дал свое согласие лейтенант Несмелов. – Считайте, что мы с Саней это дело завизировали. Все, молчу, товарищ майор, вы поймите, это не я говорю, это мой язык…
Пешком до Кёнерплац, если сократить дворами, было восемь минут ходьбы. Автомат он оставил в магистрате, чтобы не смущать мирное население, пересек сквер и у взорванного здания СД повернул направо. Город был пуст. За углом Гордин наткнулся на патруль. Молодой солдат, отдав честь, начал что-то говорить про документы, но другой потянул его за рукав и постучал костяшками пальцев по голове. Все в порядке, товарищ майор, можете продолжать движение и будьте осторожны. А ваши документы мы уже видели, да и самого не раз встречали…
В глуши подворотен Гордину стало не по себе. Он что-то почувствовал. Здания в этой части города стояли плотно, смыкаясь арочными проходными дворами. Прохожих почти не было. Когда он миновал пару кварталов, исчезли даже редкие фигуры.
Электричество дали, но граждане экономили, тянули до полной темноты. Проходы между домами были узкими, подворотни следовали одна за другой. Простая задача становилась сложной. Он поймал себя на мысли, что начинает плутать. Возможно, следовало вернуться и начать все заново?
Андрей вышел из подворотни в сравнительно просторный, но безлюдный двор, мощенный брусчаткой. Сюда выходили подъезды небольших трехэтажных зданий. Большинство окон были задернуты шторами. С мрачных стен опадала штукатурка. Слева от арочного проема стоял заброшенный автомобиль. У него отсутствовали колеса и крылья, зато гордо поблескивала трехлучевая звезда на капоте.
Возникла тревога – что-то тут не так. Чувство было странным, незнакомым, но охватило мгновенно, обожгло мозг: будь начеку, майор, если хочешь еще пожить!
Но он ошибся, посчитав, что злоумышленник следует по пятам и еще есть время укрыться. Он бросился за сломанную машину, ожидая выстрела в спину. Не дождался, зато холодная брусчатка чуть не разбила колено. Андрей подобрал упавшую фуражку, прижался к машине. Из подворотни никто не выходил. Он перевел дыхание. Почудилось? Но не могло почудиться – угроза была явной, он ее не только кожей чувствовал…
Слева что-то мелькнуло – там был еще один переулок. Он тоже выходил во двор. Кто-то шел параллельным курсом, собираясь его обогнать. Жар ударил в голову – вот оно! Прогремел выстрел – надо же, с козырей пошел! Мишень не сидела на месте, постоянно двигалась, это и спасло.
Андрей бросился в узкую щель между бампером и зданием. Пуля свистнула над головой, за ней еще парочка, теперь точнее, но его в щели уже не было, контрразведчик поспешил под защиту неподвижной груды металла. Сердце бешено стучало. Нет, он еще не готов умереть! Это были явно не городские хулиганы.
Андрей откинул голову на ржавый борт, вытащил из кобуры «ТТ». Незнакомец находился где-то рядом и явно досадовал, что с такого расстояния не смог попасть сразу. Прозвучал щелчок, оттянули затвор – злоумышленник сменил обойму. Шаркнула подошва…
Андрей прыгнул, стал стрелять над крышей автомобиля, постепенно расширяя сектор обстрела. И запоздало сообразил, что палит в пустоту – там уже не было никого. Спрятался в переулке? Иссякла обойма, это плохо. Можно поменять, но где взять столько времени? Что-то шевельнулось позади машины. Провел!
Пока майор тянул резину, незнакомец на цыпочках подбежал к машине, спрятался за ней. И ему почти удалось. Убийца беззвучно вынырнул из-за машины и вскинул руку с пистолетом. Еще мгновение, и он бы выстрелил в упор!
Нет, этот день был совершенно недопустим для смерти! Андрей швырнул в него свой бесполезный пистолет, попал в руку, и пуля сплющилась о стену здания. Мелькнуло лицо – злое, щетинистое, незнакомое. Еще один любитель ходить небритым?
Майор налетел на него, как коршун, благо их разделяли всего два метра. Одно неверное движение, затем парочка верных… Куда укатился его пистолет? Уже неважно. Противник не успел произвести повторный выстрел, получил в зубы, потом тяжелый и меткий – в живот, болезненно захрипел. Этот тип был майору незнаком. Почему Гордин его не знает, а тот его знает? Андрей перехватил запястье правой руки, в которой находился «Вальтер», отвел опасность в сторону. Противник тужился, дважды нажимал на спуск. Выстрелы гремели в опасной близости, пули рикошетили от стены. Никто не уступал. Незнакомец выплюнул ругательство, ударил головой в переносицу. Брызнули искры из глаз, Андрей от неожиданности отпустил руку, но вовремя задействовал правый кулак. Враг получил в челюсть, качнулся – и снова не смог выстрелить. Андрей ударил сверху вниз сжатыми кулаками – по запястью, отчетливо хрустнула кость. Противник взвыл, но не утратил подвижности. Оба бросились за упавшим пистолетом. Снова искры из глаз – враг умело орудовал одной рукой. Андрей поскользнулся, упал на спину, видел, как этот гад тянется к пистолету. Туловище изогнулось – майор дотянулся, пяткой отбросил «Вальтер» на середину двора!
Субъект устремился за ним, но бежал грузно, хрипел. Андрей перекатился, подхватил свой «ТТ», благо тот валялся рядом, вытряхнул из кармана запасную обойму…
Кто успеет первым? Внезапно подворотня наполнилась топотом: бежали несколько человек, матерились по-русски. Патруль услышал выстрелы и среагировал! Убийца все понял, подобрал пистолет, но не стал возвращаться, бросился бежать на другую сторону двора. Три события произошли одновременно: убийца скрылся в дальнем переулке, Андрей дослал патрон в патронник, а из подворотни с криками выбежали трое в красноармейской форме.
– Не стрелять! – проорал Андрей. – Майор Гордин, СМЕРШ!
Предупредил, конечно, вовремя, могли и пальнуть. Патрульные замерли в растерянности.
– Он туда побежал! – Андрей выбросил руку. – Догоните, мужики, у него рука сломана! Живым бы взять! Да точно я из контрразведки, вы что, не видели меня?
Кто-то из троицы опознал знакомое лицо, закричал:
– Вперед, хлопцы!
Красноармейцы бросились к переулку. Ноги подкосились, Андрей опустился на брусчатку, привалился плечом к машине. Голова горела, ныли свежие ссадины. Сходил, называется, к девушке…
В переулке загремели выстрелы. Нападавшего догнали, далеко не ушел. Убийца пытался отстреливаться, но неудачно. Слабые хлопки «Вальтера» потонули в громе ППШ. Андрей сокрушенно вздохнул, он прекрасно понимал этих людей: зачем кого-то брать живым, если можно просто убить? А то еще зацепит кого-нибудь…
Пауза была недолгой – хватило, чтобы дотянуться до пачки папирос и щелкнуть зажигалкой. Майор наслаждался коротким покоем. Хорошо обнаружить в какой-то момент, что ты еще жив…
– Товарищ майор, не подойдете? – робко осведомился из переулка боец. Пришлось подниматься, идти. Как-то неважно работал вестибулярный аппарат. Патрульные не пострадали, три силуэта проступали в темнеющем воздухе. Такое ощущение, что все происходило в мертвом городе – на улице пусто, даже к окнам люди старались не подходить.
– Виноваты, товарищ майор, убитый
