В условиях, когда экономика начала подниматься, а римские войска стояли наготове, чтобы в любой момент оказать поддержку, Клеопатра могла чувствовать себя в безопасности и приготовиться к рождению своего первенца 23 июня 47 года до н. э. Только роды у царицы — это не ординарное событие. Ее жизнь и жизнь наследника имели первостепенную важность для будущего страны, и роды должны были обеспечиваться всеми мерами защиты, какую могли предоставить боги Египта и остального Древнего мира. Неоднократно обращались с молитвами к Великой Матери Исиде и Хатхор, греческой Афродите, с которой отождествляли последнюю, и римской Венере, предку Цезаря. В акушерскую бригаду одним из важных членов вошла Артемида. Эта богиня, которая охотно приходила «на помощь беременным женщинам, находящимся в опасности»[268], и которую называли Артемида Полимастика («многогрудая»), оставила свой храм в Эфесе, чтобы присутствовать при рождении Александра в Македонии. Ее ассоциировали с греческой богиней Илифией и изображали как Исиду с факелом, освещающей дорогу матери и ребенку в темноте. Артемида-Илифия провозвещала: «Я возношу новорожденного на десятую орбиту Луны — дабы озарить свершившееся».
Учитывая, кто был отец, политеистические египтяне вполне могли взывать к римским божествам, имевшим отношение к деторождению: от Алемоны, защищавшей плод, до Партулы, помогавшей при родах. И поскольку в дворцовом квартале располагались легионеры Цезаря, можно предположить, что один из них мог исполнить древний, хотя и странный обычай: чтобы облегчить роды, над домом роженицы нужно было метнуть копье легкого кавалериста, которым в сражении уже убивали врагов. Считалось, что такое копье, называвшееся «hasta caelibaris» — «холостое копье»[269], обладало магической силой над жизнью и смертью. Сейчас оно служило цели, отличной от устремлений римских копий, градом сыпавшихся вокруг дворца всего шесть месяцев до этого.
Во дворце собрались египетские жрецы высшего ранга, в том числе ближайшие советники Клеопатры. Служители культа в масках Беса, божества-покровителя семьи, совершали ритуалы и читали молитвы в облаках курившихся благовоний. Согласно легенде III столетия до н. э., лицо Нектанеба II скрывала маска Зевса-Амона, когда он оплодотворял мать Александра, Олимпиаду. Девять месяцев спустя он присутствовал при ее родах с гадательным блюдом и восковыми фигурками, собрав все силы, какими наделен египетский фараон, дабы выбрать самый благоприятный момент для рождения своего сына «при помощи вычисления орбит небесных тел. Он говорил ей, что не нужно спешить. В то же время он привел в беспорядок космические стихии своей магической силой, выяснил, что сокрыто в них, и сказал ей: «Женщина, сдержи себя, борись с натиском природы»»[270], чтобы Александр родился в самый благоприятный момент.
Хотя это описание приводится в художественном произведении, оно дает представление о том, какие могли совершаться обряды, когда Клеопатра рожала ребенка, считавшегося потомком Александра, однако подобные эзотерические ритуалы, давно использовавшиеся в египетской медицинской практике, усовершенствовали в медицинских школах Александрии. Опытных акушеров — иногда это были женщины — приглашали в богатые семьи. Методы акушерства, применявшиеся теми, кто прошел подготовку в александрийских просветительских школах, в II веке н. э. описал в своих сочинениях Соран Эфесский. До эпохи Нового времени он считался наиболее известным гинекологом, и в Средневековье его работы служили источником акушерских знаний. В труде «Гинекология» он описал все периоды беременности вплоть до родов, детские болезни и даже перечислил качества, которыми должна обладать акушерка, в частности, она должна «быть грамотной и смышленой, иметь крепкое телосложение, сильные руки, длинные и тонкие пальцы с короткими ногтями. <…> Она обязана всегда оставаться невозмутимой, не теряться в трудных ситуациях, уметь четко обосновать свои действия, вселять уверенность пациенткам и располагать их к себе. <…> Руки у нее должны быть мягкими, ей нельзя заниматься ткачеством, отчего руки грубеют. Для смягчения кожи, если она от природы жесткая, рекомендуется пользоваться мазями»[271].
Некоторые акушерки, имевшие образование и опыт работы, становились настоящими авторитетами в своей области и писали научные труды. Греческий врач Гален (ок. 129 — ок. 200 гг. н. э.) посвятил акушерке свою работу «Об анатомии матки». Согласно более поздним арабским источникам, Гален якобы учился у женщины-гинеколога по имени Клеопатра, и хотя сам Гален применял и рекомендовал ее методы лечения, скорее всего он опирался на знания, полученные теми, кто работал под патронажем царицы, которой они посвятили свой труд. В иудейском Талмуде даже говорится, что Клеопатра VII проводила медицинские опыты с целью определить периоды развития плода, в чем проявился ее большой интерес к проблемам первостепенной важности, связанным с ее способностью к деторождению. Один из основоположников александрийской медицинской школы Герофил в начале III века до н. э. установил наличие яичников и фаллопиевых труб; и хотя образование яйцеклетки и зачатие оставались неразгаданными, описание женской анатомии Сораном, основанное на вскрытии человеческих трупов с разрешения Птолемеев, было весьма точным.
До этого египтяне полагали, что матка реагировала на внешние силы. Чтобы заставить ее подчиниться, произносили устрашающее заклинание с упоминанием имени убийцы Осириса, египетского бога Сета, который угрожал Исиде во время ее беременности. Вероятно, под влиянием жрецов и врачей Гелиополя греческий философ Платон также поверил, что матка живет своей «животной жизнью». Даже Гиппократ, считающийся отцом медицины, говорил о матке как об «удивительном органе», вызывающем у женщины «истерию», которую нужно лечить внутренним окуриванием.
Те, кто учился в Александрии, оспаривал эти идеи, считая, что истерия — это болезненное состояние, проявляющееся эмоциональными реакциями по большей части вследствие периодических выкидышей и преждевременных родов, являвшихся участью многих женщин в древности. Соран высказал ряд замечательных рекомендаций, в том числе такие: пациентку нужно класть в теплую палату, покачивать ее и массировать нижнюю часть тела сладким оливковым маслом. Что касается массажа, то в Египте он применялся при беременности по крайней мере с 1500 года до н. э.
Соран подразделил вынашивание ребенка на три периода. Чтобы удержать «внесенное в нее семя», женщина должна избегать стрессов, сотрясений, падений, не должна поднимать тяжести, употреблять спиртные напитки и наркотики, ей нужно хорошо питаться. Делая все возможное, чтобы «ублажить душу», он отмечал, что у некоторых женщин появляется странное желание есть древесный уголь, землю и незрелые фрукты, и хотя он советовал придерживаться диеты, чтобы набирать силы для родов, он говорил: «Не обращайте внимания на расхожее мнение, что нужно кормить два организма»[272]. Помимо легких физических упражнений и частых расслабляющих ванн, он рекомендовал носить широкий полотняный бандаж, «если живот свисает под собственной тяжестью»[273]. Этим полезным советам следуют и сейчас.
Готовясь к родам, которые всегда происходили дома, женщина обычно приглашала акушерку, несколько помощников и врача. В случае с Клеопатрой им, очевидно, был ее личный врач Олимп. Наверное, также с помощью верной служанки Ирады и придворной дамы Хармионы она приняла ванну, подвязала волосы и повесила оградительные амулеты на шею, лоб и руку, так же как Исида, которая, готовясь к рождению Гора, «надела амулет»[274]. Соран суеверным не был, но он признавал успокаивающий эффект плацебо[275] и поэтому советовал своим коллегам «не запрещать их применение, поскольку даже если от амулетов нет прямого эффекта, надежда на них может приободрить пациента»[276].
Амулеты, конечно, и в птолемеевские времена пользовались популярностью. Многие из них изготовлялись из красного железняка или кровавика, который, как считалось, предотвращает большую потерю крови. На амулетах изображались Исида, богиня-гиппопотам Таурт с ножом или помогавший при родах бог Хнум с головой барана, но самым популярным был Бес, «великий бог женской матки»[277], чьи амулеты в большом количестве изготовлялись в храме Дендеры для продажи паломникам. Амулет полагалось надевать женщине на голову после четырехкратного произнесения заклинания над глиняным карликом, и тогда бог-карлик будет обязательно лично присутствовать при родах и отгонять злых духов. Египетские родовые амулеты имели широкое распространение в Древнем мире благодаря тому, что они считались «сильнодействующими». На одном амулете имелось несколько изображений Беса и Исиды, а также изображения матки и ключа как символа ее открытия, кроме того, на нем было написано обращение на греческом языке к Сету и три изречения Яхве, единого бога иудеев. В этом амулете прочно соединились египетские, греческие и семитские верования, характерные для Александрии времен Клеопатры, однако нашли его далеко оттуда — на римской вилле в Хертфордшире.
