будет денег, зато постоянно. А он на меня как на дуру глянул и позвонил в агентство по продаже квартир. Сказал, мол, поправлю дела, все станет по-старому. А пока подожмемся. А я что дура, по съемным хатам жить? У меня своя в Питере есть… Короче, вся жизнь прошла зря!
– Значит ты сама ушла?
– Нет, он не стал со мной считаться. Я для него тряпка, подстилка, вещь покупная… Конечно, я не стала ждать… Мне пришлось собрать вещи и уехать. А что делать-то?
– И поэтому ты набралась кокаина?
– Иди ты в жопу… – Светка выбросила окурок в окно. – Сейчас мне только не хватает твоих моралей.
Следователь молча затянулся, уголек сигареты сухо шикнул и выпустил кольцо дыма.
– Да… Веселого мало.
Терентьев задумался. Девушка вызывала у него смешанное чувство. С одной стороны вот такие сами нарываются. Думают, что главное – деньги, выходят за разных бандюков и скряг, а потом мучаются. Сами виноваты! Но ведь молодая еще совсем, дура. Тоже можно понять. Хочется ей всего этого барахла – тряпки модные, поездки на острова. Кому не хочется? Может не конченная она еще? Надо разобраться.
– Слушай, давай поедем ко мне домой? – снова предложил Терентьев. – Ты там спокойненько все расскажешь. Ну?
– Я не брошу машину. – мрачно сказала Светка. – Я ее действительно угнала у подруги. Они с какими-то арабами, блин, обдолбились все. А я села в машину и умотала. Она завтра найдет меня, а машина сломана. Что я ей скажу? Погано как… Как-то все мне обрыдло. Честно тебе скажу. Даже сама себе я кажется тоже обрыдла. А что делать? Я без этого дерьма белого уже на свет смотреть не могу… Слышь. Посмотрел бы. Может там ерунда какая. А?
Мужчина в Терентьеве победил следователя и стража порядка.
– Я не очень разбираюсь в моторах, – сказал он, – но можно попробовать заглянуть под капот. Может, действительно, там какой-нибудь проводок отвалился. Открывай.
Светка потянула ручку и вышла вместе со следователем. Он распахнул капот. Кое-что было знакомым – карбюратор, воздушный фильтр…
– Ключи какие-нибудь есть?
– Ключи!? – Светка с удивлением покачнулась на шпильках и вытащила из кармана связку с брелком. – Вот… От квартиры. А зачем тебе?
Терентьев вздохнул:
– Гаечные ключи.
– А! Ха-ха! – Светка рассмеялась и открыла багажник. – Ой! Не знаю даже. Иди глянь, чего тут…
Ночные гуляки шли мимо, не обращая внимания. Изредка проезжали машины. Терентьев задумчиво рассматривал двигатель.
– Похоже фильтр забился…
– Тук-тук. – сказал кто-то в самое ухо.
Терентьев медленно оглянулся.
– Я не помешаю? – Дворжек приветливо улыбнулся. – Кажется у вас проблемы с машиной? Могу помочь.
Следователь осмотрел его профессиональным взглядом.
– Мы встречались?
– Было дело. – улыбнулся Дворжек. – Не помните? Два года назад, дело Инны Астаховой.
– Да, помню. Что, никаких вестей о ней нет?
– Если бы были… – грустно вздохнул Дворжек. – Так вам нужна помощь или справитесь?
– Да, да! – радостно подбежала Светка. – Ой… Привет!
– У! Какие люди. Надо же! – с трудом узнал ее Дворжек. – Ну, говори. Что случилось?
– Стала дергаться и заглохла. – объяснила Светка.
– Не с машиной. С тобой. – уточнил Дворжек.
– Не твоего ума дело.
– Понятно. Давай ключ на семнадцать. Ладно, не пачкайся, я сам возьму.
Он порылся в багажнике и с довольным видом достал гаечный ключ.
– Похоже тут все друг друга знают. – усмехнулся следователь.
– Секундочку… – ключ внедрился в темное нутро мотора, лязгнул.
Дворжек просунул туда же руку и вскоре достал небольшую латунную пробочку. Оглядел. Поморщился.
– Бензобак надо чистить, сударыня. – усмехнулся он.
Потом продул какую-то сеточку, вставил обратно, закрутил.
– Дай руки вытереть. – он протянул ключ хозяйке.
Светка растерянно огляделась и вытащила из сумочки батистовый платок.
– А попроще-то ничего нет? – Дворжек замер с протянутой рукой. – Можешь еще поездить. Пока опять фильтр не забьется. Но учти, твоя техника находится в прединфарктном состоянии. Автосервис ей поможет. Ну, где ты там.
– Иди сам ищи. Я ничего не знаю в этой машине. Это не моя…
Дворжек дошел до багажника, нашел там какую-то тряпку, вытер руки и бросил тряпку обратно.
– Пока! Приятно отдохнуть! – усмехнулся он и направился к Малому проспекту.
– Иди ты… – фыркнула Светка.
Но Дворжек уже шел по проспекту. Сзади бодро завелся двигатель, чуть взвизгнула резина на старте.
Надо пройтись, сосредоточиться и понять, что делать дальше.
Дворжек вспомнил старую примету и купил пиво в ларьке. Если делать все правильно, не перечить пространству, оно само натолкнет на нужную догадку. Так бывало не раз.
Он выбросил крышечку в урну, отхлебнул и не спеша двинулся вдоль проспекта, сквозь редкие глотки вглядываясь в лица прохожих. Это стало уже привычкой – вглядываться в лица и искать, искать…
Зная, что просто так Инну не найти. Раньше можно было, а теперь придется бороться. Если эти выродки загнали ее в кольцо вероятностей, то не сбив опорный ритм, встретиться с ней не удастся. Каждая случайность, каждая мелочь будет действовать, чтоб они не встретились. Но как сбить ритм, если не найти ритмизатор? Если даже не знаешь точно, как он устроен, где расположен…
Возле метро пела девушка – яркая, рыжая, так не похожая на ту, которую он искал. Петь у нее получалось не очень, по крайней мере плотную тусовку она не собрала. Сегодня явно не ее день. Хотя что-то в ней есть. Душа, что ли… В общем миленькая, только петь не умеет.
Дворжек решил подойти поближе, и ветер радостно взвился у ног. Он уже собирался перейти улицу, но тут по дороге проехал крытый брезентом трейлер и застрял на перекрестке, скрыв от глаз уличную певицу. Недовольные водители засигналили, пару раз взвыла милицейская сирена. Сутолока на дороге образовалась такая, что Дворжек передумал переходить.
Действительно глупо. Петь он ее не научит, а банально дать немного из припасенных денег – довольно пошло.
Захотелось проехать в трамвае.
Он глянул на часы. Наверное еще придет последний. Дворжек отхлебнул пива, прошел квартал и свернул на Малый. После побега оказалось приятным даже просто постоять на остановке, впитывая общее ощущение. Рядом в телефонной будке стоял бомж – держал у рта трубку и пел разухабистые народные песни. Над ним посмеивались, но пел он вполне вдохновенно.
Соучастники.
Дворжек вдруг нашел слово подходящее к своему состоянию. Они все соучастники белой ночи. Поэтому так симпатичны случайные прохожие. Поэтому простительны безобидные, но нелепые выходки. Пение среди ночи и поцелуи среди улицы. Дворжек улыбнулся.
Трамвай возник как во сне – совершенно внезапно, Дворжек заскочил внутрь и сел у окна. Пива осталось меньше четверти..
Солнце бродило где-то за горизонтом, заливая
