наше детище начнутся хакерские атаки. Правда, у соперников не будет шансов нас обойти. Во-первых, мы станем первыми. Во-вторых, я уже знаю все лучшие находки и фишки соцсетей. Но вставлять их в разработку сразу — нет уж, фигушки. Всё постепенно. Так что мы всегда будет впереди конкурентов. Им останется только повторять за нами.
Нори самый старший. Ему двадцать. Он руководит командой. В смысле, следит за выполнением моих техзаданий, которые я время от времени выдаю. Живёт он в капсульном отеле, в номере три на два метра. Потому что иначе пришлось бы ездить из пригорода, тратя на дорогу часа по полтора. Командой работать удалённо над новым, разрабатывающимся проектом, невозможно. Поэтому все собираются в офисе и трудятся совместно, по старинке, так сказать. Нори — дизайнер сайтов.
Ещё двое — программисты. Они словно близнецы из сказки Кэролла, хотя не имеют никакого родства. Разница в возрасте — год. Их хотели взять в хорошую фирму стажёрами. Я предложил больше денег и должности.
Вот такой командой мы и творили. Я направлял, они делали. Вносили предложения, я их по большей части отвергал. Вот и сейчас парни поджидали меня, чтобы обсудить свои идеи. Или покритиковать мои. Ну, то есть как, мои. Те, что я принёс из родного мира, естественно.
— Кенджи-сан, — заговорил Нори, хрустя по своей неприятной привычке пальцами, — нам кажется, что Чёрный список, на котором ты настаиваешь, лишнее. Серьёзно, это просто невежливо.
Да, японский менталитет — дело тонкое. Но я не сомневался, что банить будут, причём с наслаждением. Может, не сразу, но постепенно распробуют.
— А если тебе пишет гадости незнакомый человек? — спросил я. — И ты не хочешь, чтобы он тебе засорял личные сообщения?
— Всё равно, — убеждённо сказал Нори. — Можно ведь просто игнорировать.
— Но ты будешь каждый раз читать, что он тебе пишет. Зачем портить себе изо дня в день настроение?
— Можно не читать.
— Во-первых, начало сообщений будет видно. Мы это обсуждали. Во-вторых, любопытство заставит.
Нори насупился и взглянул на остальных, ища поддержки.
— Можно поступить иначе, — сказал Таро, поправляя очки в роговой оправе с защитными стёклами, снижавшими нагрузку на глаза. — Добавить функцию сокрытия начала сообщений для нежелательного пользователя.
— То есть, ты не будешь видеть, что тебе он написал, будешь его игнорировать, но не банить? И в чём смысл?
— В соблюдении приличий.
— Вежливость?
— Да.
Остальные кивками поддержали программиста.
Я вздохнул. И вот так постоянно. На ура зашли только лайки, смайлики и эмодзи. Ну, насчёт последних неудивительно: они и в моём мире появились в Японии.
— Значит, так, — сказал я. — Сделайте на выбор: либо бан, либо сокрытие текста сообщений. Всё, вопрос закрыт. Что дальше на повестке дня?
Мы обсудили опции музыки. Затем принесла заказанный парнями обед. На меня они тоже взяли. Подкрепившись лапшой и тонкацу (свиные котлеты в панировке), мы выпили зелёного чая. Горячего, с лёгким фруктовым ароматом. За время пребывания здесь я стал настоящим фанатом этого напитка. Мог поглощать его три раза в день. А ведь прежде предпочитал кофе.
— Кенджи-сан, — заговорил, когда мы отставили пустые кружки, Нори, — нам требуется финансирование.
Я и сам это знал. Но, валяясь в больнице, совсем забыл про предстоящие вливания. Плюс пропажа Исамы сильно заняла мои мысли. А сроки подходили.
— Хм… Да, действительно.
— Вот мы тут составили смету, — Нори ловко достал из ящика стола и протянул мне распечатку.
Взглянув на листок, я невольно поджал губы. Суммы вышла немаленькая. Но все статьи расходов были обоснованными. Если я хочу запустить соцсеть до нового года, придётся раскошелиться. Вот только у меня не хватало средств. Значит, придётся найти способ добыть денег. На ум пришёл проверенный: взять заказ рейнджера. Выследить и завалить какого-нибудь босса, за которого правоохранители назначили награду. Проблема в том, что преступники такого уровня знают, что их заказали, и стараются максимально себя обезопасить. Конечно, добраться можно до любого. Но иногда это очень трудно. И дорого. А расходы никто не возмещает.
Я вернул распечатку Нори, следившему за мной довольно напряжённо. Он понятия не имел, откуда бабки у семнадцатилетнего парня. Наверное, предполагал, что я пристраиваю наследство. Или что я бандит.
— Понятно. Хорошо, постараюсь достать денег.
— Отлично, Кенджи-сан! — обрадовался Нори.
Он уже знал, что, когда я говорю «постараюсь», деньги появляются. Остальное его не интересовало. И не должно было.
Я поднялся с дивана. Остальные тоже встали, чтобы попрощаться.
— Созвонимся на днях, — сказал я.
Обменявшись на прощанье поклонами, мы расстались. Парни — довольные, а я — озадаченный.
Воздух улицы освежил меня. Хоть я и частенько выполнял задания в самых отдалённых уголках своего мира, всегда предпочитал атмосферу городов. Так сказать, если джунгли, то каменные.
Да, придётся взять заказ на какую-нибудь преступную шишку. То, что якудзы клана «Синего дракона» наняли синоби убить меня, нисколько не повлияло на старого мангуста. Моё дело — охотиться на змей. И делаю я это очень хорошо. Даже для этого мира.
Следующие два дня прошли в медитациях. Я пополнял Ци, накачивал энергетические узлы и копил запас. Параллельно ходил на все занятия, кроме спортивных. Но я наблюдал за тем, как тренируются мои одногруппники, и запоминал, чему учит сэнсей Такэда.
Накаяма не замечал меня. Его ручная горилла брала с дружка пример. Но я частенько ловил на себе злобный взгляд его ангельских глазок.
Один раз пришлось посетить психолога. Она расспрашивала о нападении. Видимо, пыталась понять, что могло нанести мне психическую травму. Я терпеливо сносил её вопросы, но, покинув, наконец, кабинет, испытал истинное облегчение. В отличие от неё, потому что я, кажется, оказался трудным пациентом.
Об Исаме не было вестей. Дядя молчал. Я не знал, искал ли он моего соседа. В конце концов, решил пойти в полицию и написать заявление. Но оказалось, что родители Исамы уже сделали это.
Вернувшись домой, я растянулся на матрасе, служившем мне постелью. По дороге заехал к одному товарищу, снабжавшему меня свитками призыва. Так что сейчас один лежал у меня в рюкзаке. Я прикидывал, набрался ли я достаточно сил, чтобы одолеть Тварь Бездны. Постепенно меня начало клонить в сон. После больницы я быстро уставал, и мне требовался частый отдых. Подобным
