Читаем без скачивания В плену Левиафана - Виктория Платова

Алекс ни за что бы не сел в такую ладью.

И никто из простодушных жителей К. — тоже. Но, оказывается, Алекс ничего не знает о жителях К., ведь Джан-Франко и есть типичный их представитель. Звезд с неба он не хватает, держит в порядке бар — и ладно. Он любит поболтать с посетителями, любит покатать шары в кегельбане, любит футбол по телевизору и все его интересы сосредоточены вокруг «Carano» и ничтожных городских сплетен, которые стекаются в «Carano». Джан-Франко до сих пор не женился, потому что не высокого мнения о женщинах, он сам говорил об этом Алексу. Но, может, была и другая причина?

Лунные любовники.

Что связывает Кьяру и Джан-Франко? Связывает так крепко, что Кьяра не сразу вспомнила о его существовании. Еще бы, последний раз они виделись много лет назад, когда Джан-Франко был толстяком, — так, во всяком случае, вся история была преподнесена Алексу. Сам Алекс встроен в жизнь бармена гораздо плотнее — ведь они почти родственники. Прошлым вечером в бар он не заглядывал, но был там накануне. И Джан-Франко и словом не обмолвился, что собирается к метеорологу в компании Кьяры. Он был таким, как всегда, — немного насмешливым, и разговаривали они о пустяках. Никакой озабоченности, никакой подавленности, никаких тяжелых дум.

Ничто не предвещало столь чудовищного конца.

Женщина в ладье висит вверх ногами, оттого Алекс не сразу заметил мелкие подробности татуировки. На ее коленях — подушка с кисточками, на подушке — большое яйцо, по виду напоминающее страусиное… Быть может, это яйцо снесла та самая птица, прежде чем стать скелетом и украсить собой нос утлой лодчонки. Разум Алекса цепляется за крошечные, иногда нелепые детали, лишь бы отделаться от страшной действительности с трупом в эпицентре, лишь бы отдалиться.

Максимально дистанцироваться.

Рядом с головой Джан-Франко валяется бело-красная губка, низ ее пропитан кровью. Все остальное — на своих местах, на маленькой полке, прикрепленной к никелированному стояку: шампунь, гель для душа, гель для бритья, стаканчик с бритвенным станком.

Джан-Франко не защищался.

Очевидно, потому, что не ожидал увидеть перед собой убийцу. Или убийца был человеком, которого он хорошо знал. Настолько хорошо, что собственная нагота не смущала бармена.

Тошнота отступила, но Алексу снова хочется спать.

Что выглядит совсем уж невероятным, учитывая близкое соседство мертвого Джан-Франко. Джан-Франко — не посторонний ему человек, к тому же он был жестоко убит. А все, что мог выдавить из себя Алекс, — тошнота и сонливость. Но эти два ничтожных зверька всего лишь паразитируют на теле намного более крупного зверя, и имя ему — страх.

Осознать его размеры Алекс не в состоянии. Как и до конца оценить ситуацию, в которую попал. А до этого попали Лео, Кьяра и Джан-Франко. Бармен мертв, что случилось с Кьярой и Лео — неизвестно. Он не нашел их в зале с камином, не нашел на кухне, не встретил на лестнице, а мансарду оккупировал и вовсе незнакомый Алексу персонаж. География дома не слишком обширна, куда еще не удалось добраться?

Комната, где ничего изменить нельзя. Кладовка у лестницы. Сарайчик с генератором и собственно метеостанция. Там Алекс еще не был, а Лео не особенно настаивал на его присутствии. Хотя изначально экскурсия планировалась, и Алекс совершил-таки вялую попытку подняться. Но что-то помешало ему… что? Все дело было в ступеньках. Крепкие на вид, они как будто всасывали в себя ноги Алекса — почище зыбучих песков. Экспериментировать с песками Алекс не стал; теперь, видимо, сделать это придется.

Кой черт — придется?!

Самое лучшее, самое правильное — спуститься вниз и привести помощь. Вызвать полицию, ведь речь идет не просто об исчезновении владельца «Левиафана», а об убийстве! Так поступают все второстепенные герои сериала «Комиссар Рекс», оказавшиеся поблизости от какого-нибудь трупа. Подобные решения они принимают еще до заглавных титров, и уже потом в дело вступает благородная овчарка и ее напарники. И не было случая, чтобы преступление осталось нераскрытым!.. Но то, что окружает сейчас Алекса, — вовсе не телевизионная действительность. А самая настоящая, хоть и похожая на ночной кошмар, худший из всех возможных.

Что, если убийца еще в доме?!

И стоит теперь у Алекса за спиной, ничем не выдавая себя и готовясь полоснуть ножом по горлу нежелательного свидетеля? Уж слишком подозрительная тишина разлилась по «Левиафану», а такого не бывает в принципе. Даже в маленькой квартирке Алекса редко царит абсолютное безмолвие, ее наполняют невинные шорохи и поскрипывания, как иначе, ведь она живет своей собственной жизнью. Кому подчинена жизнь «Левиафана»? До самого последнего времени — Лео, иначе и быть не может: Лео отстроил этот дом заново, заполнил его вещами, поселил здесь собаку и странного человека с лицом, в которое Лео мог бы смотреться, как в зеркало. Он пригласил сюда Кьяру и бармена из «Carano» и… убийцу! Такое тоже возможно, если убийца не явился непрошеным. Конечно, прийти сюда — вовсе не одно и то же, что заглянуть на огонек к приятелю, просто проходя мимо. Слишком с большими сложностями сопряжен визит… Ну, не сложностями — неудобствами. Сначала — путь на машине по не самой безопасной (особенно в это время года) дороге. Затем — подъем по «козьей тропе». Существует и альтернатива — лифт в скале. Но найти лифт можно лишь тогда, когда знаешь о его существовании в принципе. И… лифт не работает!

Как давно он не работает?

Как давно перерезали горло Джан-Франко?

Алекс получил сигнал «SOS» незадолго до полуночи и почти сразу выдвинулся в сторону «Левиафана». Около трех или чуть раньше он поднялся на плато, никого не встретив по дороге. И следов на тропе не было, что неудивительно, учитывая снегопад. Удивительно, что в доме нет других следов — борьбы. Возможно, при дневном свете картина изменится, ждать осталось недолго…

Алекс вовсе не собирается ждать.

Он должен встать. Оторвать задницу от пола. Оторвать взгляд от болтающегося на веревке Джан-Франко; он должен совершить над собой это усилие, должен!

Но сил на то, чтобы подняться, нет. Алекс не может даже обернуться и посмотреть в лицо мертвой тишине. Сейчас его состояние мало чем отличается от состояния сидящей в кресле мумии. Стоило ли извлекать из сейфа весь имеющийся в наличии оружейный арсенал, чтобы в результате обойтись ножом? Вывод: оружие взял не убийца! Или — убийца, но уже после того, как горло бармена было перерезано. А что в это время делал Лео? Что делала Кьяра?

Они могли укрыться на метеостанции. И уже оттуда послали сигнал о помощи. Это выглядит вполне логично, учитывая, что при беглом осмотре помещений радиопередатчика Алекс не нашел. Что, если ружья и патроны прихватили именно Лео и Кьяра? В таком случае они справились бы с убийцей сами и не стали бы вызывать Алекса. Они связались бы с более компетентными людьми.

И джип, рядом с которым Алекс припарковал свой «ситроен»… У Джан-Франко тоже есть машина, новенький «фиат», но «фиата» на стоянке как раз и не было. Бармен приехал сюда вместе с Кьярой, на «Ранглере»? Это означает, что Кьяра должна была заехать за барменом в К., и уже оттуда они отправились на вершину. Это означает… что Кьяре плевать на брата, ведь она даже не позвонила, не сообщила, что собирается навестить ненавистную малую родину. Не прислала письма.

Мысли Алекса путаются, он никак не может представить картину целиком. В его распоряжении — лишь отдельные ее части, фрагменты. Такие крошечные, что ни один не может послужить отправной точкой для умозаключений. Кьяра была здесь — это несомненно. В комнате под номером «31» остались ее вещи, а в кармане Алекса до сих пор лежит телефон сестры. Лео был здесь — это несомненно. Во-первых, потому, что это его дом. Во-вторых, именно он послал Алексу сообщение. Джан-Франко… Джан-Франко здесь и сейчас. То, что осталось от Джан-Франко. Жизнь покинула бармена, стекла по желобу и просочилась в горловую щель вместе со сгустками крови, но Алекс упорно думает не о мертвом Джан-Франко. О живом. Бармен никогда не числился в друзьях Лео, они могли перекинуться парой слов у стойки, но для приятельских отношений этого недостаточно. Более того, Джан-Франко относился к новой метеорологической звезде с плохо скрытой неприязнью. Считал, что пришлый красавчик себе на уме. И сколько бы Алекс ни заговаривал с барменом о Лео, вердикт не менялся:

богатенький идиот бесится с жиру.

Со вздорными богатеями всегда нужно быть настороже, считал Джан-Франко. Так же или примерно так считали все жители К.: оба босса Алекса, бывший и нынешний, герр Людтке, синьор Дзампа. Судя по тому, в какой переплет попал Алекс, их опасения были ненапрасными.

— Хорошо, что моя сестра выбрала тебя, а не этого павлина, — сказал как-то Алексу бармен. — Я бы и на пушечный выстрел его не подпустил.