просто телодвижения, я бы приобрел их за гораздо более демократичную цену, не находите?
В кабинет вошли два официанта с блюдами.
Я сижу, и хлопаю глазами, как дура. Этот мужчина хочет сыграть в любовь. Он врет. Не нужно ему настоящее. Ему нужна чистая девочка из низов, которую он побалует, а затем трахнет, представив, что он меня совратил.
— Что вы подразумеваете под сближением?
— Еще свидание, или два свидания. Зависит от моего времени. Переписка время от времени. Нужно подогреть обоюдный интерес.
— Обоюдный?
Он красив. Он не неприятен, но меня, кажется, сейчас стошнит. Я, в отличие от него, и правда люблю все настоящее. И если уж трахаться за деньги, то не делая вид, что мне это нравится.
— Да, Любовь. Обоюдный. Вам ДОЛЖНО понравиться, — надавил Алексей, и я поняла, что угадала.
Мы будем играть в развращение невинной девицы.
Все же, он извращенец. Хотя… в такую игру я бы сыграла с Русланом с удовольствием. Здесь же… черт, кажется, придется имитировать.
— Поняла, — улыбнулась я немного натянуто.
— Я в вас не ошибся. А теперь предлагаю приступить к обеду. Через двадцать минут я буду вынужден вас оставить, и вернуться на работу. Надеюсь, вы не обидитесь?
Угу. Буду рыдать и сопли по лицу размазывать.
— Немного. Но надеюсь, следующая встреча искупит вашу вину, — начала я отыгрывать свою роль.
И по улыбке Алексея поняла — я всё делаю правильно.
Никогда еще мне с такой силой не хотелось сбежать.
19
— Руслан, можно тебя?
Мы обернулись на голос. Только Дианку до класса отконвоировали, смотрели с Русом картины учеников, развешенные в холле, и вдруг.
Вдруг — это Лера.
— Привет. Прости, но нет. Если что-то важное, говори при Любе, — доброжелательно ответил Рус.
Лера бросила на меня нечитаемый, но явно неприязненный взгляд, и мило потупилась. Даже покраснела от смущения. А я вдруг разозлилась — тоже мне, скромница нашлась! Тащила мужика в квартиру явно не чтобы коллекцию фантиков показать. И вообще, Руслан со мной, нечего к нему лапки тянуть, а то по лапкам и получить можно. Уж я-то вполне способна наподдать.
А затем стало стыдно. Может, Лера получше меня?..
— И всё же… ладно, не бери в голову. Глупости, — промямлила Лера, и развернулась.
Руслану пофиг. Я это вижу. А мне совестно как-то, хотя добрых порывов я в себе не наблюдала давно. И я не изменяю… это точно не измена, но чувствуется же на кончике языка острый вкус предательства. Да, именно предательницей я себя и ощущаю.
А значит, пусть Руслан поговорит уже с Лерой. Может, увидит по-настоящему, какая она скромница, а я — динамо, и даст мне пинка под зад. Иногда я этого и хочу. Чтобы понял, почувствовал, и… прогнал меня.
— Иди, поговори.
— На хер она мне нужна. Чушь не городи, — раздраженно отмахнулся он.
— Да она же ромашка. Расстроилась, что ты её отбрил. Еще глупость сделает какую-нибудь. Иди. Удели ей пару минут, я подожду.
Руслану это не понравилось, причем очень сильно. Но он пожал плечами, подошел к Лере, и три с половиной минуты я наблюдала за их разговором. Лера краснела, нервно перебирала пальцами, и что-то с жаром нашептывала Руслану.
Неужели он её так торкнул? У них же ничего не было, всего-то одна несбывшаяся ночь…
Хотя, если себя вспомнить, то хмм, меня с первого взгляда повело. Вот как увидела Руса в нашем классе, так и влипла намертво.
— Всё. Поговорил. Идем в кафе, — Рус схватил меня за руку, и вывел из художки.
— Ты чего такой колючий? О чем говорили, кстати?
— О погоде.
— Руслан! — дернула я его за руку.
— А ты сама не догадываешься, о чем она со мной говорила? Правда, Люба? Ноль идей?
Идея одна — в любви признавалась, и говорила, что я ему не пара. Ну, или не в любви, а в глубокой симпатии, и приглашала на огонек.
— Соблазнился?
— Бабы — зло, — рявкнул Руслан так, что я вздрогнула. — Вот потому я и не хотел с ней разговаривать! Ты сама меня к ней отправила, и теперь злишься.
— Я не злюсь, блин. Не беси! — я попыталась вырвать ладонь из его хватки, но не вышло.
— Угомонись!
— Не ори на меня! — прорычала я.
Остальной путь до кафе мы провели в тишине. Оба — злющие. Сама не знаю, что на меня находит. Может, чувство вины? Оно на вкус кислое. А предательство… да, предательство — горькое.
Руслан последние два дня как с цепи сорвался. Злится на меня. Может, потому что не даю ему? Он не оставляет попыток меня соблазнить, действует напористее и грубее, но сейчас мне легче ему противостоять. Из-за той самой вины.
Или же он что-то чувствует… но мы же договорились, что не встречаемся, а значит, это точно не измена!
«Это предательство» — мрачным эхом отозвалось в мыслях.
Чёрт, чёрт, чёрт… как же всё бесит! Я уже и с Лёхиными друзьями созвонилась, и подтвердила, что деньги будут. И со своим телом договорилась, что потерпим разок, а потом мы будем только Руслану принадлежать.
Только с совестью договориться не получилось.
Вроде и ясно: я накосячила, брат пострадал, теперь я не просто вытащить его обязана, но и сама пострадать. Чтобы честно было. И с Русом границы выстроила, но… бесит, не могу! Еще и Лера эта! Может, не будь я в её квартире в неподходящее время, всё бы у них сложилось? И была бы у Руса нормальная баба, а не вот это вот всё.
— Ладно, давай не сраться, Любаш, — примирительно сказал Руслан, и опустился на диван напротив меня. — Ты с характером, я тоже.
— Забыли, — вздохнула я, и накрыла своей ладонью его руку. — Извини, я грымза.
— Да я и сам хорош. Не особо заморачивался насчет бабских загонов… то есть, девичьих выкрутасов. Проехали?
— Проехали, — подмигнула я.
— Кстати, насчет «проехали», давай-ка на выходные на озеро махнем, а? Ты, я, Диана. Мясо замариную, ты салаты нарежешь, а мелкая на природе хоть побывает. Сгоняем на денек?
— Давай, — я подарила Руслану широкую улыбку.
Помню, видела я парочку, как из американского фильма. Она в белом сарафане, он в футболке и джинсах, смеющийся малой. Корзинки
