— Ах, мсье! — Флоранс улыбнулась еще лучистее, и Пьер понял, что безоглядно в нее влюблен. — Вы со своими комплиментами.
— Глупости какие. Я лишь чуточку старше вас и никакой не господин. Я Пьер. — Он протянул ей руку, которую она после мгновения нерешительности мягко пожала.
— Тогда вы должны… Ты должен называть меня Флоранс. — И словно лишь теперь вспомнив, что так спешно гнало ее сюда по улицам, она быстро огляделась по сторонам. — Ты не видел достопочтенной аббатисы? Мы договорились встретиться у монастырского шатра, но то ли я не нашла его и остальных сестер, то ли его еще не поставили. — Она снова перевела на него взгляд. — Можешь отпустить мою руку, Пьер. Я от тебя не убегу.
Щеки у него горели, даже лоб, казалось, покраснел.
— Извини, я не хотел тебя смутить. — Быстро убрав руку, он протянул ей гребень. — Можно сделать тебе подарок?
Она подняла брови, и таким обаятельным было это движение, что пристало бы и королеве.
— Откуда ты узнал, что я в Мальзье? Ты за мной следишь?
— Нет! — поспешно воскликнул он. — Я случайно тебя увидели…
Он оборвался на половине фразы, потому что она прими ли гребень и восхищенно разглядывала его.
— Больше спасибо. Он очень мне нравится. Я буду с уважением его хранить. — Привстав на цыпочки, она вдруг совершенно неожиданно поцеловала его, едва коснувшись губами щеки. — Подарив его, ты подарил мне много большее.
В желудке у Пьера танцевали бабочки, ноги у него готовы были растаять, словно вылитые из воска.
Так мы увидимся снова? — как в опьянении спросил он. Больше всего ему хотелось на глазах у всех обнять ее, прижить к себе, почувствовать близость ее тела. Но не пристало тик компрометировать воспитанницу достопочтенной аббатисы. — Я хочу поговорить с тобой подальше от любопытных взглядов и ушей, побольше о тебе узнать, — вырвалось у него бессвязным потоком. — Встретимся в часовне для пилигримов при монастыре Сен-Грегуар?
Она без заминки кивнула. Пьер с огорчением продолжил:
— Только я не могу сказать, когда мы снова будем в тех местах. Это зависит от того, куда отправится бестия и где (нова станет творить бесчинства.
Он бросил взгляд ей за плечо, и на краткое мгновение ему показалось, что он увидел в толпе треуголку своего брата Антуана, которая приближалась к ним. Только этого ему не хватало.
Флоранс спрятала гребень в складки платья.
— Не страшно, я подожду, Пьер. Как только войдешь в часовню, зажги свечу и поставь ее в окно слева от статуи святого Григория. Тогда ее будет видно из моей комнаты, и я узнаю, что ты пришел.
За спиной у Пьера раздались испуганные крики, потом низкий лай собак, а затем проклятье и рык человека, пытающегося поймать своих псов.
Приехавшие на праздник в Мальзье крестьяне расступались, давая кому-то дорогу. А потому, обернувшись посмотреть, что там за шум, молодой лесник увидел, что волкодавы идут прямо на него. Их острый нюх не дал себя обмануть.
Собираясь попрощаться, он повернулся к Флоранс, которая со страхом уставилась на приближающегося золотисто-бурого зверя.
— Я… я боюсь собак, — запинаясь, пробормотала она.
Не успел Пьер успокоить девушку, как та повернулась и бросилась бежать вправо, чтобы спастись от пса. Пьер испугался. С гребнем на Флоранс перешел его запах, и теперь собаки станут охотиться и на нее тоже! Ей не под силу будет спастись от псов, которые способны развить скорость много большую, чем женщина, да еще в длинном платье. Лихорадочные движения Флоранс лишь еще больше раззадорят собак, натасканных на то, чтобы брать след.
Пьер бросился следом за Флоранс, чтобы защитить ее от яростно лающих собак. Это все его вина. Луп-гару не следует раздавать подарки, когда поблизости есть охотничьи псы. Пусть уж лучше их зубы вопьются в его тело, а не в ее.
Он бежал со всех ног, надеясь нагнать девушку, и с удивлением обнаружил, что она почти такая же быстрая, как и он. При этом она ловко огибала встречных прохожих, оказавшихся у нее на пути, а ему приходилось отталкивать препятствия.
Брызжа слюной, пес несся следом за ними.
Пьер и Флоранс бежали теперь бок о бок. Увидев, что она слабеет, Пьер схватил ее за руку и потянул за собой. Слишком поздно ему пришло в голову, что тем самым он лишь еще больше переносит на нее запах бестии и для собак она становится тем интереснее.
На помощь им пришел случай, который привел их к лотку торговца пряностями. На бегу лесник сорвал с прилавка мешочек с ценным черным перцем. Тонко помолотый порошок раздражит нос и глаза четвероногих преследователей, и они ослепнут, но пока возможность применить пряность никак не представлялась.
Они вырвались с рынка. Флоранс задыхалась и ловила ртом воздух. Волкодавы почти настигли их, поскольку на пути уже не было никаких препятствий. Теперь они могли развить полную скорость.
— Влево! — крикнул Пьер и толкнул ее в узкий проулок, рассыпал на дороге перец и, схватив за руку, потащил дальше. — Только не останавливайся!
Они выбежали за пределы Мальзье и через луг добрались до плодового сада.
— Вон туда! Наверх! — приказал Пьер, указывая на узловатый ствол старой яблони.
Подошвы Флоранс заскользили по коре, не находя опоры, и Пьер, схватив девушку за талию, просто забросил ее наверх. Уцепившись за сук, она со стоном подтянулась.
Яростный лай собак во время предупредил Пьера. Один из псов оказался достаточно упорным и, невзирая на забитый перцем нос, не оставил преследования.
— Пьер! Лезь наверх! — вне себя от страха крикнула Флоранс. — Он тебя загрызет!
Лишь в последнюю секунду Пьеру удалось вскарабкаться на дерево и подтянуться на сук, на котором уже сидела девушка.
— Возьми пороховницу, открой застежку и тонкой струйкой сыпь порошок вниз, но только тогда, когда пес окажется прямо под нами, — приказал он ей, а сам достал из поясной кожаной сумки запасной кремень для мушкета и поднес к клинку охотничьего ножа.
Несколько секунд спустя зверь уже с лаем прыгал на ствол, ставил на него передние лапы и в ярости смотрел вверх на недосягаемых людей.
Ловкие пальцы Флоранс размотали шнурок и выдернули затычку пороховницы, из которой, как и велел Пьер, на собаку посыпалась черная пыль. Девушка быстро закрыла крышку. Одной искры, которую вовремя высек ножом и кремнем молодой лесник, хватило, чтобы порох превратился в искрящийся огненный дождь, упавший на волкодава. Толики пороха недостало, чтобы поджечь собаку, но огонь опалил ей шерсть и нагнал страху. Жалобно скуля, пес дал деру.
От облегчения Флоранс бросилась на шею Пьеру и насколько удалось, сидя на ветвях, спрятала лицо у него на груди. После краткого промедления он тоже обнял ее, успокаивая и гладя по голове. Девушка рыдала от облегчения. Наконец она, шмыгая носом, отстранилась, и он вытер ей слезы платком, который носил с собой как талисман с первой их встречи. Узнав платок, Флоранс улыбнулась. Их движения замедлились. Он нагнул голову, нервно сглотнул, и ее губы придвинулись к его.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
