У Руслана дёргается глаз, так как я шмыгаю носом ещё громче.
— Я готова поехать на слонах только с транспарантом "свободу слонам"!
— Теперь, видимо, ты хочешь, чтобы нас депортировали? — тянет Руслан, выудив из кармана платок, который он теперь всё время носит с собой на всякий случай, так как мои эмоции стали максимально непредсказуемыми.
— Спасибо, — буркаю я. — Не буду издеваться над слонами. Пусть депортируют.
— Тогда лучше поедем на гастрономическое шоу.
— Меня может стошнить. В последнее время, желудок может на любое блюдо отреагировать неожиданно.
— Тогда можем покататься на тук-туке?
— Укачивает. И трясёт сильно.
Губы Кострова трогает улыбка.
— Отправимся в горы?
— Ехать далеко.
Улыбка становится ещё шире.
— Останемся в бунгало, будем есть лепёшки, от которых тебя не тошнит, смотреть передачу про диких слонов и в промежутках трахаться?
— КОСТРОВ! Что за выражения?! — выпучиваю на него глаза, затем прикусываю губу, задумавшись над его предложением, после чего киваю. — Да, думаю, последний вариант подходит.
Раскатистый хохот Кострова разносится по всему океанскому побережью. Он обхватывает меня за талию и роняет себе на грудь.
— Просто признайся, жена, что всё, что тебе нужно — это я.
— Мы уже, кажется, выяснили этот момент.
— Хочу ещё раз убедиться.
Я закатываю глаза и намеренно кусаю Руслана за подбородок.
— Я люблю тебя.
— Ещё раз.
— Пошёл в жопу.
— Я не это хотел услышать.
— Тем не менее, иди в жопу!
— Ты так доприглашаешься, Кострова, — нагло ухмыляется Руслан.
— Ты просто пошлый бородатый гад.
— Но ты же меня всё равно любишь, Тась.
— Иди...
— В жопу. Я уже понял, — громко ржёт Костров, затем поднимает меня на руки и несёт к бунгало.
КУЛЬМИНАЦИОННЫЕ ГЛАВЫ В ПОНЕДЕЛЬНИК, ЭПИЛОГ БУДЕТ ВО ВТОРНИК.
Глава 42. Обстоятельства.
Глава 42. Обстоятельства.
Тася
Вернуться в Россию приходится раньше, чем мы планировали, всему виной усилившийся токсикоз, который от духоты становится ещё более нестерпимым.
Несколько дней я по факту валяюсь в бунгало, выполняя рекомендации врача, которого вызвали к нам по страховке.
Сначала я хочу уговорить Руслана выждать. Мне кажется, симптомы стихнут. Но как бы не так!
Малыш решил устроить нам настоящий рвотный ад.
Я обязательно это ему припомню, когда он вырастет. Пусть знает, какие муки перенесла его мать!
Наверное, я бы с ума сошла от таких спазмов желудка, если бы не Костров. Видеть его волнение и заботу — это что-то с чем-то.
В особо тяжкие утренние приступы, когда я зеленею, бледнею, синею и в самом деле думаю, что вот-вот сдохну, Руслан выглядит особенно мило в своей панике. Но почему-то, когда я один раз посмеялась над его, назовём это истерикой, он моё чувство юмора и подкол не оценил. А наоборот превратился в хмурого мрачного медведя.
И, знаете, мне вот интересно — как он вынесет роды?
Чёрт, а как роды вынесу я?!
По глупости, я оба этих вопроса задаю вслух. При Кострове.
Наверное, именно поэтому наш рейс из Индии в Россию проходит максимально весело. Он, оказывается, скачал до вылета обучающее видео по родам. И сейчас его смотрит. Сидя рядом со мной. Да ещё с таким серьёзным видом, что мне хочется локтем шарахнуть ему по плечу.
— Смотри, видела, как она умеет? — тычет пальцем в экран планшета, склонив голову, будто пытаясь понять, кто и откуда лезет. Затем морщится. — Хотя нет, лучше не смотри, Тась. Тебя вроде пока не тошнит. Вот и славно. А то опять мутить начнёт.
— Ты бы хоть звук убавил! Или наушники надел. Мы тут не одни вообще-то!
— Господа, — в подтверждение моих слов позади раздаётся скрипучий голос. — Для просмотра порно есть более подходящие места.
Мои щёки покрываются таким слоем красноты от смущения, что её наверняка можно содрать шпателем!
А Кострову хоть бы что. Он спокойно поворачивается к, судя по голосу, бабушке, сидящей за спиной, и говорит:
— Это не порно, а обучающее видео про роды. Моя жена беременна, и мы планируем совместные роды. Вот, готовлюсь.
— Че? Ты из ума выжил, Руслан? Какие ещё, нафиг, совместные роды?! — шикаю на Кострова, выпучив глаза так, что по ощущениям они практически лопаются.
— Слышал? Совместные роды. А когда я рожала, ты бухал, — раздаётся позади ворчливый голос.
Руслан весело мне подмигивает.
— Это шутка такая была? — мрачно спрашиваю я.
— Почему же? Нет. Я вполне серьёзно. Хочу принять участие в процессе рождения.
— Ты не можешь этого хотеть!
— Почему это?
— Потому что я запрещаю! Это... это... — пытаюсь правильно подобрать слова, чтобы аргументировать свой протест, — это странно. И, вообще, у тебя будет психологическая травма на всю жизнь.
— Я только что посмотрел, как на экране рожают три незнакомые мне женщины. Одна из них лёжа, вторая сидя, а третья в воде. Поверь, моя психика предельно закалилась.
