Он встал, подошел к окну и некоторое время смотрел сквозь узкую щель в жалюзи наружу. Барак, в котором разыгралась драма, был отсюда не виден, но Пелхэм думал, что все же сможет заметить огонь и дым, и когда закрыл глаза, то отчетливо увидел серые застывшие лица, жадно вытянутые с нечеловеческой силой лапы…
Пелхэм застонал и попытался отогнать страшное видение, но это удалось лишь отчасти. Картина поблекла, но осталась невидимая и затаившаяся, готовая в любую минуту наброситься на него. Он был очень удивлен, что стерпел все так спокойно и безучастно, поскольку самого факта появления подобных монстров было достаточно, чтобы сойти с ума. Но, вероятно, шок был очень силен.
Тихий стук заставил его повернуться.
Несколько мгновений Пелхэм оцепенело глядел на запертую дверь, затем взглянул на будильник и наморщил лоб. До прибытия машины оставалось еще два часа, а он отдал приказ не беспокоить его. Если Темпе все же сделал это, то у него, должно быть, было какое-то важное сообщение. Вздохнув, Пелхэм пошел к двери, машинально разгладил измятую форму и повернул ручку.
Это был Темпе.
— Майор Пелхэм, — начал он, — простите, если помешал, но…
— Ладно, Темпе, что у вас?
— За воротами стоит человек, который желает поговорить с вами.
— Что за человек? — удивился Пелхэм.
— Он отказывается назвать свое имя, майор, — с сожалением ответил Темпе, — но настаивает на разговоре с комендантом базы и утверждает, будто у него имеется информация о том, что здесь сегодня произошло.
Пелхэм на мгновение задумался. Совершенно необычным было то, что кто-то так, ни с того, ни с сего, появился у ворот базы и захотел поговорить с комендантом, к тому же не желая назвать свое имя. Но происшедшее сегодня событие тоже было из ряда неординарных. Из факта, что незнакомец в курсе происшедшего, можно сделать вывод, что он прибыл из Лондона, из какой-нибудь вышестоящей организации, может быть, даже из контрразведки.
«Некоторые из этих досужих Джеймсов Бондов, — с усмешкой подумал Пелхэм, — любят окружать себя таинственностью!»
— Пришлите его ко мне, — сказал он, наконец.
Темпс, казалось, хотел что-то сказать, но передумал и молча вышел.
Пелхэм вернулся в комнату, раздвинул шторы и поднял жалюзи. Яркий солнечный свет ослепил его, и он снова почувствовал, насколько устал. Он подошел к умывальнику, висевшему на стене, бросил в лицо несколько пригоршней ледяной воды и взялся за полотенце. Взгляд опять упал на руку. Серые пятна не исчезли. В потоке бурных событий он совершенно забыл про них, а сейчас они стали как будто крупнее. Пелхэм взял кусок мыла, щетку и попытался их смыть.
Пятна были странными. Кожа, казалось, не только окрасилась, но и стала какой-то другой — холодной и жесткой.
Пелхэм сжал кончики пальцев и потер их друг о друга, затем подошел к окну и внимательно рассмотрел руки при ярком свете.
Первые фаланги всех десяти пальцев стали серыми, а через правое запястье тянулась тонкая, будто проведенная острым карандашом полоска.
Пелхэм немного помедлил, засучил рукав еще выше и увидел, что полоска проходит по предплечью, а на локте расширяется в серое, с рваными краями пятно.
Легкий страх охватил Пелхэма. Это не краска, это выглядело, скорее, как заражение крови, хотя он не чувствовал ни боли, ни чего другого. Пелхэм осторожно поднял рукав еще выше и повернул голову, чтобы рассмотреть руку.
Серый цвет распространился вверх от локтя и дальше по всему плечу. Без сомнения, с его телом что-то происходило, может быть, заражение. Ему следовало сходить к врачу сразу же после того, как он встретится с неожиданным посетителем.
Пелхэм с беспокойством опустил рукав, застегнул манжету и застелил кровать. Во дворе послышался шум машины.
Темно-серый «белфорд-трайлер» показался между бараками, следуя за «джипом» Темпса и двумя машинами с солдатами. Оценив это, Пелхэм усмехнулся. Джоргер хорошо подготовил своего адъютанта.
Человек, который несколькими мгновениями позже вошел в барак в сопровождении Темпса, отнюдь не соответствовал представлениям Пелхэма. Он был маленький, приземистый, лет пятидесяти на вид, с лысой головой, невыразительной фигурой с очевидной склонностью к ожирению, с маленькими водянистыми глазками и находящимися в безостановочном движении руками. Он явно не был тайным агентом.
Пелхэм изобразил на лице подобие улыбки и протянул посетителю руку. Тот не обратил на этот жест никакого внимания и смерил майора недоверчивым взглядом.
— Вы комендант лагеря?
Пелхэм проглотил злое замечание, вертевшееся у него на языке.
— Я майор Пелхэм, — сухо ответил он. — В настоящее время командую базой. Чем вам обязан? Мой адъютант сказал, будто бы вы имеете точную информацию об инциденте, происшедшем сегодня утром.
— Это верно, — нерешительно сказал человек, снова оценивающе оглядел Пелхэма и продолжал хриплым голосом: — Однако было бы лучше, если бы мы поговорили с глазу на глаз.
— Послушайте, мистер… — разозлился Пелхэм.
— Хирлет.
— Мистер Хирлет, — злобно продолжал Пелхэм, — вы ввалились ко мне бог знает откуда, не удосужились предъявить документы, ставите требования и…
Хирлет перебил его мягким кивком.
— Вы поймете меня, когда увидите, что находится в моей машине, майор.
Пелхэм задумался. Какой-то момент он просто не знал, что делать. Джоргер бы справился с этой ситуацией. Он бы, наверное, уже приказал выставить этого странного Хирлета за ворота. Но Пелхэм чувствовал себя совершенно не готовым к подобным действиям. Он попытался выглянуть мимо Хирлета за дверь.
Тяжелый грузовик стоял рядом с бараком. Через тонированное лобовое стекло виднелся силуэт водителя, а в кузове окон не был.
— Хорошо, — сказал, наконец, Пелхэм. — Идемте. Надеюсь, вы покажете действительно нечто важное. В настоящий момент, знаете ли, мы здесь не особенно склонны к юмору.
Он прошел мимо Хирлета и быстро двинулся к задней двери машины. Хирлет поспешил за ним, отыскал в связке ключ и вставил его в замок.
Он открыл дверь неожиданно сильным рывком, запрыгнул в кузов и сделал знак Пелхэму следовать за ним. Потом снова закрыл дверь. Пелхэм услышал в темноте его возню.
— Секундочку, майор, — пробормотал Хирлет, — сейчас я включу свет.
Под потолком вспыхнула яркая лампа. Пелхэм удивленно огляделся. Помещение было пустым, только на полу лежали два длинных, завернутых в белую материю предмета. Пелхэм изумленно посмотрел на Хирлета, опустился на колени и стянул простыню с одного тела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
