Читаем без скачивания Лёд Апокалипсиса - Тимофей Кулабухов

и единицы, можно предположить о десяти-двенадцати тысячах выживших, чья численность существенно сократиться с приходом новых морозов.

Отхлебнул от банки. Всего половина осталась. Беда. Помру трезвым, голодным и злым.

— Стоп. Давай про холода. Ты имеешь ввиду зиму внутри зимы?

— Грубо говоря, да. С точки зрения вероятности выживания, у вас было бы больше шансов если переместиться ближе к экватору. Возможности трактора клаас это позволяют. Начать расчет приготовлений к миграции?

— Нет, я об этом уже думал. Вернись к технологии своего шпионажа.

— Отслеживания и анализа радиосигналов.

— Как скажешь. Сколько, по-твоему, осталось радиоустройств? Зачем тебе телевышка?

— Каждая мобильная радиостанция, даже вай-фай роутер, сотовый телефон, планшет подходит под наблюдение. Радио, способное работать только на приём, например, в автомобилях, не пригодно.

— Мобильники не работают, сети нет. Стоп, а это идея. Скажи, ты смог бы взять под контроль вышку сотовой связи?

— Нет, но вы можете. Ей нужна придать источник электроэнергии.

— Допустим, обеспечим. У них должен быть свой коммутатор. Подключили тебя к такому. И?

— Что и? Я не так устроен, Антоний. Меня нельзя вставить в розетку и заставить контролировать сеть. Но вышка действительно многоканальная система. Стандартная «сота» обрабатывает одновременно сотни радиопотоков. Их можно контролировать, вести поиск. Для самого примитивного анализа подойдёт, хотя это унизительно для моих способностей.

— Мы тут скромнее стали. Времена такие, Климентий. Ладно, полезай в бутылку, джинн хренов.

— Кстати, это выражение так же весьма оскорбительно.

— Тебе похрену, у тебя нет морали и эмоций.

Глава 21

День радио

Я питаю отвращение к иллюзиям:

вот почему принимаю мир таким, каков он есть.

Наполеон Бонапарт

Хорошо, когда есть электронная карта местности.

С третьей попытки мы откопали подходящую «соту» мобильного оператора «Билайн». Обнесенная заборчиком с колючей проволокой, верхний край на полтора метра ниже уровня снега. С аварийной электростанцией, которую мы сумели запустить. Что само по себе бытовое чудо.

В первую попытку пробовали «соту», то есть станцию мобильной связи, на крыше промышленного здания. Доехали, проникли, поднялись. И обнаружили что кто-то скоммуниздил генератор, ещё и в оборудование зачем-то нагадил.

Второй раз копали в каких-то Пушкарях, ковыряли основание антенны. Но там генератор после двух часов мудежа не пожелал просыпаться.

Дубль три — снова вышка-антенна на холме среди садов и реденького частного сектора. Выживший в окрестностях — никого. Были ещё варианты на высоких зданиях, но чем ближе к центру, тем опаснее.

В этот раз успешно. Прямо в «окопе» подключили через какие-то подсказанные Климентием шлейфы.

День сорок восьмой. Ранее мы гробанули магазин компьютерных товаров. Вообще-то там мало что ценного осталось, но нашлась пара серверов, которые железный мозг скрипя сердцем признал годными, прочая электронная фигня, кабеля, провода, переходники. Теперь один из серверов закапывался в железном коробке возле соты, запитывался, коннектился с нашим Скайнетом.

Действовали под его же чутким руководством. Он не ругался (видимо, тоже не умел), но и доволен нами не был. Ощущение как будто обезьяны с интеллектом двухлетних детей, словарным запасом Эллочки-Людоедочки и руками сильно пьющих лесорубов, совершают манипуляции с богом.

Чёртов бог из машины. Я трижды пожалел о своей идее.

И плодов она пока не принесла.

Но, сота заработала и была немедленно взята в оборот нейросетью. Двигатель проверен, заправлен бензином, пристроен дополнительный бак на двести литров. Всё работает. По расчетам нашего карманного комдива Клима Ворошилова, хватит на два — два с половиной дня. Если за это время не будет результата, то и смысла продолжать нет.

Теперь Климентий работает постоянно, а с ним в качестве как он это называет «дополнительные расчетные мощности» второй сервер. Установлен он на Станции, связи с сотой держит через шестнадцать подключенных к нему наподобие гирлянды айфонов. Мы всё так же возим уголь.

Устали как повара под новый год.

Вечер, мы подъезжаем к Базе, решил дёрнуть своего нового подчиненного. Пообщаться с опасной игрушкой при помощи бортового радио.

— Скайнет, это Странник-один, приём.

— Странник-один, на связи, что вам от меня потребовалось? Приём.

Да, у Климентия свой позывной и что вполне логично, выход в радиоэфир. Подозреваю что у него самые большие возможности в этом плане. Он перенастроил соту (ну как он, это нам дважды пришлось дополнительно ездить к ней и что-то менять вручную, причем мы категорически не понимали, что творим) так что теперь способен прослушивать «всех и вся» в приличном радиусе на самых разных частотах.

— Скажи мне, своему боссу, о железный мозг, ты что-нибудь полезное словил в эфире нашего радио? Приём.

— О Великий Босс! Так называемая фракция гопников и криминальных элементов редко пользуется радио, однако мне удалось подключиться к их примитивной локальной сети через ошибочно установленное мобильное устройство. Канал слабый и ненадежный, всё время сбоит. Но, очевидно, обстановка у них враждебная, причем по отношению друг к другу. Через микрофоны распознаются разговоры про голод, нехватку боеприпасов, топлива, обсуждаются случаи каннибализма. Проанализировать их численность пока не представляется возможным. Приём.

— Великий Босс? У тебя там юмор отрос? Смехуёчки? Так. Хвалю. Это уже результат. Наблюдай другие источники, пеленгуй, всё такое, не мне тебя учить, разведка. Скажи, а про наш Завод были разговоры? Приём.

— Впрямую таких данных нет. Будет больше текста, сопоставлю. Возможно, они его иначе обозначают. Пока что их интересует некий объект «Площадь». Приём.

Пожевал губу. Уже какая-то инфа. От «языка» было бы больше пользы. Не знаю, что спросить.

— Электричества хватает? Мартин не обижает? Приём.

— Все штатно. Проблемы не замечены. Включил для обитателей Станции на комфортное звучание через динамики треки Вивальди, обнаруженную на одном из вспомогательных дисков. Про ваше предупреждение о недопустимости инициирования смертей других людей помню. Приём.

— Помни. Про музыку вполне себе иронично. Хорошо, что про твою истории почти никто не знает. А тебе самому надо полагать звуковое искусство по барабану? Приём.

— Это выражение имеет значение «равнодушно», «не представляет интереса»? Напоминаю о сложностях в распознавании идиоматических выражений. И нет. По существу суждения, музыка представляет для меня большой интерес. Определенные, на первый взгляд примитивные закономерности, цикличности первого, второго и третьего уровней. Вместе с тем в комбинации усматривается сложная неочевидная алгоритмизация и математическая динамика. Когда есть время, анализирую музыкальные файлы. Приём.

— Меломан хренов. Ладно. Спасибо за службу. Людей береги, ты без них подохнешь. Ноут для запасного копирования найдём, не переживай. Если запеленгуешь что-то экстраординарное, вроде угрозы нападения на Цех или Станцию, звони по всем каналам на нашу Базу, пусть будят меня и коменданта в любое время суток. Андестенд? Конец связи.

— Конец связи.

Тревожно мне на душе. Ездили втроем, нашей основной командой. Добрались, стали под разгрузку. Время ещё не позднее, надо бы помыться сгонять, Иваныч сказал сегодня как раз банный день.

Люди привыкли. Несмотря ни на что, освоились, впитали новые условия и вводные. Все знали, что через месяц-два, а то и быстрее начнется «зима внутри зимы», «климатическая яма», как её обозначал Библиотекарь. Поверхность Земли плохо получала тепло из-за пылевой шубы, снег отражал большую часть её обратно в небеса (Август говорил что когда стоят тучи, то они как это ни странно получают часть этой энергии и хоть немного согревают планету в целом). А теперь, когда Старушка-Земля поворачивается к звезде по имени Солнце южным полужопием полушарием, северное получит новые морозы, ещё более впечатляющие. Ну, кто выживет, тот и будет впечатлён. Может и правда, нужно было кочевать в тёплые страны?

Наша община спешила с подготовкой и имела хороший запас прочности. Мой, когда-то составленный в блокноте список необходимого для выживания дополнялся, уточнялся и был криво-косо «закрыт».

Рис перевезли почти весь, угля уже хватает, но приняли решение перетащить как можно больше, для торговли/обмена. А вот топливо совершенно негде хранить, запас Базы — всего цистерна солярки, хранится в подвале АБК, в целях пожарной безопасности. Нужно ещё что-то придумать. Жаль