Они увидели столько вещей, что практически можно было утверждать: они увидели всю Землю. Но когда человечество уже ожидало самого худшего (например, Страшного Суда с вынесением обвинительного приговора и полным уничтожением рода человеческого), инопланетяне просто-напросто взяли и…
Исчезли!
Исчезли и разумные красные бактерии, и двуногие рептилии, и огромные «пирамиды». Все инопланетяне исчезли — и изменилось «пение» всех китов Тихого океана. Они исчезли — и официантка из Гуаякиля отказалась подметать пол, в то время как десятки «девочек» в Амстердаме ностальгически вздохнули. Они исчезли — и возникли тысячи новых культов, сект и церквей, которые твердили о Космическом Боге и о Священном Приземлении. Они исчезли — и на подстриженном газоне Централ-Парка в Манхэттене остались два входных билета на мюзикл «Кошки», а в швейцарском банке стало меньше на 200 миллионов долларов. Они исчезли — и в ООН, в НАСА, в Европейском аэрокосмическом агентстве и в Пентагоне прошла серия секретных совещаний. Они исчезли, оставив на проспекте Либертадор сотни тысяч трупов насекомых, которые аргентинские мусорщики отказались убирать, лужицу «кока-колы» на полу магазинчика Симона Валеска в Икитосс и засохший оазис в Сахаре. Они исчезли — и телесериалы типа «Секретные материалы» стали настоящей эпидемией. Они исчезли — и некоторые люди были так потрясены их визитом, что не хотели поверить в то, что инопланетяне улетели восвояси, и начали подозревать своих соседей и даже самих себя в инопланетном происхождении. Они исчезли — и по миру прокатилась волна свадеб, индексы рождаемости взлетели до небес, а социологи вновь заговорили о демографическом взрыве. Они исчезли — и в живописи и музыке произошел переворот в сторону авангардизма под жанровым ярлыком «После посещения». Они исчезли — и испанский парламент запретил ношение шуб из собачьего меха как проявление жестокого обращения с животными, а в Йемене ввели смертную казнь за употребление спиртного. Они исчезли — и миллионер Руфус Уоллес объявил миру о своих планах создания частного космического флота, чтобы отправиться в недра космического пространства на их поиски. Они исчезли — и маньяк из Флоренции совершил еще одно убийство. Они исчезли — и большинство людей пожало плечами и попыталось жить так, как жило до этого, и некоторым это почти удалось. Они исчезли — и оставили ученых ломать головы над причинами их исчезновения: одни говорили, что инопланетяне испугались человечества, другие — что они его пожалели, третьи усматривали причину бегства пришельцев в их отвращении к нам, а четвертые утверждали, что они нам просто-напросто позавидовали…
Все спорят, выдвигают различные гипотезы. Кажется, у каждого представителя рода человеческого на этот счет есть свои предположения, которые он готов подкрепить тысячью аргументов. Но все задают себе один и тот же вопрос:
Вернутся ли они?
Перевел с испанского Владимир ИЛЬИН
Критика
Роберто Де Соуза Каузо
Место под Солнцем
Когда мы говорим о литературе Латинской Америки, то сразу же приходят на ум четыре имени: Борхес, Кортасар, Маркес, Бьой Касарес. Когда мы говорим о фантастике Латинской Америки, то имя возникает всего одно — все тот же Адольфо Бьой Касарес. Испаноязычная НФ для большинства российских читателей остается столь же экзотическим и малознакомым явлением, как, например, фантастическая проза Китая или Индии. Мы обратились к бразильскому писателю и критику Роберто де Соуза Каузо с просьбой познакомить со своими коллегами читателей нашего журнала.
Хронологически первыми произведениями НФ, вышедшими из-под пера латиноамериканских авторов, стали объемные литературно-философские утопические труды мексиканца Хуана Непомусено Адорно «Далекое будущее» (1862) и бразильца Иоахима Фелиции дос Сантоса «Страницы истории Бразилии, написанные в 2000 году» (1868–1872). Однако эти сочинения трудно в полной мере отнести к области беллетристики, поэтому на роль пионеров литературной НФ претендует и ряд других произведений XIX столетия. Прежде всего, это один из трех «научных» романов Аугусто Е.Залуара «Доктор Бенигнус», опубликованный в 1875 году. Роман явно написан под влиянием французов Жюля Верна и Камиля Фламмариона, хотя и был основан на бразильских мифах. В том же году из-под пера аргентинца Эдуардо Холмберга вышел оккультно-космологический роман «Чудесное путешествие господина Ник-Нака» (1875), а несколькими годами позже появился и первенец чилийской НФ — роман Франциска Мираллеса «От Юпитера» (1878). В самом начале XX столетия первые ростки НФ пробились и в литературе Уругвая: роман Горацио Сильвестра Кироги «Умелый человек» (1910) продолжил тему, поднятую во «Франкенштейне» Мэри Шелли. Тогда же, в начале XX века, вышли на литературную арену основоположники латиноамериканской фантастической новеллы — уругваец Горацио Кирога и аргентинец Леопольдо Лугонес.
Но даже в 1920–1930 годы латиноамериканская НФ, в основном, шла по пути подражания англоамериканской и французской НФ. Достаточно сказать, что первый образец космической НФ появился лишь в 1920-е годы — роман бразильца Альбина Коутиньи об экспедиции на Марс и Венеру «Лига планет» (1923). Как и европейцы, латиноамериканские фантасты много внимания уделяли будущему мироустройству, прогнозам в области науки и техники. Самые значительные среди таких романов — «Черный президент» (1926) Монтейра Лабато и «Республика 3000» (1930) Менотти вель Пичии.
Неожиданный всплеск интереса к истории национальной фантастики проявился в 1990-е годы, когда был издан ряд антологий, посвященных литературе конца XIX — середины XX столетий. Аргентинская НФ эпохи становления была объединена в 1993 году Горацио Морено в сборник «Фантастическое»; аналогичный бразильский сборник под названием «Теневые страницы» был выпущен Браулио Таваресом в 2003 году. В 1992 году Морено издал антологию «Далеко-далеко», в которую вошли более современные произведения аргентинской НФ, принадлежащие перу таких писателей, как Бьой Касарес, Мариса Бальарко, Тарик Карсон, Фернандо Коте, Хосе М.Лопес, Сантьяго Овьедо и Рубен Томаси. Этот солидный сборник отражает еще одну тенденцию в латиноамериканской НФ — влияние средств массовой информации на реальность. Произведения, исследующие действительность во всех ее проявлениях, характерны не только для знаменитостей — Касареса, Борхеса, Кортасара, — но и для большинства писателей-фантастов, например, бразильцев Андре Карнейро и Браулио Тавареса, аргентинки Анхелики Городишер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
