Читаем без скачивания Звезда наемников - Уильям Кейт

Еще долго в лагерь подтягивались отставшие люди и техника. Санитары спешно принялись выгружать раненых из бронетранспортеров и оттаскивать их в госпиталь. Немногочисленные врачи повстанцев теперь были завалены работой по горло. Это же относилось и к техам, поскольку не было ни одной неповрежденной машины. Уцелевшие участники сражения были смертельно усталыми и малоразговорчивыми. Да и встречавшие не донимали их вопросами. И так было ясно, что хорошего мало. Они потерпели поражение.

Для Грейсона самой тяжелой частью любого сражения была последняя – подсчитать убитых, организовать помощь раненым и попытаться оценить объем ремонтных работ для восстановления разбитой техники.

Ошибки тактики и потери врагов могли и подождать. Такого же мнения придерживались и руководители повстанцев. Они хотели знать абсолютно точно, что он. планирует делать дальше, но у Грейсона не было ни одной подходящей идеи. Пока не было.

Все члены Революционного комитета стояли, ожидая Грейсона. Они молча смотрели, как качается, останавливаясь, его робот, как Грейсон устало слезает на землю. Вместе с ними стоял и полковник Бразеднович. Угрюмые и мрачные лица встречавших сказали Грейсону, что полковник уже доложил им о последнем сражении под стенами Региса.

Карлотта отбросила рукой волосы со лба. Грейсон отметил, что они у нее очень красивые – белые и блестящие. Судя по ее усталому лицу и воспаленным глазам, он понял, что Карлотта не спала. Грейсон кожей чувствовал растущее напряжение и взаимную враждебность.

– Толлен уже сообщил нам, что произошло,– сказала она.

Грейсон отметил взгляд, которым обменялись Карлотта и Бразеднович. О чем это они сговорились?

Эрикссон жестом показал на раненых, которых несли санитары.

– Я говорил Торвальду, что его план не сработает. Наша армия разбита наголову!

– Вы сказали ему? – спросил Ольсен.– Вы? Насколько я знаю, это вы предложили использовать тоннель, это ваш план!

– Только потому, что глупец предлагал штурмовать главные ворота!

– Сограждане! – Карлотта прервала словесную перепалку, грозившую превратиться если не в драку, то в посмешище для солдат.– Прекратите!

Бразеднович внимательно посмотрел на Грейсона:

– Что будем делать дальше?

Грейсон стоял, прислонившись к ноге своего «Беркута» и прикрыв глаза. После боя можно было позволить себе расслабиться. Он устал так же, как если бы бежал десять километров по джунглям, не останавливаясь ни на секунду. Но день еще не кончился, еще нужно многое успеть сделать, прежде чем можно будет наконец лечь и уснуть.

– Я не знаю, полковник. Конечно, нас связывает контракт, но он не поможет определить, что будет лучше для вас и для нас в этой ситуации. Ваша армия разбита. Нужно время, чтобы восстановить моральный и боевой дух.

Толлен огляделся по сторонам, точно что-то высматривал. Оранжевые лучи солнца пробивались сквозь листву, создавая причудливое сине-зеленое кружево.

– Некоторые из нас беспокоятся: а не перейдете ли вы на сторону Куриты?

– Это трудно себе представить,– сказал Грейсон, устало качая головой.

– Насколько мне известно, вы нанялись обучить наших людей военному делу, например, приемам борьбы с боевыми роботами. Но на сегодняшний день армии практически нет, те, что не сбежали, деморализованы и думают больше о доме, чем о войне. Должно пройти время, чтобы они вернулись в строй.

– Говорите прямо,– сказал Эрикссон,– можем ли мы доверять вам? Ваши деньги в надежном месте, вне нашей планеты. У нас нет больше денег, если вы потребуете увеличить оплату. А ведь коричневые значительно богаче нас...

Бразеднович горько улыбнулся:

– Комитет поставил на карту все, чтобы купить вашу поддержку, которая нам так нужна! У ваших людей есть возможность бросить повстанцев и заключить сделку с коричневыми.

– Может быть,– сказал Грейсон, намеренно удлиняя паузу и словно обдумывая предложение. Почему они решили, что наемников можно перекупить? Почему партизаны думают, что легионеры клюнут на большие деньги? – Может быть, у нас есть такая возможность, один слабенький шанс, если Синдикату Драконов нужны наемники. Но что вы думаете о наших шансах, когда Легиону понадобится работа в следующий раз? – Он потряс головой.– Люди воображают, что наемники только продают свою силу и знания, что их можно перекупить, заплатив больше и соблазнив более выгодным контрактом, но это далеко не так. Если мы разорвем сейчас контракт с вами, то не просто потеряем связь с Галатеей. Ком-Стар расценит это как предательство, и мы уже нигде не сможем найти себе работу.

– Да, я знаю, но...– Эрикссон замолчал и тяжело взглянул на Грейсона.– Может быть, мы беспокоимся только о размерах вашей ставки в нашей войне.

– У вас нет причин ненавидеть Синдикат Драконов,– добавил Толлен.– По крайней мере нам об этом ничего не известно.

Дрожь пробежала по телу Грейсона, в желудке похолодело. Нет причин? Он помнил своего отца, убитого со своим «Фениксом» в космопорту на Треллване. Он помнил «Мародера», принадлежавшего Синдикату Драконов, который виновен в его смерти. Эта память о Треллване управляла им сейчас. Сильнее, чем он хотел бы.

Его рука сжалась в кулак.

– Далее наемники могут иметь свои причины для борьбы, кроме... денег. Верьте мне.

– Возможно,– не глядя на Грейсона, сказал Бразеднович. Его взгляд снова блуждал по джунглям, нигде особенно не задерживаясь.– Вы можете это доказать. Вы поможете нам, но, конечно, не бескорыстно. Нам необходима ваша помощь.

– Что это значит? – спросил подошедший Рэмедж. Его лицо выражало беспокойство, взгляд перебегал с одного лидера партизан на другого.– Что с ними?

– Они беспокоятся, что мы предадим их,– сообщил Грейсон.

– Но все-таки, расскажите об этом сражении,– попросил Рэмедж Карлайла, когда они отошли в сторону.– Мы немногое сумели понять по рации, кроме того, что вам удалось дойти до города.

Грейсон только махнул рукой:

– Полный провал.

Рэмедж сокрушенно потряс головой.

– Командование еще принимает донесения. Рейнджеры потеряли где-то сорок-пятьдесят человек убитыми и ранеными. А что Торвальд?

– Убит.

– Не слушайте их, капитан,– сказал Рэмедж.– Люди глупы.

Грейсон внимательно посмотрел на сержанта. Тот был настоящим другом.

– Вы сделали больше, чем могли, капитан.

– Возможно. Но сейчас мы должны решить, что будем делать дальше. Я думаю, все наши согласны, что у нас нет причин покидать верзандийскую армию повстанцев?

Подошли двое молодых мужчин. Лампы над их головами сейчас светили тускло, и оба казались похожими, как братья. Это были Ферьегард, старший тех повстанцев, и сержант Кареллан, старший тех Серого Легиона Смерти. И так было ясно, что они собирались сказать. Все боевые машины получили повреждения. Для того, чтобы отремонтировать их, требовались гора запасных частей и специальная ремонтная техника, которых у революционеров просто не было.

– Начинайте чинить что возможно прямо сейчас,– сказал Грейсон, кивком головы отвечая на приветствия двух техов.– Нам нельзя откладывать.

Еще не наступил вечер, когда наконец ему удалось собрать свою команду. Они расселись вокруг костра, разведенного чьей-то заботливой рукой возле пещеры. Место было тщательно выбрано, над костром нависал большой скалистый утес, закрывающий огонь и от вражеских орбитальных спутников-разведчиков, и от случайных соглядатаев. Джунгли вокруг пещеры и костра казались черными, как деготь, тусклый свет излучал только открытый колпак ближайшего боевого робота. Звуки работы ремонтников мешались с пронзительными криками ночных птиц. Все водители боевых машин Серого Легиона Смерти, а также Рэмедж и Кареллан ждали, что скажет Грейсон.

Грейсон, засунув руки за ремень, стоял перед товарищами. Десять человек, сидевших вокруг костра, выглядели грязными и оборванными. Они провели последнюю ночь на марше к Регису, сражались и потом шли обратно. Они не спали уже очень давно. Напряжение висело в воздухе, атмосфера была взрывоопасной.

– Спасибо, что пришли,– сказал Грейсон, подходя ближе к свету.– Прежде, чем случится что-нибудь, я думаю, будет лучше, если мы решим, что нам делать.

Лори горько засмеялась:

– У нас есть выбор?

– Вы думаете, что мы должны продолжать помогать этим обезьянам? – спросил Клей. Он нервно передернул плечами.– Их генерал, если его можно так назвать, убит... и слава Богу!

Грейсон присел около костра и поглядел на головешки. Он чувствовал, что доверие к нему так же гаснет, как эти угли. Красные искры поднимались в небо яркими точками и исчезали. Оставалась только зола.

– Я знаю, что мы должны делать,– сказал он, не обращая внимания на слова Клея.– По-моему, альтернативы нет. В конце концов, мы вынуждены оставаться здесь, пока капитан Тор не вернется за нами. Вы думаете, ему будет легко забрать нас на свой шаттл, если мы будем заблокированы войском Дома Куриты?