– У меня не было возможности, – ответила она. – К тому же с чего это вы так обо мне беспокоитесь?
– Вы знаете ответ, – нежно произнес лорд Баклей.
– Да?
Ария вспомнила, как вчера ночью повернулась дверная ручка, вспомнила легкий стук в дверь. Клятвенные заверения лорда Баклея в любви и привязанности, подумала она, не более бескорыстны, чем тот явный и откровенный способ, каким Дарт Гурон использовал ее.
Она встала с кресла и стала приводить в порядок бумаги.
– Скоро ленч, – сказала она.
– Хотите, я увезу вас отсюда? – спросил лорд Баклей. – Хотите, уедем вместе, только вы и я?
– Надолго ли? – спросила Ария. – Вы сами знаете, что рано или поздно захотите вернуться к этой жизни.
Под ее взглядом он опустил глаза и пожал плечами.
– Я никогда не смогу добиться успеха, сидя в конторе, – сказал он.
– Я не виню вас, – ответила Ария. – Вы имеете право делать со своей жизнью что хотите. Но вы также должны позволить мне делать то, что я хочу, со своей.
– Черт возьми! Это не одно и то же… – запальчиво начал лорд Баклей, но гул гонга, разнесшийся по дому, прервал его на полуслове.
– Нам лучше спуститься вниз, – заметила Ария. Лорд Баклей помедлил, как будто на мгновение ему захотелось обнять ее, но когда девушка вышла, он последовал за ней, и они молча направились к лестнице.
Ария совсем забыла, что к этому времени вся компания уже должна знать о помолвке, и оказалась совершенно не готова к поздравлениям и неумеренным комплиментам остальных гостей.
– Дарт сообщил нам приятную новость, – сказала ей супруга посла, в то время как несколько девушек, раньше практически не замечавшие ее, целовали Арию, выказывая удивительное расположение.
– Я думала… это… должно остаться… в тайне, – запинаясь, проговорила она.
– Такое событие невозможно сохранить в тайне, – отозвался кто-то. – Какие у тебя планы, старина? Когда назначен счастливый день?
– Мы с Арией еще не решили, – ответил Дарт Гурон, глядя на девушку, и хотя она вздрогнула, когда он назвал ее по имени, ей все же удалось выдавить смущенную улыбку.
– Вообще-то все это для нас несколько неожиданно, – продолжал Дарт Гурон. – Ария хотела, чтобы вокруг этого было как можно меньше шума, по крайней мере, пока она не поставит в известность свою семью.
– Ну конечно, мы все понимаем, – сказала супруга посла. – А где живут ваши родители?
– Мои родители умерли, – ответила Ария, – но у меня есть брат, он живет в Хартфордшире.
– А где именно? – спросила красивая девушка. – Я тоже живу в Хартфордшире.
Ария бросила быстрый взгляд на Дарта Гурона, и он пришел ей на выручку:
– Не спрашивайте ее сейчас ни о чем. Нам и так досталось, когда газетчики забросали нас вопросами. Ария может попасть в ужасную переделку, родственники будут просто в ярости. Ради всего святого, давайте поедим и будем вести себя так, как будто ничего не случилось.
– Как будто это возможно! – заметил кто-то, и игривый голос из дверей переспросил:
– Возможно что?
К ним направлялась Лулу Карло, улыбающаяся и уравновешенная. Она играет очень правдиво, подумала Ария.
– Вы разве не слышали? – спросил кто-то и тут же осекся, и вся компания разом смолкла.
Было ясно, что все думают только о том, что обстановка накаляется.
– О ком, о Дарте? Конечно, слышала! – ответила Лулу. – Я уже поздравила и благословила его, правда, дорогой?
Подойдя к Дарту Гурону, она взяла его под руку и заглянула ему в глаза. Откинув голову назад, она выглядела очень привлекательно и женственно.
– Вы очень любезны, – сказал Дарт, окинув взглядом толпу гостей.
– Но мы должны еще решить, что я подарю тебе в качестве свадебного подарка, – сказала Лулу.
В ее словах все заметили какой-то двойной смысл и почувствовали себя неуютно.
– Не пойти ли нам за стол? – поспешно предложила супруга посла. – Терпеть не могу, когда еда остывает.
– Я тоже, – согласилась другая дама. Красивая американка взяла Арию за руку.
– Я ни разу в жизни не была так изумлена, как когда Дарт сообщил эту новость, – сказала она. – Вы ужасно скрытная: никто и заподозрить не мог, что вы увлечены друг другом.
– Мы хотели, чтобы это оставалось тайной, – улыбнулась Ария.
– Все равно тайны – опасная штука, – произнес чей-то голос за спиной, и Ария, не оборачиваясь, узнала Лулу.
Трудно было понять ее намерения. За столом она была так обаятельна и мила, что трудно было поверить, подумала Ария, что это та самая мегера, которая утром дала ей пощечину, а совсем недавно запустила в нее статуэткой.
Глядя на Дарта большими темными глазами, в которых, казалось, вот-вот появятся слезы, Лулу тем не менее говорила о помолвке весело и игриво и даже несколько раз обратилась к Арии, причем вежливо и дружелюбно.
Такую перемену настроения было трудно понять, однако Ария видела, что на присутствующих это произвело большое впечатление, и гости почти громко говорили друг другу, что Лулу Карло, оказывается, славная девушка.
В середине ленча стал непрерывно звонить телефон, и после того, как Макдугалл в четвертый раз доложил, что на проводе еще одна редакция, Дарт Гурон велел ему оставить трубку снятой.
– Если так будет продолжаться, к концу дня мы все сойдем с ума, – с легким раздражением сказал он.
– Иного нельзя ожидать, – ответил ему лорд Баклей. – Если бы ты действительно хотел объявить о своей помолвке и чтобы тебя в то же время не беспокоили, надо было спросить у меня, как это устроить.
– Ну и как бы ты все устроил, Том? – спросил кто-то.
– Ну, если бы я был Дартом и хотел тайно жениться, уехал бы на какой-нибудь остров в Карибском море или еще дальше. А если бы захотел объявить о помолвке и в то же время больше ничего не говорить, я сообщил бы о ней прессе в тот самый момент, когда садился бы на самолет в Тимбукту. Мой девиз – избегать неприятностей!
Все рассмеялись, но Дарт остался серьезным.
– Неплохой совет, Том, – сказал он. – Жаль, что я не спросил тебя.
– Мне кажется, это глупая идея, – легко сказала Лулу. – Избегать газетчиков – значит, только разжигать их аппетит.
– Ты в этом сама убедилась? – спросил лорд Баклей, но ее нелегко было вызвать на откровенность.
– Ты просто хочешь меня позлить, – ответила она, надув губки, что сделало ее еще привлекательней. – Ты знаешь, в нашем деле надо всегда поддерживать хорошие отношения с прессой и давать им только те сведения, которые нужно. Но речь о Дарте, а не обо мне. Его жизнь превратится в кошмар, пока они не получат все подробности, какие им нужны.
– По-моему, они достаточно знают о Дарте, – заметил кто-то. – Хуже всего придется мисс Милбэнк, когда пойдут расспросы.
