Читаем без скачивания Лёд Апокалипсиса - Тимофей Кулабухов

Сняли с ручника окружающие машины, откатили, на случай если моя попытка разморозить трактор закончится постыдным пожаром.

Поискали антифриз. Есть. Часть его тоже замерзла, что говорила о плохом качестве или подделке. Выбрал канистру с маркировкой минус пятьдесят. Говорят, бывает арктический до минус семидесяти пяти. Может байки, может нет, нам бы сейчас такой пригодился.

— А при «скольки» замерзает керосин? — спросил Денис, потому что нашел целую бочку.

— Сорок пять. Но его нельзя использовать как антифриз. В основе охлаждающей жидкости вода, у неё тупо самая большая теплоёмкость. Кипение при ста, керосин при стольнике охереет. Наверное, и другие причины есть. Не важно, антифриза полно, сейчас нужно слить старый. Если растает.

— А что может пойти не так?

— Когда суешь паяльную лампу под брюхо трактора? Всё то угодно, начиная от «бара бума» и до локального пожара. Что там с огнетушителями? Готовы на всякий случай?

Денис нашёл ключи от «порше». Сказал, что никогда не сидел в таком. Сел, завелся. Я предложил ему проехать. Он посмотрел скептически, плотно стоящие машины оставляли ему прогон метров десять. Тем не менее несколько раз поелозил вперёд-назад, даже ничего не зацепил. Ну, теперь может с чистой совестью говорить, что водил порш.

Трактор не сгорел. Через час ожидания и перебирания полезного в хозяйстве имущества, раскапывания одной створки ворот и попыток Кабыра понять, как снять акустику с паджеро чтобы нацепить на белоруса, повторил попытку. Для начала подогнали внедорожник и «прикурили» аккумулятор МТЗ (вольтаж на батареях указан как одинаковый).

Трактор завелся не сразу, лениво, тарахтел неравномерно и норовил заглохнуть. Пустил к потолку жирную струю черного дыма, стал разогреваться. К трактору прилагалось две телеги класса «биндюга». Такая штука, по сути, просто кузов без ничего на четырех колесах. Массовые тракторные прицепы. Большущие, длинные, одна самодельная из крашенного в кислотно желтый металл. Колеса простые, колхозные, но диаметр впечатляет.

Нужно сделать для телег лыжи под колеса. Большие. Только из чего? Поискали, ничего ценного не обнаружили. Была бы сварка и сварщик, отрезали бы полосы металла подлиннее, загнули по краям. Подставили под колеса. А нет, не получится, передние колеса на оси, поворачиваются. Что ж делать?

Трактор разогрелся, сел за рули, вспомнил чему меня учили. Я ведь водитель грузовика, за штурвалом подобной техники сидел раз шесть за жизнь. Так, сцепление, тормоз, газ. Коробка автомат (это не очевидно, на сельхозтехнике нечто вроде автомата применялось ещё со времён царя Гороха). Девять вперёд, две назад. Пониженная, повышенная. Круто. А какую втыкать? Допустим, первую. Двойной выжим сцепления, это я помню.

Трогаюсь. Братья Люмьер, опус «прибытие поезда»/«убытие трактора». И почему на паджеро нельзя уехать в леденяще светлое будущее? Там комфортно и водить такую хероту проще.

Торжественно проезжаю сквозь весь гараж, чуть разгоняю для выезда в снега. Плавнее, плавнее, застряну вытягивать нечем, если перевернусь, кабину раздавит весом трактора. Давай, родимый. Если сможешь ездить, назовём тебя «Химик».

Перед зданием намело не сильно, метра полтора. Выскочил, падающий снег моментально стал налипать на стекла и кабину. Несколько минут кружил по двору, замедляясь и разгоняясь. Ну что, вроде не тонет. Гигантская площадь опоры рассчитана на грязь, пашню, поросли культурных растений и это чтобы ещё и небольшой плуг тянуть или какую другую сеялку. Снег тоже подходит. Парни вышли полюбоваться на мои кривляния.

Время на кварце начало пятого. Весь день провозились. Ладно, погнали обратно, будет эксперимент номер два.

Загнали, заглушили, немного подождали и я безжалостно слил охлаждающую жидкость прямо на бетонный пол. Пока сливалась, притянули биндюгу (взяли заводскую с деревянными бортами). Цепляется она очень и очень просто, при помощи «пальца», в народе именуемого «притыка» или почему-то «шкворень», фиксирующего большие серьгообразные поперечины вилки у трактора об кольцо на тяговом треугольнике биндюги. Притыка массивная, ей запросто можно убить (кроме шуток). Если потеряется (такое частенько бывает), у трактора ещё три запасных или можно сделать из чего попало. Подтянули, вставили, главное свои пальцы не отдавить. Просто и надежно.

Залил антифриз (его осталось ещё на пять таких же тракторов). Пробую вытянуть телегу.

С Богом! Тронулся, чуть разогнал и впрыгнул в белое окошко ворот, по ранее разворошенному снегу. Гараж пронесся мимо, мир опять стал ослепительно белым (это не рай, а банально занесенный снегом двор), трактор подпрыгивал, двигался с напряжением, но пёр напролом. Оглянулся, телега на месте.

Ну что, колхозники нами бы гордились (или ржали от того, как мы неумелы и нелепы). Остановился, стал на нейтралку, распахнул кабину, прыгнул вниз. Смотрим. Колеса биндюги ушли в снег всего на треть. Если нагрузить, будет даже и больше. С другой стороны, если ездить аккуратно, может получиться неплохой грузовоз. Телега предназначена для самых обычных грузов, но по бездорожью. Пашня, грунтовка, грязь по уши любого вида и плотности, а она возит.

Не глушил, дал команду грузить телегу полезным скрабом.

— Мы тоже в кузове поедем? — спросил с хитрой ухмылкой Денис.

— В биндюге? Да нет, кабина белоруса вполне себе просторная, втроем без проблем уместимся. Даже плеер есть. Кассетный, там сборник Союз-24 на песне Салтыковой стоит.

— Я попсу не слушаю, — засопел Кабыр.

Грузили солярку, керосин, антифризы, инструмент и прочее полезное барахло. Связался по рации с Иванычем. Он уже вернулся и оценил наши трудовые подвиги положительно. Заперли гараж, проверили на предмет забытых вещей. Едем на Завод, даже несмотря на то, что колесные следы стали выдавать наши маневры с головой.

* * *

— Пацаны, я его хочу!

Денис смотрит с нескрываемой иронией, а Кабыр равнодушно. И опять слушает свой плеер. Тычу большим фонарём путевого обходчика изнутри туннеля в бок открытого вагона-платформы.

День двадцать пятый, тридцать первое августа. Последний день адского лета.

Радостные новости в том, что мы нашли в одном из крытых вагонов иранский рис в мешках. И теперь в биндюге ездит уголь, а в кабине понемногу рис. Пришлось привезти ещё четверых студентов на Станцию, во главе с Васей (он единственный был рад, остальным больше нравилась перспектива сталкерства по ближайшему Спальному району).

Из снеговых блоков, усиленных какими-то трубами и досками, Вася соорудил нечто вроде внешней юрты, такого размера, чтобы в неё мог заезжать трактор и грузится, что спасало по крайней мере без изматывающего ветра. Из коробков — грузовую пристань — рампу, высотой с борт биндюги. Загоняешь туда технику «жопой вперёд», только аккуратно, всё же это требует сноровки, парни грузят заранее заготовленный груз.

Мои парни помогают во всем, дежурят на Станции, грузят уголь, мародерят понемногу.

Но толку в мелком разграблении мало, если основные ценности прямо под ногами. Что показали раскопки? Контейнер соевой муки, куча риса, вагон соли, упакованной для розничной продажи, зерновой кофе в мешках, крепкий винный концентрат, вагон упаковочной плёнки (в хозяйстве пригодится), бочки с пищевой уксусной кислотой. И чертова уйма угля. Кстати, нашёлся и керосин, так что я теперь смешивал зимнюю солярку.

Но зацепило меня не это.

— Хочу его! Вожделею!

Пацаны не видели, чтобы я себя так вёл. Сам не видел. Вообще-то указывал на трактор, на платформе, по краю которого шёл туннель в Ангар, на который мы наткнулись, когда копали из него нору. С тех пор он благополучно заносился снегом и приталивался льдом. Теперь, окрыленный успехом с «белорусом», я хотел запустить технику посерьезнее, а не воспринимать её как предмет интерьера. Вообще апокалипсис не время для скромности. Время жечь.

Василий пришёл на крики, спокойно оглядел край трактора, пожал плечами.

— Выкопаем. Но, мотивация нужна.

— Ведро водки даю. Два блока сигарет. Выкапывайте. Денис, поехали со мной, будешь учиться водить. Кабыр, останешься на охране?

Мы сделали ещё три рейса за один только сегодняшний день. Последний раз гнали уже в темноте, при включенных фарах, следуя изгибам своих же следов. Лениво падал снег. В какой-то момент в блеске фар показалось движение. Притормозил, сердце сжалось. Выследили по следам? Бандосы? Засада? Кабыра с нами нет, у нас только пистолеты. Выключил фары,