«Она успела миновать не больше трех ответвлений туннеля, — решил он, — лампы у нее нет, значит, ей приходится двигаться на ощупь, не отдаляясь от холодных стен. Скорее всего она свернула в первый же попавшийся проход».
Шум, производимый Райдером, мало подходил профессиональному разведчику. Торопливые шаги и чавканье воды в мокрых насквозь сапогах скорее напоминали продвижение взвода солдат. Стекавшая с одежды и волос вода каким-то образом попала в светильник, отчего громко затрещало масло. В довершение всего Райдер расчихался.
Мэри не успела уйти далеко. Приподняв лампу, преследователь заметил, как мелькнул за поворотом край ее белой рубашки. А вот и она: стоит, привалившись боком к стене, не желая поворачиваться к нему лицом.
— Подите прочь! — выпалила девушка.
Он успел приблизиться настолько, что ей не пришлось повышать голос, чтобы быть услышанной. Свет от лампы разбудил причудливые тени там, где мгновением раньше царила непроглядная темень.
— Пойдемте назад.
Мэри воинственно скрестила на груди руки, словно надеясь таким образом отгородиться от холода и несчастного негодяя, навязавшегося ей в компанию.
— Мне некуда идти, — сказала она, тряхнув волосами, — если бы не лампа, я бы не видела даже собственной руки.
Райдер шагнул ближе и заметил, как напряглось тело Мэри, по-прежнему не желавшей обернуться к нему лицом.
— Но вы ведь не хотите оставаться здесь.
— Верно. — Она торопливо смахнула со щеки непрошеную слезинку. — Вот вы и отпустили бы меня. Выведите меня наружу, и я сама найду дорогу в форт.
— Вы погибнете в горах.
— Знаю, знаю, — сердито затараторила она, всхлипывая и смахивая еще одну слезу. — А мой труп привлечет стервятников, а стервятники привлекут разведчиков, которые разыщут вас, потому что указательный пальчик моего скелета будет показывать именно на эту пещеру!
— Что-то вроде этого, — сухо подтвердил Райдер, положив ей на плечо руку.
Мэри отшатнулась, еще глубже погрузившись в свое отчаяние. На несколько минут оба замерли. Тишину нарушали шелест капель, все еще стекавших с его одежды, и глухие, отчаянные рыдания, рвавшиеся из самого сердца Мэри.
— Пойдемте же, — промолвил он наконец с удивительной мягкостью. На сей раз девушка подчинилась.
— Надеюсь, что когда-нибудь научусь вас ненавидеть, — с чувством прошептала она.
Райдер оставил это обещание без ответа: он лишь молча следил, как пленница нехотя обогнула его и пошла обратно.
Как только они оказались в знакомой пещере, Мэри уселась в качалку с книгой в руках, старательно заслонившись от Райдера, которому надо было избавиться от мокрой одежды. Однако буквы сливались перед ее глазами в какую-то бессмыслицу: единственное, на чем она могла сосредоточиться, был шум, производимый Райдером, искавшим себе сухую одежду. Перед ее мысленным взором неотрывно маячили его широкая мускулистая спина и прямые плечи — наверняка обнаженные в эту минуту.
Девушка оторвала взгляд от книги только тогда, когда его фигура заслонила ей свет. Райдер все еще оставался голым до пояса. Черные влажные волосы его были перевязаны кожаным ремешком, на плечах кое-где все еще поблескивали капельки влаги.
Мэри ощутила какую-то странную неловкость, сковавшую ее члены.
— Да? — Она постаралась взглянуть на него как можно безмятежнее.
— На вас надета единственная чистая рубаха, которая у меня осталась.
Девушка оглядела себя. Рубаха была мягкой, удобной и хорошо сохраняющей тепло ее тела. Она перевела взгляд на веревку: висевшее там платье все еще оставалось влажным.
— Можно мне воспользоваться одеялом? — спросила она, отложив в сторону книгу.
Райдер протянул ей одно из одеял, наваленных на кровати, и Мэри, скинув рубашку, закуталась в него.
— Ваше платье непременно высохнет до завтра, — пообещал он, надевая рубаху, которая все еще оставалась теплой и вдобавок хранила свежий аромат девичьего тела. Райдер поспешил застегнуться на все пуговицы и заправить полы рубахи в брюки. Он заметил, что Мэри пытается поправить сползающее с плеч одеяло. — Может быть, впредь вы хорошенько подумаете, прежде чем спихивать меня в пруд.
— Я сделаю это с радостью, если заплатить за это придется всего лишь одной теплой рубахой. — Она снова уткнулась в книгу, несмотря на то что Райдер все еще загораживал ей свет. Правда, полностью успокоиться удалось лишь тогда, когда он соизволил убраться подальше.
Мэри понятия не имела, сколько времени она так просидела. Ей удалось прочесть две главы из «Исследования законов мышления, на которых основаны математические теории вероятности». Вряд ли подобное чтение можно было назвать увлекательным, зато оно целиком поглотило ее внимание и позволило не вспоминать о той ситуации, в которую она угораздила. Лишь настойчивый зов природы заставил ее вылезти из кресла и потянуться.
Райдер, скрестив ноги, сидел на одеялах и чистил револьвер.
— Куда вы? — спросил он, видя, что Мэри берет лампу.
— В отхожее место, — сердито ответила она. — Надеюсь, это еще мне позволено?
— Позволено, — сказал Райдер, вставая. — Но в моем сопровождении.
— О Господи… — Стиснув зубы, она направилась к выходу, оставив свои мысли при себе.
Райдер не мог не заметить, с какой легкостью Мэри отыскала дорогу в тот закуток, который звучно окрестила отхожим местом. Ее способность ориентироваться превзошла самые худшие его ожидания. Он позволил Мэри взять с собой лампу, но когда она вернулась, отобрал светильник и заставил дожидаться в полной темноте, пока покончит со своими делами. Девушка так и стояла на том самом месте, где он ее оставил, — судя по всему, не решаясь перемещаться на ощупь. Она растерянно замигала, ослепленная светом лампы. Одеяло сползло с левого плеча. Райдер поправил его, развернул ее и слегка подтолкнул вперед.
Вернувшись, Мэри поспешила усесться в качалку, но не Успела вооружиться книгой: над ней угрожающе нависла фигура Райдера.
— Что вам теперь нужно? — раздраженно задрав подбородок, спросила она.
— Покажите мне руку, — велел он.
— С какой это стати…
— Покажите руку!
— Правую или левую? — едко спросила она.
Он ухватил ее за запястья и сжал так, что ей пришлось раскрыть ладони. Левая рука оказалась пустой. А в правой был маленький острый осколок камня. Прежде чем она успела снова сжать кулак, он выхватил его и осмотрел. Самый острый край камешка выглядел сточенным и был еще теплым, как будто его терли о другой камень. Райдеру не было нужды возвращаться в туннель, чтобы убедиться: Мэри воспользовалась осколком, чтобы оставить на стене метки.
Он отшвырнул камень подальше и сердито спросил:
