день, – вздыхаю я, застегивая лиф. – Например, в следующей жизни.
Тай усмехается, тяжело поднимаясь на ноги:
– Хотелось бы пораньше.
Мы укладываемся по краям широкой кровати, и Тайлос гасит все свечи, оставляя огонь лишь в камине. Это напоминает о домике в лесу, где ночью у нас всегда горел огонь в печи.
Не знаю, сколько проходит времени перед тем, как маг переворачивается на бок, лицом ко мне, и находит мою руку, чтобы сжать своими пальцами. Я начинаю дрожать, в ушах оглушительно стучит сердце.
– Я не на вашей стороне, – тихо говорит он. – Я на твоей стороне, Эания. И, похоже, уже очень давно. И я хочу пообещать тебе…
– Не нужно, Тай, – жалко прошу я.
– Я хочу, чтобы ты знала, – упрямо продолжает он, – куда ты, туда и я. Не знаю, когда и как это произошло, что, впрочем, уже не важно, но ты, Эания, единственное, за что я готов и хочу сражаться.
– Тай…
Мои щеки обжигают слезы. Это невыносимо – знать то, что я знаю, и слышать его признание. Меня словно разрывает на части необходимое и желанное будущее.
Тайлос видит мои слезы, и на его лице проступает тревога. Он придвигается ближе и касается ладонью моей щеки, чтобы стереть с глаз влагу.
– Почему ты плачешь, Ния?
– Потому что это нечестно по отношению к тебе. Потому что я не могу ответить тебе тем же…
– Не можешь? – поджимает маг губы, а между бровей проступает хмурая складка. – Это из-за твоей матери? Считаешь, что предаешь ее память, потому что ее убил я? А если… Если я скажу, что она жива, Эания?
Что?..
Сердце пропускает удар, а затем стучит с такой скоростью, что становится страшно.
– Жи… жива? – едва дышу я, вглядываясь в лицо Тайлоса. – Как… Где она сейчас?
Тай откидывается на спину, а затем садится, опираясь на спинку кровати, и молчит. Молчит бесконечно долгое мгновение, за которое мое сердце снова останавливается.
– Тай! – подскакиваю я, чтобы сесть напротив него. – Пожалуйста.
Он коротко смотрит на меня, а затем наконец рассказывает:
– О деревне полукровок и сильном провидце среди них рассказал старый предсказатель. Кажется, его жизнь подходила к концу, и короне понадобилось его заменить. Мне было приказано найти чистокровку и привезти в замок. Разумеется, так же было приказано уничтожить деревню. Я ранил твою мать, Эания, но не убил. Она жива и сейчас находится в королевском замке, в столице королевства – в Олазаре.
Я порывисто вздыхаю. Кажется, я не дышала, пока Тай говорил. На глаза наворачиваются слезы.
Жива… Мама жива.
И Тайлос все это время об этом знал. С того самого момента, как понял, что я ее дочь. Он видел мою скорбь и молчал. Знал, что я хочу отомстить ему за ее смерть, и не сказал ни слова!
Я его едва не убила из-за этого!
– Почему… – смотрю я на мага, – почему ты не сказал раньше?! Там, в лесном домике, почему ты промолчал? Я считала тебя ее убийцей! Все это время считала!
– Знаю, Эания. Но это не мешало мне добиваться своей цели.
– Своей цели? – не понимаю я и подскакиваю с кровати. – Я считала, что моя мать мертва из-за тебя!
– Я должен был попасть в долину, Эания. И только ты могла меня туда проводить. Я не мог позволить тебе броситься сломя голову спасать из плена свою мать.
– Не мог… Это я должна была решать! Не ты!
– Эания, ее держат в королевском замке, понимаешь? – терпеливо поясняет Тайлос. – В хорошо охраняемом подземелье. Даже не буду говорить о магах крови, которые там присутствуют. Что ты можешь одна против них?
– Что ж, – рычу я, бросаясь к столу, чтобы сложить карту. – Мне повезло, что я знаю одного принца, который сможет провести меня в хорошо охраняемое подземелье королевского замка!
Я бросаюсь к своей сумке, задеваю бедром кресло и едва не падаю, но рядом оказывается вездесущий маг и ловит меня за плечи. Выдыхает над моей головой:
– Остановись, Эания.
Я начинаю дрожать. Мама жива! Заперта где-то там, совсем одна. И вынуждена служить мерзкому королю людей.
– Я должна помочь ей, Тай, – настаиваю я. – Должна освободить. Как я могу спокойно жить, зная, что ее мучают? Издеваются над ее природой в угоду своим прихотям?
– Вспомни о том, что сказал тебе Лабиринт, – тихо отвечает он. – Возможно, в столице эльфов тебе помогут с ее освобождением.
Ты должна продолжать следовать своей карте. И когда перед тобой встанет выбор, прими верное решение, а не иди на поводу у чувств.
Но я думала, что это о другом!
Я оседаю в руках Тая, он обнимает меня и опускается в кресло, усаживая к себе на колени. Шепчет горячо:
– Послушай меня, Ния. Я считаю, что при помощи эльфов у нас больше шансов спасти ее. Нам нужно к ним. Но обещаю, если окажется, что ты идешь туда с другой целью, то я помогу тебе. Сделаю все возможное, чтобы спасти твою мать. Мы сделаем это вместе, слышишь? Придумаем что-нибудь и вытащим ее из лап короля.
– Но почему не сейчас? – злюсь я. – Такое уже было, она уже проходила через подобное, Тайлос! – Я снова подскакиваю на ноги. – Именно так и появилась на свет я, понимаешь?! Месяцы! В этот раз над ней издеваются долгие месяцы подряд. А я даже не догадывалась, что мама жива. Гонялась за призрачной силой, пока она там страдала! Я ужасная дочь!
– Карту заколдовала твоя мать, верно? Она направила тебя в долину, к Лабиринту. Меня к нему направила она же, Эания.
– Что? – на этот раз я оседаю на край кровати. – Мама рассказала тебе, магу крови, ранившему и похитившему ее, о Лабиринте Силы?
– Думаю, она знала гораздо больше нас. Думаю, она хотела, чтобы мы с тобой встретились на пути к нему. Вспомни лесную чистокровку, Ния. Она спасла меня, вынудила тебя взять меня с собой. Эльфы… Думаю, им известно, как обернуть войну в свою пользу или прекратить ее вовсе. И мы – ты и я – играем в этом не последнюю роль. Похоже, сейчас перед тобой встал тот самый выбор: довериться своему народу или пойти на поводу у своих чувств. Так что ты выберешь?
Что я выберу?
Каждая точка на карте вдруг обретает смысл. Топи, через которые я провела людского принца. Бриос, где меня нашел Тайлос. Парящие скалы, где я узнала в нем убийцу мамы. Встреча с Витанией, ее напутствие и последствия, сломавшие мое мировоззрение. Деревня полукровок и людей. Лес Королей эльфов. И,
