было безоговорочным, а тут с подачи Хрущева дождались откровенного посмешища.
В такие моменты Поляков не раз задавал себе вопросы: «Как могло стать возможным, что при советской демократии, в условиях самого справедливого социалистического общества на руководящие должности в партии и государстве выдвигаются такие авантюристы, как Хрущев?.. Что же это за строй?..» – и не находил ответа.
Все чаще и чаще Поляков приходил к выводу, что социалистические демократы без революций, насилия, излишних человеческих жертв обеспечивают более высокий жизненный уровень жизни населения в своих странах и демократический образ жизни – свободу личности. Ценность любой человеческой жизни для него стала представляться выше любой идеологической ценности. Он полагал, что соревнование с капитализмом СССР должен вести и выиграть не в области идеологической борьбы, а в области экономики.
В 1961 г., находясь в отпуске в Москве, он наблюдал резкое снижение уровня жизни советского населения и сделал вывод, что все обещания, данные Хрущевым от имени партии, чистейший блеф, СССР живет не по законам общественного развития, а по партийным установкам. В душе он уже не раз восставал против принципов тогдашнего партийного руководства, против партийной диктатуры в жизни Советского государства. У него сложилось твердое мнение, что Хрущев, чтобы как-то оправдать провал своих политических амбиций, может так обострить международную обстановку, что доведет ее до глобального конфликта.
Находясь в США, Поляков занимался разведкой ядерного потенциала американцев, описанием проводимых ядерных испытаний, просматривал специально все доступные ему об этих испытаниях фильмы. Мощь и бесчеловечность ядерного оружия настолько потрясли его, что ему, как он показывал на допросах, даже во сне снились кошмары ядерной войны.
Поляков полагал, что для обеспечения стабильного мира нет необходимости в достижении ядерного превосходства над противником, что для этого достаточно накопленных ядерных средств, способных нанести ответный удар, а для этого, на его взгляд, вполне достаточно было и половины имевшихся в СССР средств.
Советская внешняя политика представлялась ему самой агрессивной, самой циничной и самой обманчивой.
С приходом к руководству партией и страной Л.И. Брежнева Поляков первоначально надеялся на поворот к реалистической внешней и внутренней политике Советского государства, но вскоре убедился, что Брежнев задался единственной целью – обеспечением военного превосходства СССР над силами НАТО и превосходства в стратегическом ядерном вооружении над силами США.
Полякову представлялось, что «доктрина Брежнева» – оказание помощи, в том числе и военной, всем странам и группировкам, имеющим антиимпериалистическую направленность, представляет еще большую угрозу стабильности в мире, чем авантюризм Хрущева. В то же время он был свидетелем того, что внутриполитическая деятельность Брежнева не дает нужных результатов. Его экономическая политика и личное поведение ведут к моральному разложению советского общества. Про себя он называл Брежнева самым результативным растлителем народа за всю историю России. По мнению Полякова, бороться со всем этим открытыми способами он не мог, поэтому избрал измену Родине, так как знал, что иные формы борьбы привели бы его к неминуемой и скорой гибели.
Конечно, о крушении своих идеологических устоев, о своем задуманном преступном замысле Поляков ни с кем не делился. Ни жена, ни дети, ни близкие друзья об этом ничего не знали, для них он продолжал оставаться таким же ортодоксальным коммунистом-сталинистом, каким был до ноября 1961 г. На работе как в центре, так и за рубежом он старался добросовестно выполнять все возложенные на него служебные задачи и партийные поручения.
17 июля 1986 г. Поляков на допросе в Следотделе КГБ СССР показывал, что его внутреннее возмущение достигло такой степени, что он решил принять личное участие в противодействии предпринимаемым советскими руководителями акциям на международной арене. И как следствие, решил обратиться к американцам с предложением своих услуг.
При этом он отчетливо понимал, что его сотрудничество с американцами нанесет соответствующий ущерб государственной безопасности и обороноспособности страны в целом и даже желал этого. Сознавал, что своими действиями он практически разрывал все объединявшее его до сих пор с народом, семьей, родными.
На допросах в Следственном отделе КГБ СССР и в судебном заседании Военной коллегии Верховного суда СССР Поляков неоднократно подчеркивал, что изменником Родины стал по идейным соображениям.
В последнем своем слове на суде он показал, что американцы неоднократно предлагали ему выехать в США, где он работал бы советником ЦРУ. Ему сохранились бы при этом звание, выслуга, пенсия. При этом ему разрешалось написать книгу, которая, несомненно, стоила бы несколько миллионов. Он не воспользовался этими предложениями.
Здесь следует отметить, что некоторые авторы опубликованных статей и книг, рассказывающих о трагической судьбе Полякова, пишут, что одним из мотивов, толкнувших его в объятия американских вербовщиков, была месть[60]. Месть за погибшего младенца сына. Смерть его якобы произошла в 1961 г. Поляков просил руководство резидентуры оказать материальную помощь, чтобы сына прооперировали в нью-йоркской клинике, но ГРУ ответило отказом, и младенец умер. Поляков на допросах ничего об этом не показывал. О первом его сыне, Игоре, и что с ним случилось, нами уже подробно описывалось. Так, что это утверждение не соответствует действительности.
А автор публикации «3апоздавшее возмездие», бывший сотрудник военной контрразведки полковник А. Терещенко, принимавший участие в операции по делу Полякова, однозначно утверждает, что материальная сторона предательства стояла на первом месте. Он буквально клянчил у хозяев дорогие сувениры: ювелирные изделия, охотничье оружие, рыболовные снасти, фотоаппаратуру, радиотехнику, инструменты для домашнего хозяйства[61].
Согласиться с этим утверждением, на наш взгляд, нельзя и вот по какой причине. Известно, что американские спецслужбы довольно солидно оплачивали предательскую деятельность своей агентуры из числа советских граждан. Так, например, своему агенту Толкачеву, работавшему на материальной основе, за время сотрудничества с ним ЦРУ с января 1979 г. по 1985 г. выплатило около 880 тысяч советских рублей и на его счет в банке было начислено 1 990 729 долларов США.
Теперь посмотрим, сколько получил Поляков за свое сотрудничество с американцами. Бригада следователей во главе с подполковником юстиции А.С. Духаниным все подсчитала и в обвинительном заключении указала, что за время его сотрудничества со спецорганами США Поляков получил от них в качестве вознаграждения различные товары и ценности на сумму не менее 93 761 рубля.
Таким образом от американцев за 24 года усердной работы Поляков получил только вот такую небольшую сумму. И это несмотря на то, что он был один из самых ценных агентов. Он не «клянчил» у них деньги и подарки, а наоборот, отказывался от них. Поляков показывал, что денежное вознаграждение он не получал от американцев, несмотря на неоднократные их предложения. При этом ему конкретные суммы не назывались, а
