Читаем без скачивания Unknown - user

- Вот зачем вы пришли. А не повидаться со мной. Люди не горят желанием встречаться со мной, можете поверить мне на слово.

- Ты слишком строго себя судишь,- заверил его Дортмундер и придвинулся ближе к столу с бумажным пакетом.

Арни присел за стол и произнес:

- Дортмундер, кончай болтать ерунду. Я знаю, каким отбросом меня считают. Люди в этом городе, прежде чем забронировать столик в ресторан, звонят туда и интересуются «А придет ли Арни Олбрайт?». Я в курсе происходящего, Дортмундер.

Каким же все-таки нелегким было общение с Арни. Как согласиться и одновременно не согласиться с ним? Дортмундер сделал ход конем и сменил тему:

- Значит пластик у тебя на руках, да?

-Садись, Дортмундер,- предложил Арни.- Если, конечно, сможешь выдержать вонь вокруг меня.

Дортмундер и Келп заняли кресла, что стояли возле стола. Дортмундер старался держаться хладнокровно, по-деловому, на лице Келпа отражалось маниакальное чувство товарищества и сочувствия.

- Окей,- сказал Дортмундер,- начнем.

- Это все мой желудок,- начал Арни.- Мой собственный желудок ненавидит меня, это он всему виной, из-за него у меня такое дыхание. Вы можете почувствовать его аромат, от меня несет как из туалета.

- Все не так плохо, Арни,- успокаивал Джон, но по факту это было в разы хуже.

Келп с маской кабуки из дружелюбия на лице спросил:

- У тебя есть карточки для нас, верно, Арни?

- Именно поэтому вы здесь,- ответил Арни и вытряс из пакета полдюжины кредитных карт, на каждой из них с помощью резинки крепился клочок исписанной бумаги.- Вот.

- Сколько?- задал вопрос Джон.

- Зависит от сроков и цели,- ответил Арни.- Вы можете пользоваться картой шесть месяцев, гарантированно, взять ее заграницу, но это будет стоить дороже.

- Нам что-нибудь простое.

- Три месяца это…

- Слишком долго.

Арни покачал головой:

- Весь крупный куш проходит мимо меня,- жаловался он.- Приходится довольствоваться мелочью. Люди знают, что у меня есть всякий хлам, иначе никто бы и не пришел в такую дыру как эта, чтобы увидеть такое дерьмо как я? Все приличное относят прямиком к Стуну. Покупка, продажа – Стун их человек.

- Нда? Он вышел из тюряги?- спросил Дортмундер и не смог сдержать заинтересованность в своем голосе.

- Ты тоже хорош, Дортмундер,- обвинял Арни.- Не говори мне, что отличаешься от других. Ты тоже охотнее заключишь сделку со Стуном, чем с таким куском говна как я.

- Арни,- сдержался Джон,- ты ведь знаешь, что я всегда прямой наводкой иду к тебе. Что на сегодня у тебя есть для меня, Арни?

- Итак, о чем ты говорил? На выходные?

- На эти выходные.

- Ну, конечно, как насчет следующих?

Арни сгреб все стопки кредиток кроме одной обратно в пакет, а затем ткнул на нее и произнес:

- Вот эта будет работать до вторника.

- Хорошо. То, что нужно.

- Подчеркиваю, до вторника она исправна, проблем не должно быть. Однако во вторник, если ты только попытаешься воспользоваться ею, то сразу же посыплются искры, пойдет дым и завоняет хуже, чем сейчас.

- До вторника я справлюсь,- ответил Дортмундер.- Сколько?

- А сколько тебе таких нужно?

- Две.

Арни кивнул:

- Пятьдесят за каждую.

- Арни,- начал Дортмундер,- ты сам только что сказал, что они выдохнуться во вторник. И как много клиентов сможешь найти за это время?

Арни крепко задумался, а после сказал:

- Дортмундер, не думай, что ты умнее всех. Ты пробудешь здесь полчаса, будешь торговаться и ругаться со мной, находиться рядом со мной в этой помойной квартире, и все для того, чтобы сэкономить двадцать долларов. Может ты просто заплатишь сотню баксов?

34

- Сто баксов за выходные в горах это не так уж и плохо,- радовался Келп, следуя за Джоном по пятам и глядя ему в спину. Они шли через Центральный парк.- Все продумано.

- Арни Олбрайт продумал,- ответил Дортмундер.

- Ну, да.

- Расскажи мне о парне, с которым мы встречаемся,- попросил Джон.

- Я слышал о нем от одного парнишки, что знаком с другим пареньком,- начал Энди.

- Так я и знал

- Так вот. Этот парень не связывается с тем, чем интересуется Интерпол. Он имеет дело лишь с тем, что ты называешь выгодная комиссия.

- Ты прав, именно то, что мне нужно,- согласился Дортмундер.- Он готов поработать с нами?

- Будет видно во время встречи. Переговорим с глазу на глаз, а потом, как говориться или «зовите священника» или делу конец.

- Что ты знаешь о нем?

- Ничего,- признался Келп.- Когда разговаривал с ним по телефону, то сложилось впечатление, что он актер.

- Актер?

- Помнишь, тех английских актеров ведущих ночное ток-шоу о фильмах, о которых ты даже никогда и не слышал.

- Я таких не знаю,- сказал Дортмундер.

Не то чтобы он не смотрел телевидение, просто оно не «прополоскало» его мозг, лишь прошлось как стерильная вода через хромированные трубы, не дав и не забрав после себя ничего. Телевизор помогал настроиться на ночной сон.

- Как бы там ни было,- продолжил Келп,- договоримся заранее: я и ты – мы плотники.

- Для этого парня? - Джон не видел в этом ни капли здравого смысла.- Он думает, что мы плотники? И как мы будем говорить с ним о грабеже, если он думает, что мы эдакие мастера на все руки?

- Нет, нет, пускай люди в его офисе думают о нас, как об обычных работниках. Пойми, мы ведь как-то должны объяснить, почему пришли к нему.

- А ведь даже не знаю того паренька,- произнес Дортмундер,- но он уже обидел меня.

- Джон, я ведь не ошибся, тебе нужен надежный человек? Так вот, пацан этот - то, что нужно. Поэтому какое-то время можем побыть и плотниками. Пока они шли через залитый солнечным светом весенний парк с резвящимися на привязи собаками, детьми с няньками и латентными маньяками, Дортмундер поднял правую руку и начал изучать свою ладонь: мягкая и гладкая на ощупь. Рабочие инструменты воришки – это деликатные предметы, джентльменский набор; руки после них остаются аккуратными, ухоженными. Ничего общего со столярами и их инструментами.

- Хорошо,- решил он,- буду стараться. Но не жди, что я начну там пользоваться стамеской.

- Нет, нет, ведь это лишь, чтобы пустить пыль в глаза работникам.

Дортмундер спросил:

- Это и есть скупщик краденого?

Круг посредников, с кем он имел дела, обычно ограничивался Арни Олбрайтом и парнем по имени Моррис Моррисон, который постоянно почесывался и владел большим складским помещением, полным подозрительных товаров в Лонг-Айленд-Сити, прежде чем ушел на пенсию и загремел в тюрьму Флориды.

- Джон, это скупщик с 8-значной суммой. Это скупщик с офисами в Лондоне и Париже. Перекупщик с засекреченным номером в музее Гетти.

- Откуда я мог знать,- оправдывался Дортмундер.- Возможно, он и не захочет с нами связываться.

- Все, что мы можем это представиться, честно и просто.

- Хм, думаю не стоит заходить так далеко,- засомневался Джон.- Как его зовут?

- Гай (Парень).

- Да. Как его имя?

- Гай Клаверацк,- объяснил Келп.

- Парня зовут Парень?

- Иногда так случается. Ведь есть же парни с именем Хью.

- Или как мое, например,- добавил Дортмундер.

- Нет, я… неважно. Не угоди под автобус,- предупредил Келп.

Они вышли из парка и теперь шагали по Пятой авеню

- Как-то смешно находиться в этом районе днем,- поделился впечатлениями Джон.

35

- Извините, что вынужден прервать наш ланч,- извинился Гай Краверацк перед сидящими за столом гостями.- Пришли плотники, чтобы обсудить некоторые моменты, касающиеся реконструкции складского помещения.

- Не беспокойтесь.

- Мы понимаем.

- Бедный парень.

То был, конечно, не обычный обед, а встреча с самим Гаем Клаверацком – крупным торговцем произведений искусства, «остатками» аристократии в этом плебейском мире. Гай Краверацк был тем человеком, кто умел распознать, учуять вашу крайнюю необходимость, вынуждающую распрощаться с гобеленом 14*43футов с образом Битвы при Тронфарте, которым ваша семья владела с 1486 года, где в центре справа был четко изображен ваш предок Мурфин Нераскаявшийся сразу же за толпой лучников. И наоборот, Гай Краверацк любил проверить, так ли хороши столы в Монте-Карло – ну, Боже, иногда и такое происходило – и был готов к приобретению 14*43 гобелена с изображением чужого предка в благородном сражении, дабы скрыть пустое место на одной из стен своего собственного замка. Короче говоря, ответ Гая Клаверацка на ваш телефонный звонок - это как взойти на трон одному из претендентов, как дозвониться к сенатору, банкиру или агенту. Гай был не только богатым, влиятельным и сильным, но и весьма привлекательным и загадочным мужчиной. Красота его проявлялась в крупном и сильном теле, высотой в 6 футов 6 дюймов, в высоком и широком лбе, ясных карих глазах, густых волнистых волосах и шикарной коричневой бороде, аккуратно обрамляющей овал его упитанного лица. Таинственность его вызывала трепет. Известно, что среди его партнеров были и те, что пользовались дурной славой: воры, фальшивомонетчики и мошенники. У него были связи в полиции, связи с контрабандистами, что являлось своего рода лотереей. Благодаря усилиям и контактам этого мужчины можно было выкупить, конечно, с определенной доплатой, украденные произведения искусства. Он являлся, другими словами, скупщиком, но только в хорошем смысле этого слова и никто не мог связать его имя с мерзкими поступками, которые обычно присущи иным посредникам.