять не побежит. Но будет надежней, если сделать так, чтобы он замарался в крови. Лерыч припомнил, как Паша рассказывал, будто счеты хочет свести с обидчиком своим, который увел у него подругу. Вот когда Паша сделает его, тогда уж точно можно будет не сомневаться в нем. А пока, видя, что бородатый Паша в явном замешательстве, Лерыч сказал:

– Да я это. Неужели не узнаешь? Или я за то короткое время, пока мы не виделись с тобой, сильно изменился?

Но даже после такого признания, удивление с лица Паши бородатого не спало. Хотя калитку он открыл, впуская Лерыча.

– Не обижайся, Лерыч. Но твой прикид меня с толку сбил.

– Не обращай внимания на форму, – махнул рукой Лерыч, входя. – Пришлось позаимствовать у одного карефана. Да и поверь, лучшей одежонки не найти было. А ты вроде как не рад меня видеть? Так ты скажи. Я если что развернусь и уйду, – Лерыч сделал полуоборот, как будто и в самом деле хочет уйти, но бородатый Паша остановил его.

– Ну что ты, Лерыч. Я очень рад тебя видеть, – сказал бородатый, хотя особой радости в глазах не было. Паша хорошо помнил, сколько еще Лерычу надо досиживать до окончания срока. И если он тут, то это означает одно. Как раз об этом Паша больше всего боялся подумать. Он еще сам толком не привык к свободе, а тут еще Лерыч появился. Ведь после побега его наверняка будут искать. Опять иметь дела с ментами, Паше не хотелось.

Заметив, что приятель мучается сомнениями, Лерыч решил его успокоить:

– Не переживай, Пашка. Все нормально.

– Разве так может быть? Ведь ты же сбежал?

Лерыч кивнул.

– Я там вместо себя солдата оставил.

Паша глянул на форму. Что ни говори, а как по Лерычу сшита.

– Солдат дембельнулся. Ну я его поднапоил, переодел в свою одежду и под поезд…

Паша испуганно уставился на Лерыча, даже глазенки забегали. Кажется, он осуждал приятеля. Сам бы точно уж не решился на такой поступок. А Лерыч вот смог. Хотя он с самого первого знакомства показался Паше человеком рисковым. С виду, вроде бы тихий и спокойный. Но как раз это и хуже всего. Не знаешь, на какой поступок он готов. К тому же срок он отбывал за убийство. И вот, как оказалось, завязывать с прошлым не собирался.

– Ты матери своей не говори, что мы вместе сидели. Скажи, что я твой знакомый. Познакомились, когда ты домой возвращался, – посоветовал Лерыч, пристально глянув Паше в глаза.

В ответ Паша согласно кивнул. Больше всего ему не хотелось того, что все возвращается на прежнее. Еще там в зоне, Лерыч подмял его под себя. Хотя годами Паша был и постарше, но во всем подчинялся Лерычу. И вот опять. Ну чтобы взять да и послать нежданного гостя к черту. Ведь не успел придти и уже начинает командовать. А разве ему решать, станет ли Паша что-то говорить матери, или нет.

– Пусть ничего не знает. Так для нее спокойней будет, – продолжил Лерыч.

– Ну что ты. Конечно, я ничего ей такого не скажу, – вынужденно пообещал Паша, открывая дверь в дом, и спросил: – Как при матери тебя называть?

Лерыч усмехнулся, посмотрев на бородатого.

– Да так и называй, как по документам. Зеленко Валентин Иванович. Бывший детдомовец.

Бородатый кивнул.

– Ну, Валентин, так Валентин. – Паша уже крупно жалел за свой необдуманный поступок. Зачем надо было давать Лерычу свой адрес. Теперь с его появлением у Паши не переставало ныть сердце, предчувствуя недоброе. Доведет его Лерыч до беды.

Мать приготовила им ужин и по настоянию Паши ушла в свою комнату. Так велел Лерыч, сказав, что не стоит ей подслушивать их разговор. А поговорить нужно было и о многом. И самое главное о том, как жить дальше. Кажется, этот вопрос мучил не только Лерыча, но и Пашу. Судя по закуси на столе, достатка в доме у бородатого не водилось.

Когда вторая бутылка водки была выпита, Лерыч задал Паше прямой вопрос:

– Что, с деньгами туго?

Паша не стал от приятеля скрывать действительное положение дел.

– Да не то слово, – сказал он. – Я пытался на работу устроиться, да не берут никуда. А на материну пенсию не разгуляешься.

Лерыч посмеялся над приятелем.

– Ну даешь ты, Паша. На работу. Чудак ты.

Бородатый допил свой стакан. Хоть и относился к Лерычу с настороженностью, но все ж таки считал его другом, и теперь как мог, стал объяснять, что здесь на свободе, жизнь не намного лучше чем там, за колючкой.

– Живут бизнесмены да предприниматели разные, а у таких как я, что за жизнь, – пожаловался Паша. – Не живу я, а существую.

Лерыч задумчиво кивнул и положил свою руку на руку приятеля.

– Не правильно это, – сказал он, изучающе глянув Паше в глаза.

Паша согласился.

– Я тоже так думаю, – проговорил он и заметил, что Лерыч смотрит в угол. Там на полочке, он увидел опасную бритву в пластмассовом футляре. Не известно, о чем подумал сейчас Лерыч, глядя на бритву, но Паше стало не по себе от его взгляда. Особенно, когда Лерыч сказал:

– Ничего в этой жизни не изменишь…

Паша побледнел.

– Ты это к чему, Лерыч? – спросил он, припоминая, как Лерыч рассказывал в зоне, что вот точно такой же бритвой перерезал горло девушке, за которую его и посадили.

Вместо ответа, Лерыч кивнул на угол.

– Зачем тебе эта бритва?

– Да я побриться хотел, – ответил Паша, пугаясь, когда Лерыч встал, пошатываясь подошел к полке и достал бритву из футляра. Разложив, осмотрел ее, сказав:

– Нет, Паша. Она нам сгодится для другого.

– Лерыч?! – Паша вскочил из-за стола, хотел отобрать бритву, но Лерыч так посмотрел на него, что бородатый плюхнулся на табурет. – Что ж ты со мной делаешь? – и Паша заплакал.

Ночью, когда Лерыч уже спал, в комнату к Паше зашла мать. Паша не спал, сидел на кровати, курил сигарета за сигаретой. Мать осуждающе покачала головой. Всегда ее сын был человеком не решительным. Чтобы Лерыч не услышал ее, зашептала:

– Не нравится мне этот Валентин. Прогони ты его завтра. Ночь уж пусть переночует, а утром проводи. Мужик ты или нет?