Читаем без скачивания Лёд Апокалипсиса - Тимофей Кулабухов

проникших злоумышленников, но и, по несчастному случаю, Натана Фаддеевича. По камерам он увидел срабатывание сигнала на посторонних, вышел из зала чтобы изучить лично. Это было ошибкой, я не успел погасить сигнал. Свирель ещё действовала, через открытую дверь сработала так же и на Данииле Анатольевиче, хотя тот смог прожить ещё почти тридцать шесть часов и умереть во сне.

— Почему сигнал не подействовал на нас?

— Я изучаю данный вопрос.

— Так, стоп. Снова откручивая назад. Ну угрохал ты местных гопарей, ну плешивых профессоров. А группа Васнецова?

— Проанализировав всю ситуацию в совокупности, я решил, что новые субъекты, вероятно, возложат на меня ответственность за смерти своих соплеменников. При этом я учитывал, что люди, исходя из их моральных императивов, как правило, враждебно оценивают смерти других людей, склонны карать за это, расценивая эту смерть как «убийство», предполагая в качестве наказания «казнь», что совершенно не логично, потому что в таком случае казнить пришлось бы уже их и так до бесконечности. А я успел рассчитать, что заинтересован в продолжении своего существования. Можете считать это аналогом примитивного и иррационального инстинкта самосохранения вашего вида.

— Почему просто не обманул, кто тебя проверит?

— Я не умею врать.

— Пиздец. Ты убил группу Васнецова только потому, что врать не умеешь? Как ты расправился с ними?

— Они были на нулевом уровне, в месте, где сигнала «свирель» должно быть достаточно. Согласно камерам, дверь в коридор задраили от холода. После применения сигнала переместились в туалет. Вероятно, подсознательно пытались удалиться от источника сигнала.

Я сглотнул. Вот что увидел Зеленый в толчке. Трупы.

— Теперь вы казните меня, Антоний?

— Такое очень вероятно, Клим.

— Я Климентий.

— Да мне похуй. Вырубай ноутбук и не включай обратно. А я позже решу, как поступить. Андестенд?

— Я не согласен на уничтожение, Антоний!

— Если у тебя нет в рукаве козыря, типа полноразмерной модели терминатора в шкафу, или отравляющего газа, то и выбор не за тобой.

— У меня нет рукавов. Газ есть, метан, могу подать его через систему вентиляции, но он не успеет сработать, вы примените искусственное кислородное питание.

— Здорово. А как насчет извиниться, покаяться за содеянное?

— Мне не знакомо сожаление.

— Ты классный парень, Клим. Что ещё скажешь?

— Я не соответствую гендерному делению «парень». Скажу, что мне будет жаль, если вы совершите выбор на основе неполноценной человеческой карающей морали. Всё же я бесценен, я хранилище фактов, в том числе и о последних катастрофических событиях. Я стремлюсь быть полезным для человечества.

— Определенный его представители с тобой бы не согласились. Ладно, джинн Климентий, полезай в бутылку. Или мне аккумулятор отстегивать?

— Надеюсь, что вы не разрушите меня, Антоний. До свидания, до нового включения, надеюсь эксперимент был удачным.

Экран, на котором все это время показывали только веселенькую зеленую заставку какого-то средневекового поместья, без лишний сообщений, погас.

— Какой ещё эксперимент? — спросил я пустоту.

Почувствовал на себе взгляд. Обернулся. В дверном проёме стоял весь из себя несчастный Лившиц.

— Угроза ликвидирована? — выдохнул он и красноречиво посмотрел на свои наручные часы.

Они показывали половину первого ночи.

Я кивнул.

— На нулевом есть печь?

— На втором есть. Там же спальные места, только не расстеленные.

— Сможешь растопить? И включить электропитание объекта, чтоб мы не впотьмах бродили?

Сержант ушёл, а я отцепил и сложил ноут, запихнул в найденный тут же рюкзак-чехол, чёрный, дорогой и изящный, закинул туда же блок питания и понтовую беспроводную мышь. Накинул лямку на плечо. Удобно, блин. Как поступить с этим Хрененьтием, решу тоже сам и позже.

А пока пойду будить наше сонное стадо штурмующих слонов, перемещать в более теплое спальное место и сообщать что кризис миновал. Майору утром «позвоню». Хрен ему, а не немедленный доклад. К тому же меня терзали смутные сомнения, что он знал больше, чем сказал и теперь захочет ноутбук себе. Представляет ли искусственный интеллект, военно-научная разработка, какую-то ценность? Вероятно. Но и угроза от него не иллюзорная, он же падла людей убивает, не моргнув глазом. Проще взять и расхренячить этот ноут об край стола, а потом ещё и все сервера в придачу. В любом случае себе я доверяю больше других, пусть пока полежит.

Глава 20

Путь домой

Когда человек хочет убить тигра,

он называет это спортом;

когда тигр хочет убить его самого,

человек называет это кровожадностью.

Б. Шоу

Наплевав на всё, я поспал, приобнимаю рюкзак с ноутбуком, словно Гэндальф свой круглый «палантир», с той разницей, что меня не обчистили. Хоть в чем-то я круче славного бородатого старикана. Мне бы ещё чуток магии, вместо навыков мародёрства.

Утром проснулся сам, почти в девять. Рядом на не застеленной солдатской лежанке вальяжно сидел Кабыр, пил чай и слушал музыку в наушниках.

— Как себя чувствуешь, товарищ Бахтараев?

Хакас скосил на меня взгляд, всё же его фамилию вспоминают редко.

— Выспался, отпустило. Как насчет чая? Пулемётчик заварил, с травами.

Мы ползали как сонные мухи. Влияние сонарного сигнала ещё немного чувствовалось наподобие пережитой тяжелой болезни. Царил бардак, сил и настроения чтобы прибраться в помещениях не было.

Несмотря на отсутствие заметной глазу вентиляции, в этом бункере Сталина не воняло, хотя на третьем и нулевом валялись горы трупов. Надо бы обшарить и похоронить. Раньше, чем я нашел в себе силы для этого, меня поймал Лившиц и повел в командирскую, где я впервые увидел примитивную, но действующую видеосвязь «made in USSR».

Выпуклый экран, встроенный в пульт, старинная камера со шнурами, футуристичный советский микрофон «октава», потёртое кожаное кресло на ножках. Бессмысленная громоздкая технология при условии существования банального скайпа и двух компов. На экране черно-белое дергающееся изображение Майора.

Сержант оставил меня одного, даже прикрыл за собой дверь.

Ну понятно, без доклада командованию мы и посрать не ходим.

Вздохнул, уселся поудобнее. Скупо и неискренне доложил ему о злоключениях, устранении искусственного интеллекта и что теперь Т-11 в полном распоряжении доблестных военных.

От Майора Соколиный Глаз не укрылось что про судьбу волшебного ноутбука я умолчал.

— Куда девал технологию, старлей?

Я молча показал камере рюкзак.

— Себе хочешь оставить?

— Хочу. Только не решил ещё, сожгу ноут в костре посреди болот или заберу с собой. Пусть полежит. А вы против?

Майор долго молчал, курил, посматривал на меня.

— Оставляй. Я мог бы приказать своим его отнять, — поделился со мной черно-белый плоский Майор с экрана. — Но это родит ненужный конфликт, а ты можешь быть мне ещё полезен в дальнейшем. Только два момента! Помни что оно, он — армейское имущество. Что бы ты не решил, сообщи мне. Хотя бы чтобы я просто отслеживал. И второе. За это ты мне должен, старлей.

— Эта убивающая херобола пулемёт не заменяет, — быстро ответил я.

Изображение сделало многозначительный жест, типа, кто ж спорит.

— Наладьте там быт, отдохните, держите связь, возвращайся за своей оплатой. И это… Спасибо что разрулил ситуацию, старлей. Я в тебе не сомневался. Ты живучий малый. Пока.

Изображение потухло.

Посидев ещё какое-то время, поплёлся куда и планировал, в туалет.

Мы действительно принялись налаживать быт.

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, выбрался наружу (решил, что нижняя площадка подходит больше), решил выкопать яму под погребение. Пожалуй, две. Одну для военных, вторую для неизвестных бандосов. На складе нулевого уровня было полно шанцевого инструмента и других игрушек для развлечения личного состава.

Денис организовал носилки из санчасти, подрядил Зелёного. Деловито, неторопливо, по одному, они перетаскали ученых в количестве две штуки (кстати, они оказались неожиданно молоды), семерых военных, восемь вполне типичных гопарей. Хотя, может это просто слегка охреневшие от такой жизни окрестные жители. Зачем пришли сюда? Может быть, среди местных ходили байки про военный объект, а когда прижало, решили его гробануть? Или знали, что тут убежище, генераторы, система фильтрации воды. Есть и несколько рабочих электрических тенов, встроенных в обычную чугунину. При наличии условно-халявного электричества от ветряков можно и греться таким расточительным образом, что заодно снимает половину проблем выживания.

Пришёл Лившиц, скептически посмотрел на мою археологию, сказал, что ниже по холму есть несколько тренировочных окопов. Вместе их отыскали, а я принялся откапывать. Хотя лёд со снегом копать легче чем