Лив. Но ты прав: не стоит попадаться ей или Берту, в этот раз Оливия меня не отмажет.
– И как ты попадешь внутрь, так-то ты ни хера не умеешь. Типа взламывать двери и отключать сигналку. Ты умеешь только возюкать кисточкой по бумаге…
– Разберусь по ходу. Вполне вероятно, что они не запирают хозяйский дом на ночь. Если что – заберусь через окно.
– Ну тогда погнали. Посмотрим, какая херня из этого выйдет, – потер руки Тим.
Грегори снял больничную ночнушку, к которой уже привык за три недели и переоделся в одежду, привезенную Оливией: темно синее поло и джинсы с классическими туфлями. Тихонько запер дверь небольшой палаты. Все же ему сильно повезло, что не пришлось лежать в общем инфекционном отделении.
– Дело не в везении, просто твоя богатенькая подружка доплатила, чтобы твоя кислая жопа прела в отдельной комнате, – сказал Тим, наблюдая за тем, как Грег связывает из больничных простыней веревку.
– Кончай своим поганым ртом произносить имя моей невесты.
– Хе-хе, жених обосранный! Она все еще не произнесла заветного слова, не так ли?
– У тебя и такой нет, – хрипло огрызнулся Грег.
– Ты так в этом уверен? – Тим вскинул бровь. Грег осекся и не стал развивать тему дальше.
Постельных принадлежностей сильно не хватало, поэтому на кончик веревки он привязал ночнушку. Получившееся он привязал к ножке кровати и придвинул ее максимально близко к окну, чтобы внезапный грохот не разбудил соседей. Когда все уже было готово, он открыл окно и втянул ноздрями свежий ночной воздух. Пора.
Он выбросил веревку на улицу и, ухватившись, стал потихоньку спускаться. Он никогда не был обладателем крепких мужских рук, но после трех недель бездействия они и вовсе едва справлялись с нагрузкой. Главное, чтобы на первом этаже сейчас никто не смотрел в окно. Медленно, Грег, осторожно.
К пододеяльнику была привязана ночнушка – она-то и не выдержала веса Грегори, ткань затрещала, и тело с высоты двух метров шлепнулось на асфальт. Первым дело Грегори услышал заливистый хриплый смех Тима, который был готов порваться на куски. Он едва поднялся на слабые ноги и первым делом ощупал голову, ссадин вроде нет, одежда тоже цела.
– Ах-ха-ха-ха, ты тупее семилетнего ребенка. Охеренное начало для твоего шикарного плана!
– Заткнись, придурок, – просипел Грег.
Он заковылял через огромную пустую парковку к дороге. Путь предстоял неблизкий, и он был еще слишком слаб для всего этого дерьма. Но когда это его останавливало?
* * *
Фуллер уже которую ночь не мог уснуть. За три недели он обустроил свое «дно» небольшим телевизором с видеомагнитофоном, микроволновкой и даже раскладным диваном. Он понял, что ему здесь предстоит подзадержаться, когда информаторы из Суррей наконец-то сообщили первые известия. А именно, что того придурочного парня с Веллингтон авеню задержали. Но не за убийство, а за проникновение в дом, который они ломанули той ночью. И в тот же день его отпустили. Он мог рассказать о грабителях, об убийстве Куки, но, кажется, не рассказал. Или рассказал? И поэтому с него сняли обвинения. Картинка никак не складывалась в голове, поэтому Фуллер решил и вовсе не отсвечивать. Речи о ведении каких-либо дел быть не могло, финансовая подушка медленно, но верно таяла.
Красными глазами давно не спавшего человека Фуллер смотрел неумирающую классику «Рокки» на кассете, но его прервал поздний телефонный звонок. Фуллер глянул на наручные электронные часы – 1:17. В такое время явно не стоит ждать хороших новостей, но сейчас любая информация на вес золота. Он с опаской снял трубку.
– Джим, это Киран. У меня плохие новости. Я бы даже сказал очень плохие, – сообщил информатор из Уайтчепел.
– Говори, – вздохнул Фуллер.
– Твоего парня приняли.
– Которого?
– Гарри Гилберта.
– Твою мать, – голос Фуллера едва заметно дрогнул. – Когда? За что?
– Это самое интересное, Джим. Принимать его особо было не за что. Его отметелил один тип в парке, переломал ему все пальцы, кость в ноге…
– И за что его тогда приняли?! Гарри хоть идиот, но не пошел бы плакаться копам.
– Я даже не знаю, как тебе объяснить. Его поколотил непростой мужик. Вроде, бывший коп.
Фуллер закусил губу, руки предательски затряслись. Он выудил из мягкой пачки сигарету и подкурил. 12 лет назад он избавился от пагубной привычки, что и стало причиной быстрого набора веса, но последнюю неделю он выкуривал по две пачки в день.
– Джим, ты тут?
– Да. Что за тип? Что ему потребовалось?
– Слушай, я точно не знаю. Копы продержали в участке обоих несколько часов, а потом отпустили сначала этого мудилу, а потом Гарри.
– Ты знаешь имя этого мудака?
– Только фамилию – Милт. И первая буква имени – Р.
– Твою мать. Рэй Милт? Открывашка Рэй Милт? – трубка едва не выскользнула из вспотевших рук.
– Открывашка?
– Киран, я тебя действительно ценю и уважаю, но, мать твою, ты ничего не слышал об Открывашке? Этот сукин сын выловил и отправил за решетку полторы сотни мошенников, воров, грабителей и убийц. Этот хрен что-то среднее между Бэтманом и гребаным Пуаро.
– Погоди, я вроде слышал. Это он взял старика Маккласки?
– Маккласки и еще
