Читаем без скачивания Ненависть Волка - Вадим Тарасенко

– Завтра к обеду все документы будут готовы и деньги будут переведены на указанный вами счет, – заверил ее лично главный управляющий банка.

«Теперь самое главное – Сарб».

А’Весса Лам пришла на конспиративную квартиру, где она обычно встречалась с директором Службы государственной безопасности и получала от него задания, за пять минут до назначенного срока. Приходить раньше не имело смысла, позже – упаси Всемогущий Картан, Сарб был пунктуален и не терпел необязательности у своих сотрудников.

– Я польщен, такая обворожительная женщина так настойчиво добивалась встречи со мной, обычным, начинающим лысеть, пожилым мужчиной, – лицемерно завел Сарб. В квартире он появился один. Охрана осталась за дверью.

Весса ни мгновения не сомневалась, что квартира перед встречей была тщательнейшим образом обследована. И никаких подслушивающих, взрывных и прочая, прочая, прочая устройств там быть не должно по определению.

– Ну, если вы себя называете обычным мужчиной, то кто тогда мужчина необычный? – смеясь, женщина подставила щеку для поцелуя.

– Ну, например, наш действующий Президент О’Ролли Норк!

Телеведущая состроила на лице такую гримаску, будто ей предложили хоть может и приятное на вкус, но порядком поднадоевшее блюдо. Оба весело расхохотались. Сарб, на правах хозяина, кивнул на кресло:

– Присаживайся.

– Спасибо.

– Я всегда знал, что вы не только красивейшая, но и умнейшая женщина. Как говорится, выражение к делу не пришьешь.

Мужчина расположился в кресле напротив.

– Ой ли! – Весса шутливо погрозила директору Службы государственной безопасности своим наманикюренным пальчиком. – Так уж не пришьешь. Да я уверена, что в данную секунду это мое выражение, снятое с разных ракурсов, уже находится в памяти ваших всезнающих компьютеров.

Мужчина расхохотался еще громче.

– Умнейшая, умнейшая женщина! Недаром я и сейчас завидую Харку.

Имя упало между ними, как огромный валун на тихую гладь воды, вздымая вокруг себя высокие волны.

«Неужели он что-то знает?»

Весса физически почувствовала, как все похолодело у нее внутри. Словно она стояла на лодке, в которую с силой ударила волна, и лодку опасно накренило.

– Я думаю, сейчас этому человеку, который вскоре окажется на рудниках Гамеда, не стоит завидовать, можно прогневить Всемогущего Картана.

Писательница, телеведущая, агент очень точно сыграла эту мизансцену – серьезные, даже чересчур серьезные слова и тут же облегчающая их улыбка, как бы говорящая: «Не принимай все слишком серьезно».

Сарб, несколько мгновений пристально смотревший на своего агента, снова расхохотался.

– Блистательно, блистательно. Я, честно говоря, не вижу задания, которое не оскорбило бы тебя своей легкостью.

«Есть такое задание».

– Есть такое задание, – уже вслух произнесла Весса, правда, имея в виду совсем другое, – вернее проблема.

– И что же эта за проблема, которая озадачила саму Блестящую?

– Мне нужны деньги. Пять с половиной миллионов левров, – четко произнесла А’Весса Лам.

– Ого! И зачем столько?

– Я хочу создать свой телеканал, – Весса говорила, как печатала, вернее припечатывала.

– Свой телеканал… – задумчиво проговорил директор Службы государственной безопасности.

А’Весса Лам представляла, как мозг сидящего напротив человека, хранящий десятки тысяч фактов и имеющий способность быстро перебирать их, использовать как пробные шары, испытывая на прочность любую новую гипотезу или версию, пробует на прочность ее легенду.

– Быть телеведущей, владелицей журнала – этого для Блестящей уже мало, – Сарб говорил медленно, задумчиво.

Весса понимала, решение еще не принято.

– Любой человек стремится к большему. Я сейчас телеведущая, теперь хочу стать владельцем телеканала. Я сейчас агент, теперь хочу стать суперагентом.

– Куда же выше?!

– А выше Харка, разве нет мужчин, достойных внимания Службы государственной безопасности?

И вновь О’Локки Сарб пристально посмотрел в глаза своему агенту.

– Хорошо, – наконец произнес он, – что от меня требуется. Организовать разрешение Комитета по информации.

– Не только.

– Что еще?

– Убедить руководство какого-нибудь банка дать мне кредит на шесть миллионов левров. Залог – мой журнал.

«Оставшиеся полмиллиона на руках не помешают».

– Маловато для залога, – Сарб улыбнулся.

– Вот поэтому и нужен ваш звонок.

– А шести миллионов хватит?

– Я все просчитала. вам предоставить бизнес-план?

– Я в этом мало что понимаю, а давать на проработку своим подчиненным… – Сарб еще раз задумался.

– Это значит резко повысить вероятность утечки информации относительно меня. И зачем тогда вам я с моим телеканалом?

– Блестящая и есть Блестящая! Завтра я сообщу, какой банк дал согласие на твое кредитование. А разрешение Комитета информации считай, что у тебя есть. Оформи только соответствующую заявку. Все?

– Теперь все.

– Нет, не все, – и директор Службы государственной безопасности с силой притянул к себе своего агента Блестящую.

– Когда я говорил, что завидую Харку, я не шутил, – выдохнул он прямо в лицо Вессе, прежде чем его губы жадно впились в ее рот.

«И через это тоже надо пройти, – женщина чувствовала, как сильные руки срывают с нее одежду. – Мы уже не дети, и Харк не стал бы сильно меня корить за это. – Все те же руки опрокинули ее на пол, двигали ее частями тела, словно она была куклой. – Не стал бы… и за этого молокососа Торри не стал бы… ох, скотина. Хотя бы приласкал меня, чуть-чуть разогрел, а то на сухую…»

Сотрясаемую под сильными ударами, А’Вессу Лам неожиданно накрыла волна сильнейшего возбуждения, будто ее тело, начиная с самых кончиков пальцев, начало погружаться в горячую, обжигающую воду, что аж дух захватывало. А где-то внизу живота все бил и бил этот горячий источник, и горячая волна поднималась все выше и выше, пока полностью не накрыла с головой…

«А-а-а», – протяжный женский крик ударился в стены, потолок, пол и отскочил от их звуконепроницаемых поверхностей…

«А все же, как много значит социальный статус мужчины. Какой бы Торри не был жеребец, а от Сарба я получила большее удовольствие». – Следующая неизбежная мысль-сравнение с Харком уже готова было добежать до сознания, но Весса, словно испугавшись ее, – иначе зачем тогда весь этот риск, все эти старания – со стоном, обхватив мужчину за шею, снова потянула его на себя…

Вечернее небо над Арикдной – столицей государства кроков, – как обычно, было подсвечено разноцветными сполохами, от ярко светящихся на земле различных зданий, рекламных надписей, от входящих в моду световых скульптур, нарисованных прямо в воздухе яркими лазерными лучами. И на фоне этого переливающегося великолепия роилось множество ярких «светлячков»: тысячи и тысячи флайеров несли своих владельцев в разных направлениях – к кафе, барам, театрам, расположенным, как в черте города, так и за городом. А многие просто поднимались на пять—десять километров, чтобы полюбоваться великолепной панорамой залитого огнями мегаполиса или, передав управление компьютеру, заняться друг другом – секс на десятикилометровой высоте при скорости несколько махов, был чрезвычайно популярен среди кроковской молодежи. Особенным шиком считалось осуществить самое главное в момент перехода звукового барьера, посылая вниз грохочущую ударную волну – чтобы все знали!

Наблюдая за яркими точками флайеров, Весса вспомнила свою последнюю встречу с Торри.

«И зачем я так рисковала, словно глупая шестнадцатилетняя девчонка, дорвавшаяся до запретного плода. А если бы я не вывела машину из пике? Нет, с шальными молодежными забавами пора заканчивать. Будущая первая леди должна быть безупречной. Будущая первая леди… – От этой мысли повеяло каким-то холодком, будто стоишь на краю глубокой пропасти, которую надо перепрыгнуть. И хочется, и страшно.

После двух дней, проведенных на сплошных нервах, А’Весса Лам чувствовала себя окончательно разбитой. И, наверное, уже в десятый раз она задавала себе один и тот же вопрос: «А тебе действительно это было надо?» И в десятый раз, немного поколебавшись, она отвечала: «Да, надо». Опаснейшая игра явно стоила той ставки. Ведь в случае удачи Весса получала все: мужа – будущего Президента, а следовательно, автоматически статус первой леди и связанный с этим статусом аристократический набор: проживание в роскошной президентской резиденции, всевозможные приемы, встречи. Причем муж – это не просто Президент Содружества свободных планет (уже при произнесении этого титула голова кружится!), а любимый мужчина. Да, это Весса окончательно поняла. Как писательница, женщина знала, что так бывает. Она не принадлежала к тому типу женщин, которые способны влюбиться с первого взгляда. Для этого у нее было слишком много рассудительности и слишком много собственного «Я», оставляющего слишком мало места для «Мы», а тем более «Он».