— Я не уверена, что это поможет, детка. Вдруг ему не захочется, чтобы мы с ним остались.
— Неправда! Я знаю, он нас любит, — быстро возразил Торнтон.
— Да, милый… особенно тебя. Однако это еще не значит, что он захочет заботиться о нас.
— Ну и пусть. Нам с тобой и так хорошо, правда?
— Да, милый. — Эмили крепко обняла Торнтона и поцеловала его в лоб, после чего они снова продолжили своп путь.
— Мне бы так хотелось, чтобы Клауд был у нас лапой!
— Верно, Торнтон, — тихо проговорила Эмили. — Это было бы прекрасно. Только давай не будем слишком надеяться.
Примерно на полпути Эмили пришлось взять малыша на руки, потому что он засыпал прямо на ходу. Привязав его к спине одеялом, она взяла в руки сумки и двинулась дальше. Интересно, уехала бы она из Бостона с такой же радостью, если бы заранее знала, что ее ждет? Эмили понимала, что когда доберется до ранчо Вулфа, будет уже очень поздно, и вознесла Господу молитву, чтобы хоть кто-нибудь еще не спал и уложил их с Торнтоном в постель.
Глава 14
Всем было ясно, что настала пора прекратить наконец беспробудное пьянство Клауда. Ни Джеймс, ни Вулф больше не хотели выслушивать несвязные бредни и на руках относить его каждый вечер в постель.
— Я всегда считал, что он непоколебим, как скала, — недоуменно покачал головой Джеймс, когда они с Вулфом направлялись к веранде, где, потягивая виски и бессмысленно глядя вдоль, сидел Клауд.
— Даже скала может разрушиться, например от землетрясения, — пробормотал Вулф, выходя на веранду.
Он вовсе не удивился, когда Клауд, которого впервые в жизни бросила женщина, решил потопить свое горе в вине. А вот то, что брат пил уже в течение двух недель, ему совсем не нравилось, Вулф обеспокоенно нахмурился, потому что на этот раз чувствовал себя беспомощным, словно младенец. Он понятия не имел, как помочь Клауду.
— Я думаю, нам пора серьезно поговорить, — решительно начал он.
— О чем?
— Ты и сам знаешь, — подхватил Джеймс. — Пьянство еще никого не доводило до добра.
— Согласен. У вас есть другие предложения?
— Может быть, тебе пойти и поговорить с Эмили?
— Уже говорил, точнее, пытался.
— Впервые об этом слышу, — пробормотал Вулф.
— У меня в тот день было дурное предчувствие. — Клауд потянулся к бутылке, однако в последний момент передумал и снова поставил ее на стол.
— Что, черт побери, произошло? — Чувствуя, что Клауд, похоже, надолго замолчал, Вулф начал злиться.
— Дороти пошла за Эмили, а потом вернулась одна, и сказала, что эта красотка не желает меня видеть и хочет забыть все, что между нами было.
После этих слов Клауда снова наступило долгое молчание. Мужчинам нужно было время, чтобы переварить только что услышанное.
— Я этому не верю! — наконец воскликнул Джеймс.
Клауд весь напрягся.
— Черт побери, ты меня не так понял! Я верю тебе, а вот в том, что Эмили способна так поступить, сильно сомневаюсь. Я путешествовал вместе с вами и видел, какими глазами вы смотрите друг на друга.
Клауд поморщился. Он совершенно позабыл об одной веши, и теперь пришла пора о ней вспомнить.
— Я должен тебе кое-что сказать, Джеймс. Эмили легла ко мне в постель вовсе не по собственному желанию. Когда я с ней познакомился, я поставил ей ультиматум: она может продолжить путешествие одна, а может воспользоваться моей помощью, но за определенную услугу. Думаю, ты догадываешься, о чем шла речь.
— Когда ты очень постараешься, ты можешь быть отпетым негодяем, — сокрушенно проговорил Вулф.
— Иногда мне и стараться особенно не надо.
— Так вот о какой сделке вы с ней говорили! — воскликнул Джеймс.
— Ну да. Просто на время я о ней позабыл. — Клауд потер рукой лоб. — Стоило мне только взглянуть на Эмили, и я ее захотел. Я знал, что она не поддастся на мои уговоры, да у меня и времени на них не было. Однако что это я в самом деле разоткровенничался…
— Можешь не говорить, — кивнул Джеймс. — Я все время это подозревал.
— В конце концов, для меня проклятая сделка особого значения не имела, — мрачно проговорил Клауд. — Но Эмили не забыла о ней. Ее чувство собственного достоинства было оскорблено. Она все это время ощущала себя проституткой, оставаясь на самом деле чистой, невинной девушкой.
— Но неужели Эмили в самом деле поверила, что ты способен бросить ее и мальчугана? — Вулф с сомнением посмотрел на брата.
— Хотелось бы думать, что это не так. Во всяком случае, о том, что я блефую, она до сих пор не догадалась. Впрочем, сейчас это не имеет никакого значения. — Покачав головой, Клауд вздохнул: — И все-таки именно я виноват в том, что Эмили заплатила за мою помощь слишком большую цепу.
Никто из присутствующих не стал с этим спорить. Некоторое время все трое пребывали в глубоком раздумье. Каждый понимал, что после всего случившегося, найти решение будет ох как нелегко, а то и просто невозможно.
— Нет, не верю! Это не в ее характере.
— Что ты там бормочешь, Джеймс? — устало проговорил Клауд.
— Я достаточно путешествовал с Эмили бок о бок и считаю, что хорошо изучил эту маленькую леди. Она бы никогда не стала посылать к тебе Дороти. Если бы Эмили захотела тебя прогнать или сказать, что ей на тебя наплевать, она бы сделала это сама. Раньше она никогда не пряталась за чужую спину.
— Это ты верно подметил. — Клауд почувствовал, как в нем начинает пробуждаться надежда. — Но только зачем Дороти говорить неправду?
— Откуда мне, черт побери, знать? — проворчал Джеймс.
— Зато, кажется, я знаю. — Вулф усмехнулся. — Во всяком случае, думаю, что знаю. Все из-за Чилтона.
— По какое отношение этот мозгляк имеет к Эмили?
— Кто-то разносит по городу сплетни о том, что Чилтон за ней ухаживает. — Увидев, как потемнели глаза Клауда, Вулф сразу сделался серьезным. — А еще я совсем недавно слышал, что Харпер весь в долгах и ему очень нужны деньги…
— …а Чилтон может ему их дать, — медленно проговорил Клауд. — Что ж, очень похоже на правду.
— Ты не можешь быть ни в чем уверен на сто процентов, пока не поговоришь с Эмили!
— Черт побери, Джеймс! — Клауд недовольно скривился. — Кончится все тем, что она снова захлопнет дверь прямо перед моим носом.
— Уверен, она не станет этого делать. Я никогда не поверю, что она вдруг захотела избавиться от тебя раз и навсегда. — Джеймс нахмурился. — Впрочем, все зависит от того, что ты собираешься ей предложить. Она не из тех, кто согласится на роль вечной любовницы.
— Я и сам хочу, чтобы она стала моей женой. — Заметив, как вытянулись лица его собеседников, Клауд в первый раз за все это время улыбнулся. — Стоило мне пробыть с Эмили вместе всего одну неделю, и я понял, что буду последним идиотом, если позволю ей от меня ускользнуть. Вот тогда-то я и начал подумывать о том, чтобы завести семью. Даже такой тупица, как я, способен понять, что Эмили была бы для меня отличной женой.
