сильных рук. Мои ладони в поисках опоры коснулись его широких плеч, пуская по комнате непонятный звук судорожных всхлипов, стонов или рычания. Почему-то в следующую секунду крышка шкатулки с грохотом закрылась, а я оказалась прижатой к одной из пыльных ветрин, которые хранили в себе тайны прошлого.
Принц не спешил нападать, лишь молча смотрел в мои широко распахнутые глаза, практически невесомо скользя пальцами по ногам, бёдрам, поднимаясь выше и пуская очередную толпу мурашек по коже. Я судорожно сглотнула, явственно ощущая, как внутри разгорался бушующий пожар от столь невинных, но уже сносящих всякие грани нормально, прикосновений. А ведь это просто игра, попытка доказать самим себе, что мы не сошли с ума. Что магия всё ещё является достаточным поводом для отказа. Между нами, лишь она…
Дойдя до ворота спортивной формы, он неожиданно сжал ткань и сильно потянул на себя. Мгновение и я неловко упёрлась коленом в его пах, сдавленно охнув от ощущения горячих ладоней на своих бёдрах и запрокинув голову, давая ещё больше доступа к телу. Ещё секунда, и я, в сотый раз покраснев, напомнила себе о том, что это лишь глупые воспоминания из детства, он не такой. Вот только память, ехидно хихикая, подбрасывала воспоминания из затуманенного прошлого и не позволяла взять чувства под контроль. А когда чужие губы ласково и трепетно начали целовать шею, опускаясь к ключицам, я впилась ногтями в его напряженные плечи и осознала, что обратной дороги нет. Прошлое сильнее… Даже чувства к Джасперу показались чем-то выдуманным…
— Ковен, — я рвано выдохнула, но старалась удержать себя в руках хотя бы ещё немного, пока окончательно не сошла с ума, – они же могут начать войну…
— Просто заткнись и тогда ни один ковен не будет нам страшен, — выдохнул мне в шею и с силой укусил, ставя метку прямо под горлом, — ты моё сердце и спасу тебя даже ценой собственной жизни! Помни об этом!
Подрагивающий от нетерпения голос шептал что-то на ушко, заставляя меня лишь сильнее цепляться пальцами за его широкие плечи, после чего хриплые стоны заполнили всё пространство комнаты. Я дёрнулась, застонала в ответ, но возмущение тут же покинуло сознание. Мужчина резко накрыл мой рот горячим, жёстким поцелуем. Я, растворившись в ощущениях, послушно обвила его шею руками, стараясь придвинуться ещё ближе, отвечать не менее страстно, осознав, как сильно желала его прикосновений, магии и сводящей с ума нежности. Боже, да даже ощущая его всем телом, этого казалось недостаточно и хотелось ещё больше.
Рыкнув на такие дразнящие действия, прижал мои бедра к своим, заставляя почувствовать всю силу желания и невольно застонать ему в губы, что-то бессвязное и неприличное. Понимая, что все внутри буквально плавилось от желания, остро реагируя на каждое прикосновение, я неловко подавалась вперёд и сама тянула его к себе, опираясь на несчастный стеклянный куб, грозящий просто развалиться под нами. Дрожащие руки скользнули по горячей коже. Справиться с захлестнувшей меня волной желания, было чем-то из области фантастики. Я практически шипела от досады, не замечая, как внимательно мужчина следил за моими действиями, считывая все эмоции и желания.
Как же мне, черт возьми, нравилось видеть его таким из-за чего в груди трепетало сердце. Его ладони обхватили мои пальцы, мягко отстраняя, после чего вновь накинулся с обжигающими поцелуями. Я шумно вздохнула, потянулась к его губам и видела, как лукавая улыбка расползлась по мужскому лицу. Нам обоим это нравилось. Буквально в следующую секунду весь мир взорвался огненными красками. Магия переплеталась, играла и кружилась вокруг нас, заставляя пространство наклоняться и переливаться от бушующего шторма. И от такого не хотелось отказываться!
Он облокотился на меня, вжимая сильнее в прохладное стекло, собирая по крупицам силы, чтобы восстановить магию и не позволить нам застрять тут на веки вечные. Я чувствовала мелкую дрожь, но не думала о том, насколько уязвимо выглядела сейчас перед ним. Все мысли уходили лишь на то, чтобы удержать себя в руках и не накинуться на того в самом жарком и непотребном желании, которое могло возникнуть в опустевшей голове. А он, совсем распрощавшаяся со смущением, лишь ускорял плавные движения пальцев, прикрывая глаза от сбившегося дыхания и ощущая, что я буквально трепещу в его руках.
Но, не сдержавшись, провела языком по его влажной шее, и тут же поняла, что наглые мужские руки торопливо стягивали с меня мешающуюся одежду. Его губы столкнулись с моими в подходящий момент. Заглушили громкий стон, который сорвался с уст, когда я, наконец-то, почувствовала обжигающий жар, клубившийся в желудке. Сначала подозрительно нежный, лучше меня понимающий желания распалённых тел, послушно ускорился, выбивая из меня хриплые вздохи. Руки, губы, магия, клубившаяся, между нами, всего было слишком много для меня одной. Я впилась ногтями в спину парня, невольно царапаясь, но тот не ощущая боли, сосредоточившись лишь на том, чтобы не дать волшебству рассеяться, продолжал напирать и дарить поцелуи слаще любого яда.
Когда я укусила его за плечо и выгнулась в сильных руках, стараясь усилить контакт между телами, мужчина довольно улыбнулся, набрасываясь на меня с удвоенной силой. Когда принц хрипло застонал в моё плечо, я лишь сильнее прижалась к нему всем телом, стараясь разделить истому. Дать почувствовать, как в моей груди оглушительно бились два сердца. Как они буквально заходились от неистового ритма и как кровь вскипала, наполняясь магией и желанием. Как мир светился, как звезды вспыхивали за окнами. И это сумасшествие не должно было кончаться, по крайней мере так.
У нас ушло время на то, чтобы перевести дыхание, чтобы лёгкие вновь смогли функционировать. Все ещё раскрасневшаяся я обводила мутным взглядом далёкие звезды и, чуть смущаясь, счастливо скалила зубы, наблюдая за тем, как в глазах любовника едва прорезалось осознание и адекватность. Мы приходили в себя, но слишком медленно для того, чтобы понимать всё нормально. Головы мутные и не поддающиеся логическим мотивам, прижимались лбами и дыхания смешивались в ленивых, ничего не значащих поцелуях.
Кровь буквально шумела в ушах, захватывала всё внимание и не давала мне ни мгновения на передышку. Словно остановись я на мгновение и всё развалилось бы. Прекратило существование и стало простым воспоминанием о том, чего никогда не было. А самобичевания и мозгоедство с лёгкостью можно было оставить на потом. Ибо такое волшебство, сокрытое в храме звёзд второй раз мне, никто не предложил бы. Оттого я и позволила себе окончательно утонуть в этой сладкой неге наслаждения.
И пока я,
