А вот поесть сама я не успела. Стоило мне собраться попробовать местный борщ, как дверь распахнулась, и в зал решительным шагом вошел директор, а следом за ним спешили двое карателей.
Я так и застыла с занесенной ложкой ко рту. Послышались шепотки. Кажется, боевых огневиков здесь не любили. Интересно, как отреагируют студенты, узнав, что каратели явились в университет по моей милости? Вдобавок к обережным знакам и молитвам добавится еще посыпание меня солью? Или сошлют куда-нибудь в сарай, чтобы уж точно не попалась никому на глаза?
— Еще раз добрый день всем, — директор обвел присутствующих взглядом. Без сомнения, заметил мое бедственное положение, но остался невозмутимым. — Позвольте представить вам наших гостей — это господа Стеин и Грин. Пятнадцать лет назад они оба окончили наш университет с отличием, а сейчас входят в лучший королевский отряд карателей.
Подавшись вперед, я внимательно рассматривала мужчин, пытаясь понять, какого рода проблем от них ждать. Хотелось бы верить, что проблем не будет совсем, но, увы, фантазеркой я никогда не была и предпочитала трезво оценивать ситуацию, сразу готовясь к худшему.
О том, что присланные каратели считаются лучшими, профессор Рэймос мог и не говорить, это прекрасно виделось и по самим мужчинам. У Стеина были коротко обстриженные русые волосы и взгляд, напоминающий горящие угли. Половину лица пересекал толстый шрам, из-за чего мужчине приходилось прищуривать один глаз.
Коротко поздоровавшись, Стеин стоял, сложив руки на груди. Поза выглядела небрежной, даже вальяжной, но я не сомневалась, в случае потребности мужчина мгновенно среагирует, превратив осмелившегося нарушить общий покой в горку перла.
А вот второй мгновенно вызвал у меня навязчивое желание спрятаться под стол, да так и просидеть там до конца обеда. Высокий, черноволосый, мускулистый, пожалуй, Грин был достаточно симпатичным и наверняка в свое время являлся предметом мечтаний многих девчонок. Я бы даже назвала его красавчиком, если бы не пронзительный, чем-то похожий на звериный взгляд.
Речь директора Грин не слушал совершенно, вместо этого предпочитая внимательно рассматривать студентов. Создавалось впечатление, будто внутри у мужчины заключен рентгеновский аппарат и сейчас он мысленно просвечивает каждого, определяя степень опасности и возможности устранения. При виде меня его глаза ярко вспыхнули, крылья носа хищно затрепетали. На мгновение мне даже почудилось, будто воздух вокруг стал гуще, я даже закашлялась. И мгновенно замолчала, заметив, как по губам Грина скользнула торжествующая улыбка.
Ох, не нравится мне все это….
Я даже не додумала мысль, но Колокольчик, уловив смену моего настроения, мгновенно посерел, даже мех обвис.
— Его величество выделил своих людей для обеспечения безопасности университета. Как многим из вас наверняка известно, за последние несколько лет случаи проникновения нечисти участились едва ли в не пятеро. Но теперь, под надежной охраной таких защитников, вы можете чувствовать себя в безопасности. Также обещаю от себя лично — пока вы находитесь в этих стенах, ничего плохого не случится ни с кем из вас.
Несмотря на вроде бы вполне аргументированное объяснение присутствия карателей, никто ни на мгновение не усомнился в истинной причине их визита. Чувствуя, как с каждой минутой на мне скрещиваются все больше взглядов, я гордо выпрямилась и расправила плечи. В конце концов, кто еще может похвастаться такими крутыми телохранителями? Можно ведь и так ситуацию рассмотреть.
Закончив с объявлениями, директор между тем напомнил о начале вводной лекции для первокурсников, попросив не опаздывать, после чего разрешил приступать к обеду.
Еще десять минут назад умирая с голоду, теперь я не могла заставить себя проглотить ни кусочка. Вдобавок, если Стеин любезно согласился на предложение профессора Рэймоса пообедать вместе с ними и сел за стол, то Грину невесть с чего взбрело в голову осмотреть столовую.
Походка у него оказалась подпрыгивающая, нервная. Каратель то и дело крутил головой по сторонам и к чему-то прислушивался. А несколько раз создавалось впечатление, будто Грин видит что-то невидимое, недоступное взгляду остальных. В такие моменты воздух вокруг мужчины густел, а у меня по спине бежали мурашки.
Так что, когда каратель все же присоединился к остальным обедающим, я не сдержала облегченного вздоха. Вытерла взмокший лоб и в пару глотков выхлебала чай.
И взялся же откуда-то этот тип с активной стадией психоза на мою голову!
Когда прозвучал сигнал, свидетельствующий о конце обеда, я подскочила одной из первых. Кинув быстрый взгляд на беседующих с преподавателями карателей, поспешила выскочить в коридор.
Сбегав за вещами, я кратко пересказала новости Валерию и, собрав учебники, поспешила на занятие. К счастью, найти нужную аудиторию удалось довольно быстро. Внутри уже были студенты. Четверо парней и три девушки. Юноши все водники, глаза прямо сверкают синим, точь-в-точь сапфиры. Две девушки с факультета земли и последняя — воздушница. Причем к тому же еще и гномка!
Уже испытав не абы какое разочарование с эльфами, от гномов я тем более не ждала ничего хорошего, вообразив, будто они окажутся чумазыми, толстыми и бородатыми, но девушка была вполне симпатичной. Ростом доходя мне где-то до живота, она вполне могла претендовать на гордый статус духа земли. Ладно скроенная, подтянутая, с густой копной непокорных волос, яркая, боевая, она так и излучала энергию!
Задумавшись, я даже не сразу сообразила, что девушки не болтают, делясь впечатлениями, а ругаются.
— Кто тебя вообще просил из норы вылезать? Копалась бы в земле и радовалась жизни, — скривив губы, буквально выплюнула блондинка.
— Но правила гласят, что все студенты равны и любой, независимо от расы и происхождения, имеет право учиться. Важен только дар, — светло-голубые глаза гномки заблестели от навернувшихся слез.
— А у тебя он есть, этот дар-то? Да научиться гонять облака любой дурак сможет, тоже мне, великая магичка! — продолжала издеваться блондинка. Видно, посчитав, что одних слов мало, чтобы доказать ее правоту девушка ловко выхватила у гномки учебник и подняла в руках. — Ну что же, достань его! Примени магию и пусть тебе ветер вернет книжку.
— Пожалуйста, отдай, ты его испортишь, — гномка неуклюже подпрыгнула, вызвав взрыв хохота.
— Нет, вы это слышали? Я и испорчу учебник! — блондинка скорчила гримасу. — К твоему сведению, это ты всю жизнь копалась в грязи, вон, до сих пор пыль не отмыла!
Кожа гномки действительно была темнее, но объяснялась скорее, загаром или особенностью расы. Вот только, кажется, кроме меня об этом никто не задумался, предпочтя опять рассмеяться.
— Антея, ну хватит. Верни ей книгу, сейчас ведь придет профессор и всем достанется, — вмешалась вторая землянница с короткими волосами.
— Тонья, и ты туда же? Неужели тебя не оскорбляет необходимость постигать магию вместе с этой?! — сорвалась на визг блондинка. — Эй, а вы чего молчите? Немедленно выкиньте отсюда эту замарашку! А лучше, смойте водой, хоть кабинет отмоется!
Уж не знаю, какой реакции ожидала Антея, но явно не думала, что водники единодушно проигнорируют ее, сделав вид, будто бы и не слышали ввинчивающихся в уши воплей. Я, собственно, почти не удивилась. Как оказалось, во всех мирах парни абсолютно одинаковые и предпочитают лишний раз не участвовать в женских разборках.
— Антея, отдай, пожалуйста, — раскрасневшаяся гномка говорила тихо-тихо, опустив взгляд и кажется, все-таки плача.
— Какая я тебе Антея, замарашка?! Я дочь барона и обращаться ко мне ты должна со всем почтением, не забывая кланяться и держа руки подальше! — взвилась блондинка. — Вы у меня еще узнаете! Проклянете тот день, когда гномам позволили уравняться в правах с остальными.
— Эй, жертва маниакально-депрессивного психоза, может, хватит орать уже? В голове звенит от твоих криков, — я демонстративно поморщилась. — Честное слово, вот уж не думала, что дочери баронов нынче воспитаны хуже самой отсталой колхозницы.
