не загораживали силуэты. Две фигуры. Помоложе, статный, в лёгкой тёмно-зеленой офицерской форме, то хмурился, то усмехался. На груди несколько медалей, чуть в стороне два ордена. Одежда не шла к погоде, но это их мало волновало.
Второй вообще на двух костылях, которые упирались под мышки. Одна нога. В какой-то момент стало видно, что и эта нога — протез. Ног не было вообще, но он старательно опирался на два костыля, переносил вперёд протез, опирался на него, перешагивал вперед. Тоже был одет слишком легко для мороза. На нем блестели ветеранские планки, означающие десятки наград. Потёртый знак «гвардия», старшинские знаки различия, на петлицах крошечные озорные танки.
Тёмный ночной сумрак.
Когда дошли, а это заняло бесконечно много времени, тот, что на костылях, сердито и ожидательно посмотрел на второго. Помоложе усмехнулся и помог спуститься с костылей прямо в снег.
Вьюга кружила вокруг меня.
Глаза старшего оказались на уровне моих. Попробовал отвернуться, из-за горящего в глазах гнева мне показалось, что он сейчас наотмашь ударит меня. Но он аккуратно взял за плечо и повернул лицом к нему.
«Думаешь, мы прошли от Сталинграда до Берлина и Кёнигсберга, чтобы ты тут просто сдался?» — раскатисто пронеслись в моей голове громогласные мысли.
Старший, все так же смотря в глаза, полез ко мне в карман. Там же ничего нет. Нет?
Тем не менее, он извлек оттуда плеер, распутал наушники, вставил флешку, заботливо пристроил мне в уши.
— Я стараюсь жить так, чтобы мне не было стыдно перед вами, дедушка. И дедушка. Даже сейчас. — Прошептал я одними губами и попытался встать. Ноги вновь прострелило болью, но я её проигнорировал, опираясь на топор. Сначала одна, потом вторая. Встал.
Они смотрели на меня в четыре глаза. Молча и серьезно.
— Иди, — тихо произнесли они, не раскрывая ртов.
Кивнул. И пошёл. В ночь. С каждым шагом мне становилось легче, демоны снов и тьмы отступали от меня.
Калечащими острыми звуками в барабанные перепонки из плеера, из кабыровской флешки, летели слова песни:
'Через боль, через страх, через страх.
Сделай шаг, пусть он немыслим.
Белый плен, белый ад, белый ад,
Но в тебе есть воля к жизни.
Через крик, через боль…'
И я шёл, откуда-то твердо зная, что пройду ещё немыслимые двенадцать километров, дважды пересеку окаменевшую речку, обогну заброшенную цементную площадку, некую хомутовскую лесопилку, пройду по кромке леса и дойду до одинокого дома на пригорке. И хотя он пуст, примет меня как родного.
Я иду.
* * *
Дорогие Друзья!
Рад что вы прочли мою книгу.
Надеюсь, вам понравилось.
Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/194064
Я выбрал достаточно необычный вариант конца света — «замерзание», посчитав её как минимум не заезженой и как максимум — реально возможной (хотя бы потому что как говорил Дядя Ярик — «такое уже было»).
Если есть мысли и мнения по тому, как человеческое общество развивалось правильно или неправильно, пишите, пожалуйста, в комментариях.
Если есть пожелания по продолжению. Ну что же, Антон Странник-один вполне себе жив, продолжение возможно. Напишите.
Как он должен выпутаться, какие события могу ещё произойти.
И большой поклон читателю نبيل صخيري и Вадиму Яруткину.
Мысли автора
Не по сюжету.
1. Мне тут не раз и не два пишут. Что главный герой — гопник.
Хм. Давайте так. Мне же, но касательно другой книги — «Кайл Соллей» написали что главный герой — сопляк и слабак. Странно, учитывая что он за повествование человек сто-стопятьдесят убил.
Даже женщина одна писала — какой он у вас хороший и добрый (Кайл). Гм. А сколько он должен зарезать чтоб не такой добрый? Есть показатель?
А наш Антон Странник? Говорят — гопник. Здесь известная проблема. Контекст. Ситуация. Скажите честно, кто-то считает что можно выжить в условиях конца света если ты маменькина корзиночка с восьмью классами фортепиано?
Давайте с другой стороны. Допусти меня самого мама любила и любит, заставляла изучать изобразительное искусство, картины, заставляла учить ядерную физику (советский интеллигент он вам не западноевропеец), говорить здравствуйте и пожалуйста.
Мда. Но жизнь (а рос я в девяностые) научила меня ходить в школу с ножом (это не метафора), обращаться с топором, пилой, ломом, молотком, водить грузовик и ругаться таким многоэтажным матом, что дважды судимый соседский дед- алкаш, пойманный мной за воровством яблок пришёл жаловаться на меня бате (ага, иди поплачь, старый пердун, надеюсь тебе в аду не холодно).
Поэтому моделируя, а я очень хорошо это умею делать — в случае выживания вы должны забыть свою утончённость и рефлексии и сфокусироваться на действиях. И со стороны это будет выглядеть будто вы вообще читать не умеете.
Короче. Мне пишут что Антоха — быдло.
В я считаю что это вопрос ситуации. А он — красавчик. Тем более свой интеллект он и другие персонажи демонстрируют иначе.
Наоборот, Август — интеллигент, но показатель живучести без защиты общины — около нуля. Не способен выжить сам.
Такое мое мнение.
2. У многих персонажей есть прототипы. Они конечно, от этого мальца охеревают, когда узнают, но есть.
Самый странный — Коля. Он в натуре (есть такой гражданско-правовой термин) зам директора Ветлаборатории и у него без дураков есть пулемёт, легально. И это в нашей реальности, не в книжной.
Мир странный, чего только не бывает. Так вот Коля — бывает.
Ему бы жену найти… если кому интересно, сигнальте, я продам Колю за мешок орехов (ещё и приплачу).
Я это к чему?
Замдиректора с пулеметов — реальность.
Готовность наших сограждан стать бандой убийц в любой момент — реальность.
Антон — тоже реален.
Супервулканы которые могут проснуться в любой момент — реальность.
Ядерный удар по поверхности суши. Запасов человечества хватит на минимум шесть раз по каждому квадратному километру любой суши от Арктики до Антарктики. В любой момент мы все можем умереть в случае атомной войны. Реальность.
И знаете что мы должны с этим делать?
Мы должны жить. Спокойно и без истерик, даже зная что можем умереть в любой момент. Не думая об этом (а вот про Колю можно и подумать).
Как говорит мой младший брат — не ссать, пехота.
3. Я начал писать эту книгу до СВО, но его начало ничего не меняет.
Мы это всегда мы, мир это всегда мир.
К чему это?
Я в человечество верю. Может не во всех его представителей. Но если случится такое и придётся пойти вам долинкой смертной тени. Не убойтесь зла и припасите огромную дубину, ибо вы самый страшный жлоб в долине ©.
Если случится в вашей жизни страшное — будьте любезны выжить. Иначе вы подводите…
4. Кого мы может подвести?
Меня, чтоб вы понимали, начали в честь деда (младшего брата в честь второго деда).
Каково быть посвященным своему дедушке?
Для меня — в первую очередь, ответственно, потому что дел мой, коренной сибиряк (не новосёл), прошел Войну от Сталинграда до Берлина, где потерял обе ноги. Быть продолжением своих мам, пап, дедушек, бабушек — ответственно.
Многие из нас забывают об этом, но все равно это так.
С какого-то момента своей жизни я понимаю что будет такое — раз… И надо отвечать перед дедами, за сделанное, за несделанное…
Но думать об этом рано, у нас ещё есть дела.
Как минимум мне надо продолжение написать, до трилогии, пока большую часть персонажей до Безопасного Места довести.
Вам, ала берса, нужно продолжение читать.
5. Пишите мне, пожалуйста, комментарии и статье лайки.
В первую очередь мне интересно Как.
Как бы поставили конкретно вы, как бы выживали вы.
Личный опыт и мнение бесценен.
Ну и если рекомендуете меня или подскажете как продвигать книгу, то вообще большой поклон.
