его след, но это казалось маловероятным и притянутым за уши. В Восьмом королевстве в принципе не так часто происходили какие-то убийства, а два преступника сразу — это уже перебор.
Не сходилось только одно. Если судить по предыдущим преступлениям, убийца — человек принципа, и он убивает людей «неугодных», плохих, по его мнению, это выглядело так, будто он медленно и очень выборочно пытается избавить общество от опухоли. Все жертвы этого человека как будто в чем-то провинились, даже если это была не их вина, и он шел все дальше и дальше, стараясь браться уже за верхушки общества. Но ребенок? Даже если убийце чем-то насолила королевская семья, маленький мальчик точно тут не причем, и его нельзя было назвать даже полноценным членом общества. В чем же он мог быть повинен?
Эдвард, направляясь в Квинстон, почти был уверен, что следующей жертвой станет сама госпожа Сиэлла, потому что у нее наверняка могли быть припрятаны какие-то свои грязные секреты, и она точно подходила под образ той самой жертвы более высокого социального уровня. Но Бенедикт?
— Эд?
Парень поднял голову, смотря на взволнованную Линс, нависающую над ним. В голове ее образ внезапно наложился на другой похожий образ, из детства, когда мама находила его, забившегося в угол и плачущего навзрыд после очередного приступа гнева, из-за которого он чуть не убил соседскую собаку, подумав почему-то, что она хочет загрызть его сестру. Соседи потом приходили и спрашивали, не видели ли они их питомца. Пса, кстати, так и не нашли.
Или когда отец в очередной раз решал устроить трепку своему сыну, и мама опять приходила к нему, чтобы успокоить…
— Эдди, ты в порядке, мальчик мой?
Мама склонялась к нему, отнимая ладошки сына от перекошенного гримасой боли лица. Она тепло улыбалась и…
— Эд!
Парень внезапно очнулся и захотел ударить себя, осознав, что в очередной раз чуть не расплакался прямо при своей подруге. Она и так слишком часто видит его слезы, нечего ей давать очередной повод для беспокойства.
— Ты что-то хотела?
— Ничего конкретного, если честно, — вздохнула Линдси, присаживаясь на холодный пол рядом с Эдвардом, опираясь о стенку. Она помогала остальным выгребать остатки золы и пепла из небольшой ямы, в которой не часто, но все-таки достаточно регулярно разводили огонь, чтобы сделать это снова сегодня ночью, так как в подвале становилось совсем холодно. И поэтому зеленые старые штаны, обрезанные и подвернутые внизу, были покрыты сажей. Присмотревшись внимательнее, Эд понял, что черными пятнами было покрыта вся одежда, кожа и даже волосы девушки, которые теперь выглядели чуть подржавевшими. — Ты постоянно возишься со своими бумагами, и я, конечно, понимаю, что таким образом ты пытаешься отвлечься и что-то понять для себя, но это уже обретает какую-то маниакальность.
Вилтон опустил голову, покусывая слизистую щек изнутри, ощущая, как легко она поддается острым зубам.
— Я не хочу находиться здесь вечно. Этим делом руководит практически сам король, и мне повезет, если они найдут того двойника, что меня подставил, раньше, чем меня самого. Но если это было сделано специально, то он вряд ли попадется так глупо и сделает все, чтобы преступником в итоге выставили именно меня.
— У нас получилось на время их запутать, — ощущая, как Эдвард начинает сбиваться на быструю речь, перебила его Линдси. — Я попросила некоторых людей из нашей семьи, из тех, кто когда-то был здесь, а они своих друзей и знакомых, словом, мы подключили всех кого могли. Все эти люди занимались тем, что ходили к тем, кто расследует это дело, и скармливали им дезинформацию о твоем местонахождении. И кучу писем еще отправили, чтобы наверняка. Я уверена, что уже после пятого они просто перестали их вскрывать. Даже если кто-то действительно знает о том, где ты и захочет сообщить, вряд ли эти детективы, или кто там они, ближайшие пару дней вообще захотят даже проверять эту информацию.
Эд улыбнулся, едва приподнимая уголки губ.
— Спасибо, Линс, ты слишком много для меня делаешь. Я даже не уверен, что смогу когда-нибудь оплатить тебе тем же, — его голос звучал невероятно устало, лицо морщилось от каждого сказанного слова, после которого его голову пронзала боль — было видно, что мысли в голове Вилтона крутились с бешеной скоростью, совсем не давая мозгу отдыха. Линдси даже не была уверена, что парень спал прошлой ночью.
— Все в порядке. Наградой для меня станет уже факт того, что ты не окажешься в лапах палача.
— Смертную казнь отменили еще полвека назад, — усмехнулся Эдвард.
— И что? Ты думаешь, это помешает этим живодерам мучить тебя и смотреть, как ты загибаешься в тюремной камере?
Эд пожал плечами, подумав о том, что Линдси явно перегибает. Или нет? Что если они найдут его? Что они будут делать дальше? Что если настоящий убийца сейчас рядом и просто смеется над их потугами? Что если…
— Линс.
— А?
— Кажется, я умираю, — с трудом выговорил Эд, прикрывая глаза и, пытаясь дышать ровно, откинул голову назад, упираясь затылком в стену.
…они найдут его.
***
Ника уже около часа блуждала по парку Богов. Богоподобного в нем было, конечно, не особо много, но в лучах заходящего солнца остатки пожелтевшей листвы на деревьях и кустарниках выглядели по-своему очаровательно.
Девушка пыталась понять, что ей делать дальше, потому что информации, которую она получила от Триши, было явно недостаточно. Да и встреча с давней подругой всколыхнула что-то в глубине ее души. Что-то, что, как казалось Нике, она похоронила еще пару лет назад, только сейчас к этому присовокупилось еще и чувство вины. Она часто вспоминала о своей принцессе, оставленной в замке, и сердце начинало щемить с утроенной силой. Что если ничего не выйдет? Дивер вообще не представляла, что делать дальше, и какой шаг предпринять следующим. Можно было, конечно, действовать наудачу, и направиться на поиски людей, которые в теории могли бы знать что-то о личности преступника. Но одной только идеи здесь было недостаточно. Надо было думать еще.
Патриция говорила о том, что за эти два дня к ним приходили как будто бы разные люди, при этом совершенно идентичные внешне. Близнецы? Или это действительно была такая своеобразная актерская игра, которой покушавшийся на Бена решил запутать всех вокруг? В таком случае, возникал закономерный вопрос о причинах данного действа, ведь это было лишено смысла и логики, учитывая, что этим поступком он не только не скрыл свою личность, а дал только более детальный портрет самого себя. Думай. Не все так просто.
Впереди
