Простота, строгая логика и последовательность изложения, отсутствие бьющих на эффект ораторских приемов характеризуют речь товарища Сталина с внешней стороны; глубина проникновения в самое существо каждого разбираемого вопроса, красота и правда высказываемых принципов и идей, неотразимая уверенность и непоколебимая воля к осуществлению их характеризуют внутреннее содержание доклада товарища Сталина, в каждом слове которого чувствовались сила и величие, присущие только гению.
Трудно выразить словами те переживания, которые испытал я, как и все другие делегаты, в этот великий, исторический день. Трудно описать ту бурю восторженных овации и приветствий, которая поднялась по окончании доклада и которая в порыве единодушного восторга разрешилась пением «Интернационала», исполненным всеми участниками съезда. Этот день навсегда запечатлелся в моей памяти, как день, когда я был участником величайшего исторического события мирового значения.
М. Литвиненко-Вольгемут
Народная артистка СССР
В ДРУЖЕСКОЙ БЕСЕДЕ…
Март 1936 года. Киевский Академический театр оперы и балета приехал на украинскую декаду в Москву. Яркая, незабываемая встреча с Иосифом Виссарионовичем Сталиным.
Когда во время первого спектакля «Запорожец за Дунаем» мы, участники спектакля, увидали товарища Сталина, не было границ нашему восторгу и радости. Не забыть мне необычайной приветливости товарища Сталина. Ближе я видела и разговаривала с Иосифом Виссарионовичем, когда наш коллектив и много гостей были на приеме в Кремле. Замечательно радушно мы были там встречены. Беседы с Иосифом Виссарионовичем, его необычайно меткие замечания, реплики, необыкновенная память приводили меня в восторг.
Через несколько дней нас, несколько человек, пригласили в гости к Клименту Ефремовичу Ворошилову. Там мы встретились снова с товарищем Сталиным. В дружеской беседе больше узнаешь людей, а ведь здесь был наш замечательный человек — вождь всего прогрессивного человечества, и он так прост, как может быть только великий человек. Здесь же я расхрабрилась и попросила у товарища Сталина фотокарточку, в чем мне не было отказано. С чудной, необычайно теплой улыбкой Иосиф Виссарионович подарил мне ее со своим автографом. Позже, через два-три часа нас увезли на дачу к товарищу Сталину. У себя дома товарищ Сталин принимал нас, как радушный хозяин. Внимательность его граничила с отеческой заботливостью.
Не забуду я те минуты, когда товарищ Сталин с группой товарищей из Грузии пел грузинскую песню. Поздно мы расходились, а Иосиф Виссарионович все нас удерживал, предлагая еще посидеть. Необычайной притягательной силы у товарища Сталина его мягкая, изумительная улыбка.
В декабре 1936 г. я была выбрана делегатом Чрезвычайного VIII съезда советов. Здесь впервые и видела Иосифа Виссарионовича в деловой обстановке — и что же? Он снова прост, велик. Все мы помним его замечательный доклад. Я была выбрана в числе 220 в редакционную комиссию. Это заседание вел сам товарищ Сталин. Он вел его просто, непринужденно, по-деловому, но вместе с тем и не сухо, по официальному. В каждом слове, реплике его чувствовался учитель, отец, заботящийся о благе своего народа. Мы все были очарованы этой обстановкой.
Для меня самое трогательное было то, что товарищ Сталин всегда здоровался со мной, когда мы заседали на съезде, — он в президиуме, а мы, и я в том числе, внизу (я в четвертом ряду сидела). Иосиф Виссарионович войдет, обведет всех взглядом, встретится глазами со мной и сразу поклонится. Нет слов передать чувство благодарности, восторга! На все заседания бежишь, бывало, как девочка, так переполнено сердце трепетом восхищения. Такой, великий, так много видит людей, а запомнил меня и здоровается! Непостижимо!
Следующая встреча с товарищем Сталиным была на XVIII съезде партии. В числе многих делегатов я приветствовала XVIII съезд партии. Тот же восторг я разделяла, как и многие делегаты, и, здороваясь с Иосифом Виссарионовичем, я снова пережила чувство радости, как и тогда, на Чрезвычайном VIII съезде. Новый 1939 год я неожиданно встречала в Кремле, выступала в концерте и видела, здоровалась и пела для Иосифа Виссарионовича.
Л. Никулин
Писатель
ДОРОГА НА ЮГ
1. ДОМ В СЕРПУХОВЕ
Снова дорога на юг. Асфальтовая лента вьется среди зеленеющих равнин. Новые дома фабричных поселков, кооперативные сельские лавки, красные флаги на домах сельсоветов, подростки с книжками, возвращающиеся из школы, — привычные картины родины, родной страны, страны Ленина, страны Сталина.
Мы подъезжаем к Серпухову. Рабочие часы — на улицах не много народу. Серпухов живет одной жизнью с Москвой, хотя сто километров отделяют его от столицы.
Осенью и зимою 1919 года в городе Серпухове в здании городской больницы находился штаб Южного фронта.
Деникинцы захватили Украину, взяли Орел и подходили к Туле. По одному расположению штаба фронта в Серпухове, вблизи самой Москвы, можно было судить, какую угрозу представляло наступление Деникина.
Иосиф Виссарионович Сталин, руководитель Южного фронта, предложил направление удара Харьков — Донбасс — Ростов, и Центральный комитет партии принял этот план.
Здесь, в Серпухове, претворялся в жизнь план разгрома деникинской контрреволюции. Сюда приезжали гонцы с фронта, отсюда шли директивы И. В. Сталина, здесь, в этом старинном русском городе, жил и работал с сентября по декабрь 1919 года организатор победы на Южном фронте.
На Фабричной улице (теперь она называется улицей Чехова), в доме № 87, находится в наше время Серпуховский городской музей.
Город, насчитывающий теперь девяносто тысяч жителей, имеет свой музей, и серпуховские жители и заезжие люди Могут узнать много любопытного о прошлом и настоящем города, увидеть довольно ценное собрание картин русских и иностранных художников, в свое время изъятых из помещичьих усадеб. Кстати, и самый музей Серпухова помещается в бывшем купеческом особняке фабрикантов Марлевых.
Таких музеев немало в больших и небольших городах нашей страны, но Серпуховский музей представляет особый интерес, и его посетители обыкновенно начинают осмотр с небольшой светлой угловой комнаты во втором этаже.
Надпись над этой комнатой говорит о том, что здесь в 1919 году жил руководивший в то время Южным фронтом Иосиф Виссарионович Сталин.
Простая железная кровать, небольшой рабочий стол, футляр от бинокля и кобура нагана на столе. Шкаф дли книг, кресло, старой конструкции телефонный аппарат.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
