Пылающие языки устремились вперед, пожирая всё на своем пути. Траву, камни, ветки, ну и, конечно же, нежить. Я отчетливо услышал визг немертвых тварей — это был хороший знак. Передо мной всё пылало, жар облизывал кожу. Стена огня не давала тварям пройти дальше. Посмотрев на пылающую преграду еще пару мгновений — быстро побежал к воротам, которые всё никак не могут открыться.
— Какого хера они всё еще закрыты? — рявкнул я, долбанув ногой по воротам. Я услышал мелкий треск, но дерево выдержало, ну это и я не со всей силой ударил. Всё же, мне еще всю ночь потом защищать эти ворота.
— Вы привели смерть в наш дом!
— Она сама к вам пришла, мы просто рядом оказались. Ты сейчас не в том положении, чтобы выебываться. Открывай ворота, пока мы не свалили, только знай, — я выждал, смотря усатому мужику в глаза, — без нас — ваша деревня захлебнется в собственной крови еще до рассвета. И это будет исключительно твоя вина. Открывай. Сраные. Ворота, — чеканил я каждое слово. — Мертвые идут.
Если этому придурку деменция и в самом деле отбила здравый смысл, то мы бы сели на коней и ускакали вдаль, оставив мертвецов обгладывать кости деревенщин. Помогать я готов, но не идиотам, и уж точно не ставя под угрозу свою и тем более жизни своих спутников. Молчание длилось недолго, но в нем отчетливо слышался визг трупоеда, что никак не мог сдохнуть в глодающих его языках пламени. Этот крик резал уши, доходя до самой души, заставляя ту сжиматься в трясущееся ничтожество и забиваться к пяткам. Но оно и подгоняло мужика к действию.
Вскоре мы оказались по ту сторону стены, я даже почувствовал некое облегчение. Но столь же быстро как появилось, также оно и исчезло, ведь пришло осознание ближайшего будущего. Молнией забравшись на стену, начал всматриваться в темноту. Сотни пылающих точек смотрели на нас в ответ. И это только трупоеды и гончие, самые быстрые из армии нежити, а там ведь еще и туева хуча зомби или еще чего.
— Эй, ты, — бросил я мужику в броне с гербом птицы на щите, стражник походу, — быстро буди всех. Буди всю сраную деревню.
На этот раз никто тупить не стал и мужик метнулся кабанчиком вниз, всё же сдерживать неизвестное количество нежити жалкой горсткой стражников с луками-арбалетами — не самая здравая идея даже для моего отбитого на все извилины мозга. Коль уж выдалась свободная минутка, а поспать мне сегодня точно не дадут — время вопросов. Так что присев и опершись спиной о частокол, обратился к затаившемуся в голове некрофилу.
— «Мне вот интересно», — обратился я мысленно к Умбре, но «договорить» не успел.
— «Азиатов у меня в роду не было, я ведь не человек, Дим».
— «Так какого черта ты тянешь в рот всякое дерьмо? И во-первых ты шутку испортил, а во-вторых, какого хера?»
— «Так я ведь у тебя в голове. Ну, а я питаюсь маной, которой в телах нежити хоть жопой жуй».
— «Нахождение в моей голове не идет тебе на пользу».
— «Тоже об этом думал, у нас с тобой теперь одинаковый лексикон, тупые фразочки и хреновое чувство юмора, но, за неимением альтернативы — вынужден довольствоваться чем есть».
— «Понаехали тут и быкуют. Черт бы с тобой, ты вот что мне скажи, почему именно нежить — мана ведь во всем есть».
— «Я бы и не против жрать всё что под руку попадется, но в диких зверях маны слишком мало, а людей ты есть не будешь. Да и в нежити маны минимум раза в полтора больше, чем в среднестатистическом алкаше с дубиной, которых на просторах Альтора как блох на бродячей псине».
— «Как загнул», — хмыкнул я.
— «А то, сам охренел, если честно».
— «А обязательно жрать?»
— «Ну…» — Умбра как-то замялся и притих. — «Нет, но и толку тогда тоже не очень много. Могу рассказать детальней».
Я бросил взгляд за спину, туда, откуда мы прибежали, вдали, в отблесках кровавой руны показывались темные силуэты. Но сверхдальних заклинаний у меня нет, так что я пока что бесполезен.
— «Время есть».
— «Мана, как ты и сказал, находится во всем, но в разных количествах. Так что просто поглотить ману даже на расстоянии, запустив в цель свое тело — я могу, но так я сожру только содержимое манатоков и не более. Я оставлю львиную долю маны в теле: плоть, кости и органы. Особенно в сердце и мозге, в них маны больше всего. Но это лишь полбеды. Если уж вдаваться в подробности, то я всё время нахожусь вокруг тебя, окутывая собой, просто я нахожусь на другом плане».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— «Звучит… не очень».
— «Никакой гомосятины, обычный факт. Я нахожусь слишком низко для того, чтобы меня видели обычные люди. Но при этом я пока что слишком высоко, чтобы быть видимым моим собратьям плана теней, но будь осторожен, я понемногу проваливаюсь вниз».
— «То есть, ты заявляешь, что в скором времени мне нужно будет ждать удара не только из кустов, но и из сраного астрала?»
— «Ну… да. Не бойся, я помогу».
— «А куда же ты денешься».
— «Тоже правда. Так вот к чему я веду, для того, чтобы сожрать чью-либо ману, мне нужно проявить себя в реальном мире, а это стоит не так уж и мало. И чем больше я себя проявляю, тем больше тратится маны. В общем, сама цена такого финта ушами будет стоить дороже, чем возможная награда».
— «Но это можно использовать как еще одну атаку, тем более против нежити, которая в основном — просто мана двигающая мертвое тело».
— «Вообще-то некромантия будет посложнее, чем твоё описание, но тебе срать, знаю, а я готов поработать козырем этой ночью».
— «Вот и отлично, а болтать ты, конечно, любишь», — бросил я, вставая.
— «Как оказывается, даже очень, а так как разобрался с речью — буду пользоваться этим чаще, хе-хе».
Люди выбегали из своих домов с факелами, вилами и топорами наперевес. К моему удивлению — в их лицах не было страха или неуверенности, словно они уже не первый раз идут на помощь стражникам. Хотя, оно и понятно, в мире, где буквально под каждым кустом сидит плотоядная ебала, которая так и ждет часа, чтобы прыгнут тебе в лицо — быть готовым к любому звиздецу это просто основа выживания. Тот самый случай, когда крестьянин с копьем и в самом деле может надрать задницу рыцарю. К слову тут были и женщины, они тоже, вооружившись, топали в сторону стен.
Я развернулся и окинул взглядом бредущую к нам толпу. Зомби, трупоеды, гончие, даже парочка каких-то уебанов в черных лохмотьях заметил. Если зомби кряхтели, спотыкались и хромали, но шли как обычные люди, то вот у этих тварей каждая конечность дергалась в разные стороны. Словно из них ежесекундно пытается что-то вырваться или у них припадок какой-то, только вот глядя на этих тварей холодный пот скапливается вдоль позвоночника, а внутри всё сжимается. Какое-то иррациональное чувство подводит ком к горлу, заставляя ноги тряс…
Обнаружено постороннее вмешательство! Задействована способность «Иммунитет к страху»
Наваждение спало, а этим черномазым пидорам я просуну «Синфайн» через жопу в почку. Я бы даже забеспокоился, что меня жмыхнуло аж с такого расстояния, с моей-то волей, но как оказалось, таких же идиотов как я нашлось еще несколько штук. И если я просто оцепенел, то вот несколько из попавших под удар забегали в паническом визге, их быстро успокоили, но не всех. Некоторых не успели и они наебнулись вниз со стены, свернув себе шею к херам собачим. А нехер смотреть всякой хтонической твари в глаза.
— Срань какая-то.
Умертвие. Уровень 70-100. Нежить среднего порядка. Злой неупокоенный дух, что жаждет крови. Эта нежить обладает аурой устрашения и может использовать низшую и среднюю магию тьмы. Обладает телом, но при его гибели не умирает, а просто превращается в призрака. Как и вся нежить, уязвим к солнечному свету, магии света, огню и оружию с влиянием светлого бога. Советов не будет — сам разберешься. Уровень угрозы: грязь под ногами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Черная магия, колдун ебучий. Но прочь пасхалки, у нас тут черномазый с двумя жизнями, значит и впахивать будет дольше.
— «Расист», — тихо буркнул Умбра.
— «Иди нахуй», — ответил я. — «У меня просто юмор такой, а ситуация нервная».
