мнении и что русскому народу нужна более умная и более осовремененная по западному образцу религия. Эта задача вплеталась в общую программу Антанты, направленную на подавление революции. В этом же 1917 г. в Португалии, в окрестностях Лиссабона — Фатиме, произошло «фатимское чудо», когда богородица будто бы явилась двум девочкам и одному мальчику и заявила им, что Россия должна быть католической.
«Перст божий» наделал много шуму, ио из этого знамения ничего не получилось, кроме «чуда». В 1967 г. отмечалось его пятидесятилетие, и сам папа римский Павел VI выезжал в Фатим, чтобы личным присутствием подтвердить его.
И теперь снова, когда родилась независимая Республика Индия, католическая церковь и ее всемирный центр — Ватикан — ставит перед собой примерно ту же задачу, что и в 1917 г. В связи с этим был предпринят беспрецедентный шаг со стороны Ватикана. Впервые за всю историю католической церкви папа римский Павел VI покидает Рим, вылетает в Индию (1964 г.) и проводит в Бомбее всеиндийское и всеазиатское совещание католиков. Таким образом, Ватикан предпринимает действенные меры по дальнейшему расширению и совершенствованию католической миссионерской деятельности среди всех слоев населения, и в первую очередь среди широких масс трудящихся.
Еще ранее, в 1961 г., в Новом Дели состоялся I Международный конгресс церквей, учредивший новую программу объединения религий, и создал новые органы, регулирующие международные отношения между конфессиями. Международный католицизм пока что держится особняком от этих организаций и ведет свою собственную политическую линию, отличную от той, которую ведут члены Международного конгресса церквей (протестантские и православные церкви), объединяемые в так называемом экуменическом движении за мир и безопасность народов.
Индия становится все более важным объектом деятельности этих политических систем христианских церквей, в ней сосредоточиваются центры современного индуизма, буддизма, ряда других национальных религий, о которых подробно рассказывалось выше, но к тому же упрочивают свои позиции все виды христианских и мусульманских церквей.
Все эти обстоятельства не могут не осложнять политической обстановки в стране и создают новые трудности на пути демократических социальных преобразований. Национальная буржуазия, по-видимому, охотно идет на сделки и соглашения с католической церковью, видя в ней нового защитника их привилегий как в самой Индии, так и вне ее — на международной арене. В том же Бомбее индуистские и буддийские храмы на фоне католических выглядят по-музейному, скучно. В них заходят, как в антикварные лавки, и больше все приезжие из разных стран, туристы, поэтому в них всегда мало молящихся. У индуистов вся их религия на дому да во время праздников, которые также в основном проводятся не в храмах, а в домах и на улицах. У каждого индуиста есть свой семейный брахман, и поэтому храмы посещаются довольно редко. Прислуга храмов вытягивает «бакшиш» у любого посетителя независимо от его убеждений или верований. В маленьких храмах и кумирнях часто не бывает ни единой души. Внутри их слышится заунывное пение брахмана, тщетно призывающего единоверцев к молитве.
Католические храмы выглядят, как солидное и богатое предприятие. При них есть и больницы, и школы с большим числом клиентов и учащихся. В костелах всегда полно людей. Здесь деньги у мирян и туристов не выпрашивают, а ведут солидную торговлю «благодатью божьей». Например, в центре Бомбея, рядом с отелем «Харритейдж», на Виктория Гарден-роуд высится громада костела «Глориа черч» («Церковь славы»). Всем своим видом этот костел резко контрастирует с характером прилегающих к нему строений. Ну зачем, казалось, в Индии нужен такой помпезный католический собор? Однако, как мы заметили, двери этого храма не закрывались с утра до полуночи. Посетителями его были индийцы всех возрастов. Орган гудел на всю округу, и окна храма светились разноцветными огнями. Перед католическим храмом на площадке, огороженной низкой металлической решеткой, возвышается огромная беломраморная статуя Иисуса Христа, возле которой всегда множество нищих, калек, детей и подростков, просящих подаяния.
Внутри храма прохладно и светло. Убранство его обычное — строгое. По центру между колоннадами — ряды кресел. Боковые проходы вдоль окон свободны. Отовсюду хорошо видно и слышно все, что делается на алтарном возвышении, в нише у огромного распятия. Весь состав церковного клира индийский. Смуглые лица аббатов и прелатов, словно лики старых византийских икон, выделяются на фоне их белых облачений и серебристых омофоров. В одном из крыльев собора в сопровождении органа поет детский хор. Словом, в костеле как в костеле — красиво и торжественно.
В том же Бомбее довольно часто устраиваются многолюдные помпезные католические шествия — с крестами-распятьями, со статуями мадонны и святых, сопровождаемыми священниками в пышных облачениях, юношами и детьми, одетыми в праздничные и нарядные белые одежды, увенчанные венками из ярких цветов.
В дни нашего пребывания в Бомбее мы были свидетелями католических свадебных процессий, отправляющихся в многочасовое хождение по городу от дверей Глориа-черч. Католические священники, совершив латинский ритуал таинства брака, провожают молодоженов до калитки, благословляют их и возвращаются восвояси. За пределами костела в свои права вступает индийский обычай. Шумная и беспрерывно танцующая масса людей, как лава, движется по улицам под грохот барабанов и бубнов, останавливая уличное движение и увлекая за собой все новых и новых зрителей.
В крупнейших городах Индии все большую активность развивают миссионерские католические центры и общества. На улице нередко попадаются группы детей, юношей, одетых по-европейски, которые останавливают прохожих индийцев и раздают им свои листовки и проспекты, призывающие перейти в католическую веру и объясняющие все ее преимущества перед любой другой религией. В них с предельным лаконизмом, четкостью и доходчивостью на английском языке излагается история Старого и Нового Заветов (Библии и Евангелия), суть христианского учения.
Как справедливо замечает известный советский востоковед Л. Б. Алаев, не все индийцы заражены религиозным мировоззрением. Многие из них уже освободились от религиозных предрассудков и видят, что в современном мире религия стала политическим оружием крайней реакции и выступать против засилья религии и каст или проявить атеизм — значит иметь большое мужество и твердость характера, позволяющие им существовать в обстановке всеобщей религиозности.
МАДРАС — МАХАБАЛИПУРАМ
Из Бомбея аэробусом вылетаем в Мадрас. Погрузка в огромный воздушный лайнер происходит с двух широких трапов. Внутри аэробуса — как в кинотеатре. Пассажиры рассаживаются в 30 рядах по 20 мест в каждом с двумя проходами между ними. И этакий неуклюжий, громоздкий «слон», набитый до отказа людьми, поднялся довольно легко, без дальнего разбега, очень быстро набрав высоту.
Индию по диагонали от Бомбея до Мадраса пересекаем за два часа полета. Снижаясь, видим внизу то бескрайние желтые равнины типа саванн, то бесконечную полосу морского берега, простирающегося на тысячи
