– Посмотрите на себя! – воскликнула леди Грания, закончив застегивать на Арии платье и отступив на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. – Оно прямо-таки сшито для вас, – добавила она.
Действительно, подумала девушка, глядя в зеркало на свое отражение и не веря собственным глазам.
– Я действительно могу позаимствовать его? – спросила она, затаив дыхание и чувствуя, что, после того как увидела свое преображение, уже не сможет пойти на вечеринку в своем старом черном платье.
– Ну конечно! – ответила леди Грания. – Если вам от этого станет легче, я могу позвонить Полю и получить от него разрешение, но я уверена, он будет счастлив.
– Но предположим, что после того, как он сделал мне такое одолжение, я никогда не смогу ничего купить у него?
Леди Грания прыснула от смеха.
– Вы – и не сможете? Вы, которая выходит замуж за Дарта! Да вы сможете купить самые сказочные платья на свете. Кроме того, хотя вы будете в состоянии заплатить за платье сколько угодно, половина знаменитых модельеров захочет одевать вас со скидкой. Подумайте, как вы будете знамениты в качестве жены Дарта.
Ария застыла и холодно произнесла:
– Мне не нравится известность, и, наверное, я в конце концов не стану надевать это платье.
– О нет, вы должны! – сказала леди Грания. – Почему вы передумали? Я что-то не так сказала? Простите меня, пожалуйста. Я не хотела расстроить вас.
Она так искренне извинялась, что Ария смягчилась и почувствовала, что не сможет продолжать держаться с гордым и неприступным видом. И потом, что могла она сказать? Не могла же она объяснить леди Грании, что через две недели канет в неизвестность, откуда и появилась. Она вернется в Квинз-Фолли – немного богаче, это правда, но не настолько, чтобы покупать новые платья или потратить эти бесценные три тысячи фунтов на что-нибудь, кроме того, что срочно требуется для фермы.
И все же, несмотря на то что она считала в принципе неправильным брать взаймы этот роскошный туалет, ей трудно было даже подумать о том, что придется вечером надеть свое старое черное платье.
– Я хотела бы, чтобы вы спросили разрешения у мистера Перона, – сказала Ария. – Тогда, если вы будете уверены, что он не будет недоволен мною или вами, не получив потом от меня заказа, я позаимствую платье, но только для этого исключительного случая.
– Он будет вне себя от радости, я знаю. И еще, спасибо, что помогли мне.
Леди Грания порывисто наклонилась и поцеловала Арию в щеку.
– Мы все считаем, что вам повезло, – сказала она. – Но Дарту, я считаю, тоже повезло. Я всегда надеялась, что он женится на какой-нибудь по-настоящему милой девушке, а не на этой ужасной Лулу или Беатрис, с которой он был помолвлен в Америке. Ни та, ни другая мне никогда не нравились. Дарт в душе ужасно добрый под всей этой мишурой, оттого что он богат, но его испортили. Женщины водят его за нос, а он и не замечает.
– Непохоже, что вы в него влюблены, – сказала Ария. Леди Грания улыбнулась.
– Нет, я люблю одного молодого человека, который в настоящее время практически ничего не зарабатывает. Он учится на бухгалтера, а когда сдаст экзамены и еще если получит хорошую работу – что ж, тогда, может быть, мы сможем обручиться. Но даже в этом случае мы сможем пожениться только через несколько лет. Я знаю, большинство моих знакомых считают меня сумасшедшей, но я лучше буду бедной, как церковная мышь, с человеком, которого люблю, чем богатой, но с нелюбимым.
– Вы правы! Конечно, вы правы! – воскликнула Ария. – Деньги не приносят счастья, я видела это здесь, и в прошлом тоже. Я часто думаю, что у бедняков гораздо больше шансов найти свою любовь и что-то важное в жизни, чем у богатых.
– О, вы не должны так говорить, вы же будете такой богатой! – воскликнула леди Грания. – Но как только я вас увидела, сразу поняла, что вы выйдете за Дарта только в том случае, если полюбите по-настоящему.
Ария отвернулась и стала выбираться из зеленого платья.
– У меня такое чувство, – продолжала болтать леди Грания, – что Дарт всегда чего-то ищет в жизни, и считаю, что это что-то – настоящая любовь. Он как Дон Жуан, который кидался от одной женщины к другой, потому что не находил того, что искал. Здешние женщины так и вьются вокруг него, и то же самое в Америке. Но не потому, что любят его по-настоящему. Если бы он был просто мистер Гурон и у него не было денег, девяносто девять из ста даже не посмотрели бы в его сторону.
Только потому, что он так богат и знаменит, они осыпают его комплиментами, вешаются ему на шею и вообще ведут себя так, как будто он Бог или сверхчеловек. Иногда меня тошнит от всего этого.
– У меня тоже такое чувство, – согласилась Ария.
Она подумала о Лулу и ее собственническом отношении к Дарту, вспомнила ее вкрадчивый, чуть завораживающий голос, когда она обращается к нему, ее ласкающие руки и выражение глаз. А ведь Лулу не интересует никто, кроме нее самой.
– Как глупы мужчины! – вдруг произнесла Ария.
– Не всегда, – откликнулась леди Грания. – Дарт оказался очень умным, раз нашел вас.
– Пожалуйста, не говорите так, – быстро возразила девушка. – Это не… э-э… во всяком случае, я не хочу, чтобы вы так говорили.
– Вы такая милая, – сказала леди Грания, ничего не поняв. – И меня так радует, что сегодня на вас будет это зеленое платье. Вы будете выглядеть в нем чудесно. Все рот разинут, когда увидят вас.
– Если вы хотите сказать, что они меня не узнают, это больше похоже на правду, – рассмеялась Ария.
Ей хотелось быть рассудительной, но в то же время она не могла справиться с волнением при мысли о том, что будет выглядеть на равных со всеми красавицами, которые приедут на обед и на танцы.
Компания будет небольшая – всего около пятидесяти пар, но это будет самая большая и важная компания, которую она видела в жизни, чуть-чуть задумчиво подумала Ария, одеваясь к обеду.
Еще будучи школьницей, она танцевала в отелях, где они с отцом останавливались. Приходилось ей танцевать и в зале ратуши неподалеку от Квинз-Фолли, когда там устраивали какой-нибудь благотворительный вечер в пользу местных бойскаутов или другой общественной организации городка. Но обычным развлечением на подобных мероприятиях был вист или концерт при содействии местного викария, а в последние три года танцевальных вечеров, на которые она ходила, было так мало, что о них не стоит и упоминать.
Ария никому не сказала о своем дебюте сегодня вечером, и ей подумалось, как это похоже на Дарта Гурона, когда он, вернувшись после игры в поло, подробно обсуждал с ней приготовления, но не вспомнил, какую роль в них должна играть она.
– Мы устроим лотерею, – сказал он. – Для дам среди призов будет золотая брошь с сапфиром, а для мужчин – сигаретница. Не нужно об этом распространяться, потому что если это попадет в газеты, то будет выглядеть очень дурно.
