– Это же противоядие! Какой ты молодец!
– Да ерунда... Пошли скорее, показывай, где та чертова кухня?
Ребята быстро отыскали нужную дверь и, спустившись по винтовой лестнице, остановились у входа в зал.
– Вот он, – указала девочка на бурлящий чан. – Странно, охранников здесь почему-то нет.
Женя посмотрел на гигантский котел, а потом на крохотную пробирку с противоядием в своей ладони:
– Так… ладно… – зашептал мальчик, как бы успокаивая себя и Олю, – если верить словам Шерлока Холмса, концентрата должно хватить...
Ребята осторожно, короткими перебежками от укрытия к укрытию, направились к котлу. Они были уже у цели, когда откуда ни возьмись появились два охранника. Снова завыла сирена. Женя и Оля юркнули за угол. Кройдеры, подняв оружие, двинулись к месту, где спрятались ребята. На звук сирены подоспели еще несколько роботов.
Женя выхватил саблю, собираясь броситься в атаку, но девочка удержала его:
– Жень, ты с ума сошел? Они ж тебя убьют! Куда ты со своей саблей против лазеров?
– Может быть, у тебя есть другие предложения? – процедил сквозь зубы мальчик, не отрывая глаз от уставившихся на них кройдеров, и изо всех сил вцепился в рукоять своего оружия.
– А вот и есть, – прошептала в ответ Оля и достала странный пистолет, подаренный ей бывшим пиратским юнгой. – Кажется, пришло время опробовать подарок Виктора в деле…
Оля взвела курок и попыталась прицелиться. Руки ее дрожали, пистолет казался девочке ужасно тяжелым и совершенно неуправляемым. Вдобавок во время выстрела, забыв, что надо бы целиться, она крепко зажмурила глаза. А открыла их только тогда, когда раздался выстрел и в ушах у нее зазвенел радостный крик Жени:
– Олька! Ты попала в него! Вот прикол!
Она посмотрела на свою мишень и увидела, что вместо стального кройдера неподалеку стоит огромный снеговик со смешной морковкой в качестве носа и двумя веточками, изображающими руки, который уже начал таять и на глазах растекаться прозрачной лужей по полу. Остальные роботы, казалось, забыли о детях и с интересом разглядывали своего бывшего напарника, вернее, то, что от него осталось. Один кройдер даже сунул палец в рыхловатую снежную массу, но тут же отдернул руку, потому что по всему его электронно-механическому телу моментально пробежала волна тока.
Воспользовавшись растерянностью охранников, Оля принялась, совсем не целясь, палить по ним из пистолета. Но, как и обещал ей Виктор, выстрелы все равно попадали в цель. И эффект от каждого был в самом деле непредсказуемым: один кройдер взвился под потолок легким красным воздушным шариком, другой разлетелся по стене кремовыми брызгами пышного торта с розочками, третий просто застыл на месте, как восковая фигура, не подавая признаков жизни, четвертый развалился на сотни маленьких металлических пластинок.
Пока Оля стреляла, превращая армию кройдеров в бесполезную кучу всякого хлама, Женька кинулся к чану с плесенью. Одним движением сорвав с пробирки крышку, он вылил красноватую жидкость в бурлящую темно-зеленую массу.
Результат вышел ошеломительным: плесень в чане зашипела, пошла отвратительными зловонными пузырями, скукожилась и практически втрое уменьшилась в размерах, а еще через мгновение и вовсе ссохлась, почернела и прилипла к стенкам котла.
Женя гордым торжествующим жестом подбросил пустую стеклянную емкость в воздух и поймал ее на лету. Но тут же выронил, потому что его неожиданно заставил обернуться звук аплодисментов и чей-то противно-скрипящий голос.
Прямо перед ним стоял невысокий человек с непропорционально крупной головой, абсолютно лысой. Черты лица незнакомца были очень мелкими, но хищными: злобные бегающие глазки, нос крючком, как у стервятника, и тоненькая, вытянувшаяся в ниточку линия губ.
Он появился из двери, ведущей на ту винтовую лестницу, по которой спустились и ребята. Правда, в запале борьбы с роботами Оля с Женей про нее благополучно забыли. Нетрудно было догадаться, что к ним пожаловал сам доктор Кройд, непризнанный злой гений литературного мира, из-за которого и заварилась вся история с «разумной плесенью».
Сейчас хозяин подземной лаборатории стоял в паре шагов от Жени и демонстративно рукоплескал ему, растянув губы в ехидной улыбке:
– Браво! Браво, мой мальчик! Очень остроумно, только, к сожалению, уже бесполезно. К твоему сожалению!
В этот момент Женя перевел взгляд на его аплодирующие руки и замер. То, что торчало из плеч незнакомца, руками можно было назвать с большой натяжкой. Привычная человеческая конечность продолжалась только от плеча до локтя, а дальше она представляла собой переплетение проводков, пружин и механизмов, заканчивающихся силиконовой пятерней.
– Женя! – услышал вдруг мальчик тоненький голосок.
Оля, в пистолете которой закончились все патроны, стояла в другом конце зала, схваченная кройдерами, и смотрела на Женьку растерянным взглядом. А его самого точно парализовало – он переводил глаза то на Кройда, то на девочку в окружении охранников и не понимал, что нужно делать или говорить.
Несколько роботов все еще ходили вокруг груды оставшегося от напарников хлама, непонимающе раскидывали руки и покачивали головами, пока Кройд в конце концов не рявкнул на них:
– Эй вы, идиоты! На что вы там пялитесь, как бараны? Все ко мне! Быстро!
Кройд два раза хлопнул в ладоши, отчего проводки на его руках нервно задрожали. Бросив взгляд на останки роботов, он перевел глаза на Олю.
– Ах ты, гадкая девчонка! Ты что тут натворила? Кто теперь будет убирать здесь? Эх, надо было мне тебя тогда не в драконьей пещере спрятать, а закатать в кубик льда и бросить в коктейль какому-нибудь великану-людоеду…
– Так это ты похитил Олю? – злобно процедил Женя.
– Конечно, я решил вот поразвлечься...
Кройд не договорил и снова обратился к помощникам:
– Где ее оружие?
Один из роботов протянул хозяину Олин пистолет.
– Хм, занятная вещица. Откуда она у тебя?
– Не твое дело! – огрызнулась девочка.
– Ишь, вредина, – поморщился Кройд. – Можешь не говорить, я и сам знаю!
– Да откуда тебе знать-то? – вмешался Женя.
– Я все знаю, мальчик. Я уже давно наблюдаю за тобой и за всем твоим ненаглядным семейством, – как-то таинственно произнес Кройд. Но вдруг прервал свои объяснения и скомандовал кройдерам: – Возьмите этих двоих и отведите в мои апартаменты!
Кройдеры, исполняя приказ хозяина, тут же кинулись к Жене. Мальчик бросился было в сторону, чтобы где-нибудь спрятаться, но охранники оказались намного проворней и сильней – догнали его, отобрали саблю, заковали руки тяжелыми наручниками. Затем роботы повели его и Олю вслед за Кройдом куда-то наверх бесконечными лестницами и коридорами.
Наконец хозяин подземелья широким жестом распахнул большие двустворчатые двери и вошел внутрь. Охранники завели ребят.
Комната была обставлена шикарно – везде дорогие ковры, гобелены, роскошная мебель и самая современная техника. Стены увешаны портретами самого доктора Кройда, выполненными в различной технике и стилях, начиная от классицизма и ампира и заканчивая абстракционизмом и авангардизмом, а по углам комнаты на крепких постаментах красовались статуи и бюсты злого гения. Особенно оригинальным и бросающимся в глаза был позолоченный скульптурный портрет доктора Кройда в натуральную величину, выполненный под всем известного голливудского «Оскара». На уровне живота в статую был вмонтирован хрустальный шкафчик с какой-то книгой внутри. Ни автора, ни названия видно не было, только красивая обложка из золотой парчи.
Увидев все это, Оля была не в силах сдержать отвращения и скорчила брезгливую гримасу, а Женя ехидно прыснул и отвернулся.
В центре помещения стоял большой стол с пододвинутым вплотную к нему стулом с очень высокой спинкой, а прямо напротив на стене висел огромный монитор – точно такой же, как в лыковской библиотеке у Сан Саныча.
Кройд медленно подошел к столу и резко развернул стул к Оле и Жене.
– Дед!
– Сан Саныч! – закричали наперебой ребята.
На стуле сидел связанный Хранитель с туго примотанными скотчем к подлокотникам руками и с кляпом во рту.
Хозяин лаборатории снисходительно взглянул на него и вытащил кляп.
– Отпусти детей, Кройд, а потом мы с тобой поговорим, – спокойным голосом попросил Сан Саныч.
– Как бы не так! – зло усмехнулся ученый и сделал знак охранникам.
Те мгновенно привязали Олю и Женю к другим стульям, а Кройд торжествующе и истерично засмеялся. Затем он подкатил стулья с пленниками поближе друг к другу и, методично прохаживаясь со сложенными на груди руками туда-сюда мимо них по комнате, начал свой рассказ:
– Итак, вам, конечно, уже известно, что именно я запустил в литературный мир «разумную плесень»…
– Зачем? Ты же сам житель этого мира! Не боишься, что твое оружие сработает против тебя? Рано или поздно плесень сожрет и твою книгу тоже – она ведь разбираться не будет, – усмехнулся Хранитель.
