разочаровался в таком мире. Необычайно умный и весьма чуткий, он наблюдал: картина мира непрестанно меняется, колесо человеческой судьбы быстро поворачивается, а бездонная яма смерти поглощает всех. Так является ли смерть единственной реальностью, а жизнь – случайностью в этом мире, или верно обратное?
Христос открыл и доказал: верно обратное. Потому Растко желал обручить свою душу с Владыкою жизни. Вот почему он уклонялся от всякого иного обручения. Его юная душа жаждала самого лучшего, самого надежного и самого возвышенного.
Святогорские монахи только помогли взрастить семя, которое уже проросло в сердце Растко».
Юный принц, которого родители как раз собираясь выгодно женить, бежит на Афон, который уже тогда был центром православной духовности, и принимает там постриг с именем Савва. Для великого жупана это была, прямо скажем, неожиданность. Но он с ней смиряется. И более того, достигнув преклонных лет, следует по стопам младшего сына – тоже принимает постриг, приняв новое имя – Симеон, и приходит к Савве на Афон. И там отец с сыном основывают процветающий и по сей день сербский монастырь Хиландар. Там в прошлом великий жупан и скончался в мире.
А вот в жупанстве его мир вскоре был разрушен. Причем, он сам, по не вполне понятным причинам, заложил основу для распри – избрал наследником не старшего сына Вукана, а среднего – Стефана. Возможно, дело было в тонком политическом расчете. Стефан был женат на племяннице византийского императора. А после очередного переворота в Константинополе, когда к власти пришел Алексий III Ангел, он превратился и вовсе в зятя василевса. Благодаря чему получил высокий византийский титул севастократора.
Старший брат Вукан получил в качестве отступного приморские земли, но не смирился с тем, что его обошли. В 1199-м, когда умирает Неманя, Вукан начинает интриговать против брата. Он ищет поддержки у венгерского короля. Дабы упрочить свое положение, Стефан обращается к папе римскому с просьбой признать его королем Сербии. А вот супругу свою он отсылает в Константинополь, обвинив в измене. Византия уже не была выгодным союзником после того, как потерпела поражение от болгар. Но Вукан и его венгерский союзник никак не желают допустить коронации Стефана.
Чиркович пишет:
«Самое позднее в 1202 г. в Сербии вспыхнула война: Вукан Неманич стремился пересмотреть порядок наследования власти, установленный его отцом в совершенно иных условиях. Союзником Вукана была Венгрия, в то время как Стефан Неманич заручился поддержкой противников венгерского короля, как временных (боснийский бан Кулин), так и постоянных (болгарский правитель Калоян, правивший в 1197–1207 гг.). Около 1202 г. Вукан сверг своего брата Стефана с престола и завладел всем государством, став великим жупаном. Тогда же венгерский король внес название Сербия в венгерский королевский титул и сделался помимо прочего rex Servie. С тех пор часть титула reх Servie будет присутствовать у всех венгерских королей вплоть до 1918 г.
Благодаря поддержке болгар Стефан Неманич вернулся в Сербию и продолжил борьбу за власть. Эта война нанесла государству тяжелый экономический ущерб. Закончилась она в конце 1204 г. или в начале 1205 г. Условия заключения мира, судя по всему, диктовал Стефан Неманич: он стал великим жупаном и правителем всей страны, а Вукан с титулом „великий князь” остался в своем уделе. Но примирение и восстановленное единство между братьями опять-таки должен был закрепить Стефан Неманя, на этот раз как небесный защитник своей страны и своих сыновей. Братья попросили Савву (Растко) перенести мощи Симеона в Сербию, тем более что в Хиландаре они начали в это время мироточить (источать миро, благовонное масло), что считалось знаком Божьей милости и святости…
…C появлением культа Симеона Мироточивого стал в полной мере очевиден переломный характер эпохи правления Немани. Он явился родоначальником „святородной династии”, или „династии святого происхождения”, в которой и позднее появлялись новые святые. Ореол святости, окружавший всю династию в целом и отдельных ее представителей, способствовал тому, что на основе общехристианской традиции постепенно выстроилась особая сербская христианская традиция, а история сербов стала частью общехристианской сотериологии (истории спасения), хранимой и передаваемой церковью во все времена, даже тогда, когда уже не существовало ни Сербского государства, ни сербской династии».
Братья при посредничестве Саввы и под небесным покровительством собственного отца примиряются. А между тем, пока они вели борьбу за престол Немани, происходят фундаментальные изменения – участники Четвертого Крестового похода берут Константинополь. И учреждают в нем Латинскую империю. Византийская государственность сохраняется. Но столица пережившей катастрофу державы теперь в Никее, в Малой Азии. Соответственно, надо исходить из принципиально новой ситуации. И в ней братья умудряются выстроить баланс.
Стефан женится на внучке венецианского дожа, организатора захвата Константинополя Энрике Дандоло и снова обращается к папе, и тот снова присылает корону, которой он и венчается в 1217 году. И обретает прозвание «Первовенчанный». Он успешно присоединяет к своему государству новые земли и начинает именоваться «Королем всей Рашской земли, и Далмации, и Травунии, и Захумья».
Среди историков бытует мнение, что обращение к главе католического мира за легитимизацией своего статуса оттолкнуло от Стефана его брата Савву и часть знати. Так или иначе, действительно бывший принц Растко вернулся на Афон. Однако уже очень скоро братья как-то приходят к взаимопониманию. В 1219 году Савва посещает Никею и убеждает патриарха, пребывающего в этой временной византийской столице, даровать Сербии автокефали. Он поставляется в архиепископы. А все последующие предстоятели Сербской церкви получают право избираться непосредственно местными иерархами, без патриаршей санкции.
Эти два события – обретение статуса королевства и церковной независимости – значительно повышают авторитет сербской державы. Венгерский король Андраш, чья титулатура, как мы помним, утверждала его сюзеренитет над Сербией, решает утвердить свои права силой оружия, но прибывший к нему на переговоры архиепископ Савва находит аргументы для того, чтобы остановить его.
Так в Сербии реализуется принцип симфонии, соработничества светской и духовной властей. Конечно, способствовало этому то, что представляли эти власти два родных брата. И тем не менее, кровное родство никогда не бывает гарантией подлинного братства. И дальнейшая история Святой династии дает тому немало примеров. В каждом ее поколении мы видим кровавые распри между ближайшими родственниками.
Воюют сыновья Стефана Первовенчанного Радослав и Владислав. И в итоге их дядя Савва постригает первого в монахи, чтобы разрешить конфликт. Но и Владислав не удержался на троне. В 1242 году через сербские земли проносится орда Батыя на обратном пути из своего разрушительного европейского похода. Умирает могучий болгарский царь Иван Асень, на поддержку которого Владислав опирался. Этим пользуется недовольная знать и заставляет короля отречься в пользу третьего брата Уроша.
Против него в свою очередь выступил собственный сын Драгутин. Получив помощь от венгерского короля, он вторгся в Сербию. Хронист-современник так писал об этом:
«И так как между ними был великий бой в земле, именуемой Гацко, сын одолел
