Артподготовка шла второй день, и завтра на рассвете мы должны будем наступать. Причем вовсе не на участке артобстрела.
Наступление не имело никаких стратегических целей, поскольку основной задачей была деблокада многострадальной 38-й дивизии, прижатой к берегу озера Дрисвяты. Однако с другой стороны, нам нужно было продемонстрировать умение прорывать немецкие укрепленные линии обороны, чтобы получить навык и уверенность в войсках. Но вот с уверенностью было не все хорошо.
Да, мы только что разгромили германца и буквально умыли его его же кровью на Балтике. Но для солдата в окопах в районе Двинска это все было отвлеченной абстракцией, а вот пулеметы немцев впереди пугали своей беспощадной конкретикой.
– Ну что?
Генерал-лейтенант фон Шварц доложился:
– Государь! Вернулась разведгруппа. От запасного выхода № 5 по системе траншей можно пройти вглубь нашей территории на четыре версты. Все коммуникации в порядке. Однако идет обстрел, и проход может быть небезопасным. Можно попасть под вражеский огонь или наткнуться на неразорвавшийся боеприпас.
– Алексей Владимирович, а у вас нет информации, когда германцы прекратят обстрел?
Тот растерялся.
– Эмм… Никак нет, ваше величество, такой информацией я не располагаю. К сожалению.
– А жаль!
Российское телеграфное агентство (РОСТА).15 (28) августа 1917 годаГеоргиевская дума на своем заседании рассмотрела совместное представление главнокомандующих фронтами и командующих флотами на награждение Верховного главнокомандующего Русской императорской армией и Российского императорского флота Государя Императора Всероссийского Михаила Александровича за выдающееся военное искусство и личное Высочайшее командование разгромом германского флота в сражении у Моонзундского архипелага 14 августа сего 1917 года.
Георгиевская дума постановила нижайше просить Его Императорское Величество Государя Императора Михаила Александровича принять орден Святого Георгия II степени с полагающимся случаю производством в чин генерала от кавалерии.
Рига. Рижский укрепрайон.
15 (28) августа 1917 года
Впереди шла разведгруппа, за ней охранение, затем уж мы и арьергардное охранение. Не могу сказать, что нас постоянно обстреливали, но иногда прилетало. Впрочем, не так уж и часто.
Разумеется, будет очень глупо погибнуть от случайного снаряда или шальной пули, но не было никаких признаков, что немцы в ближайшие несколько дней прекратят обстрел, а сидеть в бункере неделю я не мог себе позволить.
Кроме того, отчего-то была у меня мысль, что стоит мне уехать, как интенсивность обстрелов резко снизится. Но для этого я должен оказаться далеко отсюда и при этом публично показаться для прессы. Иначе эти гады действительно сровняют Ригу с землей.
В любом случае надо ехать. Меня ждет Псков, ждет Двинск, ждет Москва, ждет Константинополь. Меня ждет Маша. Так что – в путь!
Сначала четыре версты, пригибаясь в самых опасных местах, затем через овраги до припрятанных лошадей, затем вскачь подальше от зоны обстрелов, туда, где ждут автомобили кортежа, а там уж на станцию, где ждет меня императорский поезд.
Эх, давненько я на фронте не бывал! Тряхну, так сказать, стариной!
Российское телеграфное агентство (РОСТА).15 (28) августа 1917 года[42]Молния!
На Кавказском фронте. Сегодня передовые разъезды казаков персидской конной дивизии под командой вахмистра Буденного форсировали Евфрат и без боя заняли город Биреджик.
Основные силы персидской конной дивизии генерал-майора барона Майделя находятся в занятом ими вчера городе Рас-эль-Айн. В его предместьях ими обнаружен колоссальный пересыльный лагерь, куда турки сгоняли христиан. По предварительным оценкам в лагере были убиты и замучены голодом десятки тысяч стариков, женщин и детей. Выжившим оказывается срочная помощь. Специальная следственная комиссия приступила к расследованию преступлений османских извергов. Ни один из палачей не уйдет от ответа!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Великобритания. Лондон.
Даунинг-стрит, 10.
28 августа 1917 года
– Джентльмены! Тревожные тенденции последнего времени получили свое неожиданное продолжение. Бой у Моонзундского архипелага заставляет нас более пристально взглянуть на происходящее и оценить складывающуюся международную обстановку, равно как и проанализировать факторы, которые несут угрозу гегемонии нашей империи.
Премьер-министр сэр Дэвид Ллойд Джордж, 1-й граф Дуйвор, виконт Гвинед, обвел тяжелым взглядом присутствующих за столом.
– Полагаю, что начать нам следует с главной темы этих дней. Прошу вас, сэр Джон.
Первый морской лорд адмирал сэр Джон Рашуорт Джеллико, 1-й граф Джеллико, поднялся с места для доклада.
– Досточтимые джентльмены! К нашему общему сожалению, сведения о разгроме германской эскадры на Балтике находят все новые подтверждения, равно как и сведения о том, что русские понесли просто ничтожные потери. Эти факты подтверждаются не только сообщениями русской прессы, но и представителями мировой журналистики, коим в Ревеле устроили экскурсию на сдавшийся и захваченный русскими линкор «Гроссер Курфюрст». Кроме того, представители нейтральной прессы и наша разведка подтверждают факт обстрела с моря портов Виндавы, Мемеля и Либавы, а также непосредственно германского побережья севернее Кенигсберга. Доклады наших подлодок, действующих на шведско-германских коммуникациях, подтверждают появление крупных надводных сил российского флота южнее острова Готланд, чего ранее не наблюдалось. Все это свидетельствует в пользу исчезновения германского Балтийского флота как боевой единицы. Возможно, разгром не настолько полный, как утверждают русские, возможно, они серьезно занижают свои собственные потери, но факт остается фактом: Германия понесла тяжелейшее поражение на море, а Россия значительно усилила свои позиции в этом регионе мира, что наряду с ее действиями на Балканах, в Малой Азии и на Ближнем Востоке делает эту азиатскую империю источником серьезных угроз для интересов Британской империи и ее колоний.
Генерал Дуглас Хейг, командующий британским экспедиционным корпусом во Франции, поднял руку.
– Прошу простить, сэр Джон. Я хотел бы уточнить причину, по которой наши подводники не участвовали в сражении. Ведь, насколько я помню, наш дивизион подлодок базируется в Кронштадте, и по логике вещей должен был бы принять участие в выходе в море русского Балтийского флота. Ведь, насколько я понимаю, Россия выставила на Балтике практически все имеющиеся надводные силы?
Адмирал Джеллико согласно кивнул.
– Это хороший вопрос, генерал Хейг. Да, русские выставили на сражение весьма значительные силы Балтфлота, хотя часть их осталась охранять порты и Финский залив. Что же касается вопроса о наших подводных силах, то за три дня до начала операции российский Морской штаб согласовал с нами выход нашего дивизиона для проведения операций в районе линий поставок руды из Швеции в Германию. По этой причине они не могли принять участие в этом сражении.
– Иными словами, сэр Джон, русские убрали подальше возможных свидетелей их триумфа?
– Получается, что так, генерал.
– Что послужило причиной этих действий? Российское командование опасалось разгрома или не хотело свидетелей по какой-то иной причине? Могут они что-то скрывать?
Джеллико сделал неопределенный жест.
– В этом деле ничего исключать нельзя.
– А что может стоять за такой исключительной победой на море? Насколько я помню, Ютландское сражение не имело столь впечатляющих результатов!
– Мы пытаемся проанализировать все имеющиеся сведения и факты, но пока делать окончательный вывод преждевременно. Пока ясно только то, что русская разведка сработала великолепно и предоставила своему командованию детальные планы немцев. Чего не скажешь о нашей разведке. Мы также запросили у русских схему этого сражения, и они нам ее незамедлительно предоставили. Из представленного плана боя видно, что германцы попали в ловушку, оказавшись запертыми в собственной минной банке, и несколько линкоров получили повреждения, наткнувшись на мины. Затем был налет русской авиации, в ходе которого и случился тот знаменитый таран, в результате которого погибло все немецкое командование операции. Затем последовали ошибочные решения принявшего командование вице-адмирала Бенке, совершившего маневр на прорыв курсом норд, в результате чего линкоры получили несколько попаданий торпед русских эсминцев и несколько раз наткнулись на мины. А главное, российской эскадре погибшего адмирала Эбергарда удалось взять германскую кильватерную колонну в классический «crossing T», что и предопределило поражение немцев. Дальше уже началось избиение главным калибром. Результаты вам известны, джентльмены.
