ныне покойный: «Лучше славной битвы может быть только славное побоище», – и Диран стал деловито закатывать рукава плаща.
– Малыш! Лети сюда, – прокричал Малий человечку и замахал руками.
Трэпл их заметил и стал набирать скорость. Стражники, поняв, что пленник уходит, открыли беспорядочный огонь из пулеметов, луков и арбалетов, одновременно разгоняя свои плывущие по воздуху острова. Одна из стрел впилась в ногу крэпла. Он пискнул, дернулся от боли, но лететь не перестал.
– Вот, подлюки, сейчас они его убьют! – Гунтас полез в сумку и стал рыться, разыскивая нужный пузырек.
Несмотря на рану, маленький человечек уже проделал большую часть пути и был всего в двадцати метрах от балкона. Однако погоня не отставала. Стражники разворачивали большую сеть из блестящих нитей, готовясь накинуть ее на беглеца.
– Не успеет, надо помочь мальцу, – тихо сказал старик.
Сервоет, следивший за смелым крэплом, повернул голову и увидел, как Диран уже сотворил гигантский огненный шар. Жилы на его руках вздулись, ноги тряслись, со лба капал пот. Было видно невооруженным взглядом, сколь тяжело давалось старому магу заклинание.
Когда шар достиг совершенно неприличных размеров, огняк запустил его в самую гущу преследователей.
Надсмотрщики на восьми островах были уже в пятидесяти метрах от крэпла, когда на них обрушился «гнев Дирана». Раздался оглушительный взрыв, над городом вспыхнула яркая вспышка. Острова разлетелись на части. Сидевших на них существ также разнесло в клочья. Головы, руки, ноги, хвосты хаотично разметало в разные стороны.
Взрывной волной накрыло и крэпла. Хорошо, что Малий в последний момент успел схватить его за ручку и втянуть на балкон, отчего сам юноша опрокинулся на спину. Крэпл приземлился на мягкий живот Малия.
– Теперь самое время сматываться, – прокричал Диран, схватил на руки малыша и заскочил в дверь.
Повторять два раза никому не потребовалось. Гунтас, Сервоет и Малий помчались вслед за стариком.
Расстояние, которое еще недавно было пройдено тихим шагом за десять минут, теперь пробежали за две. И хотя звуков погони сзади не было слышно, задерживаться в замке никому не хотелось.
Диран и компания уже почти добежали до секретной двери, когда путь им преградили проснувшиеся охранники. Они стояли, перекрыв коридор, направляя на бегущих острые копья.
Диран остановился, тяжело дыша. – У меня уже почти не осталось энергии на мощное заклинание, а слабое лишь подпалит им усы.
– Скверно, очень скверно, – неуверенно произнес Гунтас.
В этот миг сзади на спины стражников обрушил всю свою мощь боевой ягуар Валар.
Одному из них он сразу откусил голову, а другому всадил когти глубоко в тело, отчего бедняга взвыл на весь замок. Когда когти пронзили сердце, мужчина умолк и поник головой, тараща широко открытые остекленевшие глаза.
– Молодец, киса, хороший удар! – потрепал ягуара по загривку огняк. – А теперь все на выход бегом-бегом, – поторапливал он, выпроваживая беглецов за дверь.
Диран вышел последним, снова замуровал за собой вход, после чего устало сел на траву. Крэпла он бережно положил рядом и, аккуратно вынув стрелу, осматривал рану. Она оказалась не очень серьезной, однако человечек от переутомления потерял сознание.
– Ты чего расселся? Бежим – нас могут схватить стражи из замка, – недоумевал Сервоет.
– Никто нас уже не схватит, – успокоил его Гунтас. – Это они там, под землей, смелые и воинственные, пока никто не видит их чудачеств. А здесь официальное измерение, которое находится под контролем Совета времён и измерений. В Пятиречье нельзя просто так хватать и убивать существ или держать их в рабстве.
– Значит так, – обратился пелин к присутствующим. – Ты, старик, бери раненого и Валара и веди их к себе домой. Там отдохнете и наберетесь сил. А я с Сервоетом и Малием отправляюсь к пацараям. Надо им все рассказать: пусть решают, что делать дальше.
– Как скажешь, Гунтас, тебе виднее. Пошли, киса! – Диран бережно взял на руки крэпла и зашагал в сторону леса.
– Пока, Валар! – погладил ягуара за ухом Сервоет. – Не скучайте тут без нас, а мы постараемся побыстрее вернуться. А ты и впрямь – боевой ягуар, так круто этих «сделал». Я как будто боевик посмотрел!
– Пустяки, м-р-р-р, я и сам не понял, как все произошло, – поскромничал Валар.
– Ну всё, прощайтесь быстрее. Нам пора, – Гунтас уже приготовил Эрат. – Сервоет, возьми за руку Малия, поехали…
***
Сервоет и Гунтас оказались перед уже знакомым столом с извергающимся вулканом. Малий, похоже, был здесь тоже не в первый раз. Он вел себя уверенно и не таращился по сторонам.
– Мы ожидали вас, добро пожаловать, – приветствовал их Джинта. – Надеюсь, порадуете добрыми вестями? И кто этот бледный юноша со столь знакомым лицом? Для чего вы привели его с собой?
– Не беспокойтесь, достопочтенный Джинта, это мой ученик – Малий, – выскочив из-за стола, прокричал один из пацараев. Он всегда сидел на противоположной стороне, дальше всех от Сервоета, и мальчику толком не удавалось его разглядеть.
Теперь он увидел, что к ним подбегает мужчина среднего роста с рыжими волосами и бородой, одетый в красивый костюм с сиреневым отливом и стильные кожаные ботинки. Он сразу направился к юноше, стал его внимательно осматривать и ощупывать, охая и причитая, как заботливая мать над непослушным чадом.
– Малий, мой мальчик! Что с тобой случилось? Почему ты не связался с нами сразу по приезду в Пятиречье? Почему ты такой худой и бледный? Я ничего не понимаю, объясни!
Малий вкратце рассказал историю своего заточения, освобождения и побега из замка. Также не забыл вкратце упомянуть о проделанной исследовательской работе и своем крайне глупом поступке с подписанием документа. Особо он заострил внимание на истории своего спасения. Рассказывая ее, Малий пришел в крайнее возбуждение, эмоционально жестикулировал, постоянно гладил по голове Сервоета и с благодарностью жал руку Гунтасу.
– И теперь, когда вы знаете всё, – закончил он, – имеете полное право лишить меня высокого статуса специалиста по «рекам силы», закрыть неограниченный доступ к энергии и сослать меня в самое далекое и неразвитое измерение из известных.
– Не горячитесь, юноша, – прервал его Джинта. – В конце концов, глупости совершают все. Вот, например, Ваш учитель Райнан в молодые годы всё время путал правую и левую стороны. От этого он мог неделями блуждать по измерениям и недоумевать, почему ему никак не добраться до намеченной цели.
А хохмач Карфиус славился тем, что ради забавы любил скрещивать магическими заклинаниями между собой разных существ. А потом приносил их на уроки естествознания в Академию магов, чем приводил преподавателей в замешательство.
Вы ведь знаете, что магия пацараев не оставляет никаких следов, поэтому бедные учителя неделями бились, пытаясь изучить новый
