поскольку та была совсем небольшая, прошла от окна до двери и обратно раз десять, прежде чем что-то сказать.
– Я все еще не могу понять, почему ты так настаиваешь, чтобы я бросила расследование.
– А есть ли у меня хоть какой-то шанс тебя убедить? – вздохнула Ноа.
– Знаешь, что ответил Господь Мойше, жаловавшемуся, что ни разу в жизни не выигрывал в лотерею? «Ну ты бы хоть лотерейный билет купил!»
Ноа улыбнулась, наблюдая за тем, как Дженис садится на свое место, но ее улыбка быстро увяла.
– Я расскажу тебе кое-что, что ты не найдешь в интернете. Поклянись мне, что никогда об этом не напишешь, ни сейчас, ни в дальнейшем.
– Хорошо, я обещаю.
– Ладно… В прошлом году ход выборов в стране, которую я предпочту не называть, встревожил нашу разведку.
– Они проходили с нарушениями?
– Да, но необычного рода. Процесс подсчета голосов избирателей был совершенно прозрачен. Весь фокус в том, что происходило перед голосованием. Проведя расследование, мы обнаружили, что за несколько месяцев до выборов в столицу страны прилетели шестеро американцев. Трое там и обосновались, а трое принялись ездить по разным городам, у которых была одна общая особенность.
– Какая?
– Население этой страны состоит из двух этнических групп, назовем их А и Б, и их представители образовали две политические партии, которые систематически сталкиваются на выборах. Их программы слишком похожи, чтобы перетянуть колеблющихся избирателей на чью-то сторону, тем более что население четко разделилось на два полюса по своему этническому происхождению. Чтобы один из соперников одержал победу, необходимо было демотивировать сторонников другого. Начинаешь понимать, к чему я клоню? Этих американцев, шесть специалистов, нанятых организацией, клиентом которой являлась политическая партия народности А, кое-что объединяло. Все они были выходцами из этнической группы Б, и это-то противоречие нас и насторожило. В чемоданах, которые они привезли с собой, были средства изощренной пропаганды. Поскольку они хорошо знали местность и могли легко слиться с населением, им поручили изменить мышление «своих» – и повлиять на их поведение. Они провели операции, основанные на методах микротаргетирования, использовав для этого собранные заранее следы.
– «Использовав собранные следы»? Что ты имеешь в виду?
– Удивительно, что журналистка такого уровня не понимает, о чем я говорю.
Дженис сочла, что лучше уж удивить Ноа своим невежеством, чем необычайной подкованностью в области информатики.
– Цифровыми следами, или отпечатками, называют всю информацию, которую мы оставляем в сети в течение дня. Сколько раз в год тебе в ленте «Френдзнета» попадаются невинные маленькие опросники с вариантами ответов? Куда ты хотела бы поехать отдыхать и с кем? Что бы ты изменила в этом мире, если б могла? Какой подарок ты хотела бы получить на день рождения? Кто твоя любимая знаменитость? Твое главное достоинство и твой самый серьезный недостаток? Что тебе нравится в мужчинах, а что нет? А в женщинах? Что тебе нравится или не нравится в себе? Ответь на эти вопросы – и я узнаю твои интересы, чаяния, сильные и слабые места, социальную принадлежность, уровень образования и, что самое главное, политические взгляды. Ну как, мои вопросики уже не кажутся тебе такими невинными? Ответы на них позволяют составить психологический профиль человека с большей степенью точности, чем ты можешь вообразить.
Дженис изобразила впечатленную мину. Ноа, довольная произведенным эффектом, цокнула языком.
– Прибавь к этому все свои персональные данные, которыми торгуют социальные сети, интернет-магазины, где ты совершаешь покупки, банки, кредитками которых ты пользуешься, приложения на твоем смартфоне, у которых есть доступ к твоим контактам, фотографии, календарь…
– Ну хорошо, и как это связано с выборами в той стране?
– То, что я тебе только что рассказала, тоже не государственная тайна. Ты это и так знаешь, ну или не то чтобы не знаешь, – допускаешь существование самого принципа, хотя думаешь, что твои персональные данные используются только для показа подобранной под твои вкусы, то есть якобы таргетированной рекламы. Персональные данные – черное золото XXI века. Суммарный объем рынка компаний, которые их собирают, хранят и используют к своей вящей выгоде, составляет три триллиарда долларов. Эти компании знают о тебе и твоей жизни больше, чем родители, супруг или друзья, ты – их продукт. А от списка их клиентов мороз по коже продирает. В общем, перед прибытием в страну, работники ПСИОП благодаря проданным «Френдзнетом» данным выявили всех местных жителей, способных повлиять на голосование, при условии, что манипуляция будет достаточно умелой. Для этого им хватило трех критериев: принадлежность к этнической группе Б, возраст от восемнадцати до тридцати пяти лет и участие не более чем в одних предыдущих выборах. Цель – заставить этих людей остаться дома в день выборов, отказаться голосовать. Дезертирство, но конечно же не военное, а гражданское. Чтобы добиться своего, необходимо было распространить некое сообщение, которое не несло бы откровенно политического смысла, потому что молодежь, как правило, плевать хотела на политику, но убеждало бы в наличии активной жизненной позиции, так как молодежь часто обвиняют в лени, и, наконец, сулило принадлежность, помогая преодолеть характерный для этого возраста кризис самоопределения. Предлагало стать частью модного движения. Полевые агенты придумали объединяющий слоган: «Давай!», что-то вроде знаменитого «Yes we can»[8] Обамы. Только в этом случае «Давай!» значило «отвергни коррумпированный государственный аппарат». «Давай!» – выскажи свое негодование, отказавшись голосовать. Чтобы подкрепить это движение, они добавили к слогану условный жест, скрещенные на груди руки со сжатыми кулаками, символ протеста против системы. Листовки, наклейки, значки, кепки и футболки бесплатно раздавали на рынках, у входов в университеты, в профилях «Френдзнета» и на YouTube-каналах целевой аудитории этнической группы Б каждый день выкладывали видеоролики со сборищами участников движения и клипы рэперов, которые, радуясь возможности завоевать популярность, охотно становились его амбассадорами.
Ноа рэперским речитативом проговорила слова песни «Давай!»:
Отвергай, отвергай не правительство, не свою страну, отвергай их политику, Давай, ради перемен, ну же, давай!
– Неплохо, а? Во всяком случае, очень эффективно. Агенты ПСИОП знали, что к концу кампании молодежь из клана Б не пойдет на выборы, потому что «Давай!». Что же до клана А, то,
