наше сердце не всегда принадлежит нам целиком, иногда оно действует по велению высших сил.
Пума прицокнула языком, завидуя внезапному красноречию соперницы. Как зубы-то заговаривает, шельма! И история какая душещипательная. Надо срочно в чём-то доминировать!
Суслик тряхнул головой, сбрасывая морок странной истории. Хомяку не сиделось на месте, он вскочил и по ролям изобразил альтернативную историю Оками и девушки, смешивая Красную Шапочку и наивную постельную фантазию. Воспользовавшись растерянностью Суслика, Ласка протянула засунула ему ложечку с мороженым из сердечка прямо в открытый рот.
Двойственные чувства охватили Кадзуо. С одной стороны это было чертовски эротично, и Валентин хлопал в ладоши, с другой стороны, воспоминания о ледяном сердце Дзикогудаю пробрали до мурашек. Головокружение настигло внезапно, и Суслик упал моськой в свой нетронутый десерт.
Хорошо, что Пума натренировалась на брате, и, уже вдвоём с Лаской, чуть не разорвав парня пополам между мужским и женским туалетом, оказали первую помощь Суслику, сунув того под ледяную струю.
Затем наступил черед Пумы кормить его с ложечки, пока Хомяк донимал Ласку, словно маленький мальчик: «Расскажи ещё сказку!» Закончилось это безобразие ровно в тот момент, когда попаданец начал звереть внутри подросткового сознания и отчётливо проныл: «Ну маааам!»
Каори бросила ложку в металлическую миску, скорчила страшную гримасу, отчего у Суслика непроизвольно сжались ягодицы и он плавно утёк под стол.
Расслабляться предложено было в торговом квартале Симитори. Ласка шла впереди, выбирая, в какой магазинчик ей нужно, а Пума волокла за ней под рученьки ставших ещё худее после кафе кадетов.
— Сюда, сюда-сюда!! — завопил Хомячок в сторону игрушек для мальчиков, ведь именно в таких магазинчиках ему удавалось приобрести материал для издевательств над сокурсниками, но Пума, не отпуская локтя Суслика, забросила брата себе на плечо, и, без стеснения, продолжила путь. Бутик с косметикой дал возможность рассмотреть кожу Ласки максимально близко.
— Вот, посмотри, Фудзивара, а если вот такой оттенок?
Идеальная кожа, без единого шрама, нежно молочная, словно никогда не позволявшая солнцу ласкать себя дольше минуты в день, микроскопическиесветлые волоски над верхней губой и несколько крупинок пота, блестевшие в них, заставили Суслика ощутить прилив крови не только к голове. Он кивал на все предложенные цвета, как и Хомяк, которому тоже задавался такой вопрос. К слову, когда эта рыжая бестия повернулась к нему задом и подошла непростительно близко к Минамото с фразой: «Может, тёмно-розовый лучше?» — Суслик понял, что ему изменили и бросили. До этого мгновения ситуация казалась ему масляной, и намазанной сверху маслом. Но теперь, когда проскочила мысль, что Китано Юки отдаст предпочтение Хомяку, а не ему, в голову ударила адская смесь. Каори, наблюдавшая за ним, подпирая дверной косяк, подняла бровь. Вот как, значит. Ревнует!
— Вот ты, Фудзивара-кун, в тонких материях же соображаешь, давай-ка духи понюхаем? Тут есть раздел магических ароматов.
Память Суслика не предложила никакой информации, поэтому мрачный ревнивец поплёлся за Пумой. Разве ей можно было отказать?
Хоть вывеска и гласила «Магия ароматов», но, по факту, никакой магией тут и не пахло. Свободная продажа эссенций ясновидения, повышения чувствительности и прочих – была запрещена. Как-никак за каждым магическим писком стоял какой-нибудь клан, охраняющий свои секреты. Суслику не понравился ни один аромат. Все они забивали настоящий запах девушки. Фудзивара мрачнел всё сильней и сильней, пока Пума в ярости не вытолкала его к выходу. Тем временем у кассы их уже ждали. Пума оплатила покупки, и компания двинулась дальше.
Немного осоловелый Суслик не сразу понял, куда все делись, и отворил шторку в примерочной. Одновременно он увидел и плавный изгиб обнажённой спины, длинные огненные волосы и то, что отражалось в зеркале.
— А-а, — прохрипел Суслик и убежал, чтобы потеряться в магазине женского белья.
— Боже мой! Он же никогда не видел так много женских трусов, он сейчас деморализован и способен на ужасы абсурда! — рвал на голове волосы Хомяк и хаотично носился по фойе.
— Я найду его, — прищурилась Пума, включив навыки передвижения во время боя.
— «Ниндзя и лифчики», — придумал Хомяк название неизданного произведения, с восторгом наблюдая, как Пума вытаскивает Фудзивару-куна за шиворот из скопления корзин.
Торговый квартал наполнялся покупателями. Мимо стеклянных витрин грациозно прошёл Хорёк, не удостоив бутик женской одежды даже взглядом.
Ласка была в ярости от того, что Суслик увидел её голой и сбежал. Ну увидел… Бежать-то зачем? Неужели не понравилось?
— Я сделаю тебе больно, — сообщила Ласка Суслику, когда Пума приволокла его обратно. — Сегодня у меня фактически выходной.
Недалеко от торгового квартала находилось публичное додзё, куда у военных был гарантированный пропуск в любое время дня и ночи. Чем себя еще занять молодым растущим организмам? Не сакэ же пьянствовать в компании с девицами пониженной социально ответственности и после этого безобразия нарушать.
Хомяк утащил Суслика в раздевалку, попутно арендовав защитное снаряжение для мальчиков. Когда Суслик неловко напялил на себя жилет, шлем, защитные щитки, его друг критически осмотрел бойца, поправил пару завязок и показал большой палец вверх:
— Это единственный способ не убить тебя. — доверительно закивал Хомячок.
В зале их уже ожидали. Пума оплатили час аренды, уже скинула обувь и разминалась. Ласка с неодобрением следила за соперницей, чьё платье не скрывало соблазнительных контуров тела и просвечивало минималистичное нижнее белье.
Поманив Суслика рукой Пума скинула взошла на татами.
— Ой, как весело! — решил поддержать её братик, но улыбка сползла с его лица, когда на татами взошёл Кадзуо, будто в фиолетовом облаке скверного тумана мыслей.
Он подсмотрел то, что жаждал увидеть. И сейчас
