зашлось от любви и восхищения. В черной футболке, черных джинсах, на огромном мотоцикле он выглядел очень, очень плохим парнем. Возможно, он такой и есть. И мне плевать. Я безумно его люблю.
Мне вдруг подумалось – я не видела его в такой одежде с момента нашей встречи в клубе. То есть, во времена Марго он одевался именно так: джинсы, футболки. Но после тюрьмы – только дорогие классические костюмы. Сейчас мы словно перенеслись в прошлое. И я не могла понять, нравится мне это или нет.
Сейчас все прекрасно, волшебно. Возможно, будет только лучше… Возможно, скоро я стану мамой. Это так волнующе. Стоит подумать, и меня такая буря чувств охватывает…
* * *
Удивительно, но на следующее утро Давид спустился к завтраку в костюме и при галстуке.
Смотрю на него изумленно.
– Что случилось? Мы срочно возвращаемся домой?
Не получается скрыть грусть в голосе. Мне отчаянно обидно уезжать. Я очень скучаю по племяннице, но тут так хорошо, настолько изумительна природа, и так быстро возвращаться… Просто поверить не могу в это.
– Не пугайся, малыш, – улыбается Давид, протягивает руку и проводит пальцами по моей щеке. – Всего лишь непредвиденные сложности на работе. У меня срочное совещание, которое требует моего присутствия.
– Как жаль… Хорошо, соберу вещи.
– Ни в коем случае. Завтра я уже вернусь.
– Ты полетишь в Москву ради деловой встречи, а потом обратно? – спрашиваю изумленно.
– Нет, всего лишь в Сингапур. Завтра вернусь. Сможешь продержаться денек без меня?
Это прозвучало насмешливо. Словно Бахрамов отлично знает, что я по уши влюблена в него и даже день разлуки принесет мне ломку.
Из чувства противоречия фыркаю и заявляю уверенно:
– Я уже привыкла что в самый ответственный момент ты линяешь. Что в день свадьбы…
– Детка, – смеется в ответ Бахрамов. – Ты бьешь без грамма сочувствия, в самое больное. Обещаю, как только вернусь, не выпущу из постели до конца отпуска. Черт, я всего-то пытаюсь сохранить свое состояние, чтобы ты ни в чем не нуждалась.
– Мне ничего не нужно…
Кроме тебя.
Но это я уже добавляю мысленно.
Глава 21
В первый же вечер без Давида меня накрывают грусть и хандра. Даже не радует освещенный луной океан, на который смотрю с балкона, как и успокаивающий шелест ветра в листьях пальм, стрекот цикад, громкие древесные лягушки… Мне одиноко, как бы тут ни было красиво. И дело не в сексе, а в том, что я влюбилась отчаянно и безнадежно.
Через двое суток Бахрамов так и не появился. Хотя мы переписывались каждый вечер, он просил прощения и обещал загладить вину, уговаривал развлечь себя в его отсутствие шопингом, но мое раздражение росло. Что за привычка бросать меня одну?
– Скупи побольше, детка.
– Обязательно, обдеру тебя как липку.
Вот такой веселый у меня медовый месяц, попытка вторая…
При всем этом, мне удивительно хорошо в этом тропическом раю, чувствую себя как дома, полюбила пару, которая живет на вилле, убирают, готовят. Они немного знают английский, с ними приятно общаться.
– Я прогуляюсь немного по пляжу, – предупреждаю Маде, прежде чем выйти из дома.
– Тоже пойду, – говорит женщина. – Хозяин велел приглядывать.
– Ну что ты… Я и сама справлюсь.
Мне с одной стороны и приятна забота Бахрамова, с другой – ужасно злюсь на него. И не объясняет толком, что за дела у него, что за проблемы. Отшучивается, что деньги для меня зарабатывает, будто я его просила! Мне плевать на деньги… Хочу, чтобы был все время со мной! Даже не было времени поговорить с ним о моей беременности… Как, впрочем, и сделать тест – до сих пор я нахожусь в подвешенном состоянии. Боюсь, что он окажется отрицательным? Да, возможно… С каждым днем мысли о появлении на свет нашего общего малыша, волнуют меня все сильнее.
Останавливаюсь, вглядываясь в горизонт. Солнце садится, его лучи озаряют тонкую полоску облаков над самой поверхностью моря. По лазурной воде скользят, переливаясь, золотые полосы. На берегу лениво хлопает крыльями пеликан. Меня буквально парализует вся эта красота, на глазах выступают слезы. Как жаль, что не могу разделить этот прекрасный момент с любимым…
– Не грусти так, – касается моего предплечья Маде. – Хозяин тебя очень любит.
Эта милая женщина видимо почувствовала мое отчаяние, хотя на вилле я стараюсь изо всех сил держаться весело и беспечно. Плаваю в бассейне, читаю книги на телефоне, много сплю. Моя кожа приобрела красивый золотистый оттенок. Надо бы еще выбраться на рынок, погулять по местным улочкам…
– Спасибо, – вздыхаю в ответ, старая скрыть грусть. – Жаль только не показывает мне этого.
– Показывает. Просто ты не хочешь видеть, – качает головой Маде. – Ваш союз благословлен. Об этом надо думать.
Женщина выразительно смотрит на мой живот, и я смущаюсь. Она догадалась о беременности? Но как?
– Я пока сама не знаю, это конечно возможно… но не точно. Надо купить тест…
Сама не знаю, зачем это говорю, зачем откровенничаю с этой женщиной.
– Мне не нужны проверки, я и так вижу, – упрямо заявляет Маде.
– Я даже не знаю… как отреагирует Давид, – признаюсь, неожиданно для самой себя.
– Реакция – это лишь эмоция. Важно другое. Как поступит.
Больше Маде не говорит ни слова, отворачивается и идет вперед по берегу. Смотрю ей в спину, немного растерянная таким поведением. Чувствую раздражение, потому что надеялась, что мое признание, разговор на эту тему, что-то изменит и мне станет легче. Наверное, я как дура надеялась, что Маде начнет убеждать меня в том, что Давид страшно обрадуется ребенку. Она же, лишь произнесла странную фразу и ушла, словно больше ее не интересовал разговор. Правда, чуть позже я поняла, почему она так поступила. Этим Маде дала мне возможность еще больше разобраться в себе и понять, чего хочу.
Гуляя по улочкам острова неподалеку от виллы, я наткнулась на объявление о том, что в центр детского досуга требуются волонтеры. Заказав такси, отправилась по указанному адресу, почти уверенная, что из этого вряд ли что выйдет. Но почему бы хотя бы не помочь деньгами. Мне хотелось общаться с детьми, тянуло к ним. К моей радости, меня встретила женщина-европейка, с безупречным английским, при этом сама родом из Португалии.
– Меня зовут Мариса Бальдо, очень рада вам, – радушно приветствует меня женщина.
– Большое спасибо.
– Отлично, вы говорите по-английски? Из какой страны вы приехали?
Вскоре мы уже пили кофе, болтали обо всем на свете, как лучшие подруги. Эта высокая темноволосая женщина очень
